Чтение онлайн

– Кто вы?! Чего вам нужно?! – просипел Странник, нащупывая рукоять пистолета под кроватью.

Но белокурый, хохотнув, протянул руку вперед, и пистолет послушно прыгнул с пола в его ладонь.

– Сиятельный, мы не причиним тебе вреда, – сказал он сладко, – по меньшей мере – телесного.

– А надо было б, – бухнул черный злобно. От его внезапно зазеленевших в темноте фосфорическим светом глаз стало не по себе…

– Ну, будет тебе, Зед! – укорил его белокурый, любовно глядя на черного. – Зачем пугать его? Нет, мы не причиним вам вреда. Это не в наших интересах.

– Убирайтесь вон! – крикнул Странник, отбрасывая одеяло и вскакивая с кровати. – Не то я позову охрану, и вас…

– А вот охрану твою я б убил, – плотоядно пообещал Зед. – Впрочем, они ведь ни в чем не виноваты? Так не зови их лучше.

Трясущаяся рука Странника потянулась к кнопке звонка – и кнопка оказалась сломанной, сигнализация была отключена. Как в дурном сне… Холодный пот прошиб Странника, и он кинулся к дверям, но и они не открывались. Он кинулся к окну и распахнул шторы… горящие огни улицы Сороры Астры были далеко внизу, фигурки ночных гуляк еле виднелись. Странник, трясясь, как осиновый лист, вжался в стену; оба призрака все так же висели в воздухе и спокойно наблюдали за его ужасом, яснее видимые в осветившем их свете яркой рекламной ночи. Белокурый гадко посмеивался.

– Кто вы такие? – прохрипел Странник. Его красивый голос вдруг предал его, и из горла выходил лишь невнятный шепот.

– Ну, вот мы и подошли к главному, – белокурый откинул на спину длинные волнистые волосы, сцепил пальцы рук на колене. – Мы решили слегка изменить историю, знаешь ли… и ты – её часть. Главная, я бы сказал, часть. Кстати, мы не представились. Я – демон, зовут меня – Тавината. Однажды, когда вам настанет время умереть, Сиятельный, мы встретимся в менее дружественной обстановке, и я пополню тобой свою коллекцию, потому что такой мрази, как ты, еще нужно поискать. Значит, так: ты недавно убил девушку, за что должен понести наказание в иной жизни, так? – при этих словах Странник побелел, ноги его подкосились, он рухнул на пол без сил. Слово «убил» упало камнем в его сознание, и ересь про расплату и иную жизнь прошли мимо, как бред, как наваждение. – Но в той жизни у тебя найдутся могущественные покровители и благородные просители – мало кто отважится сходить на тот свет просить за кого-либо, так что цени! К тому же, в той жизни человек, носящий остатки твой выстеганной души, ни в чем не виноват – точнее, в конкретной этой ситуации. Конечно, если рассматривать его личность в целом… но я отвлекся! Итак, даже я считаю, что это – свинство, мучить ни в чем не повинного человека! Но заплатить-то ты должен, это необходимо. Так что платить станешь здесь, и сейчас.

– Вы… вы пойдете в полицию?! – произнес Странник еле слышно, еле ворочая языком. Оба духа расхохотались.

– Идиот! Ты когда-нибудь слышал, чтобы Смерть шла в полицию, чтобы наказать какого-то смертного?! – прогремел Зед. – Нет уж, мы сами накажем тебя, – Странник засучил ногами, стараясь поплотнее вжаться в спасительный угол, слиться со стеной, и заскулил. В руке Зеда образовалась черная сфера, непроглядная и бездонная, как черная дыра, и Странник почувствовал, что зло – все зло, что только может с ним случиться – заключено в этой сфере, лежащей на узкой белой ладони.

– Не надо! – завыл он, загораживаясь трясущимися руками. – Это не я! Это все Тремс! Её, её накажите!

– Не волнуйся. Ей тоже достанется, – заверил его Зед и швырнул в него сферу. Странник с ревом уклонился – перекатился из угла под кровать, – и сфера взорвалась, осыпав угол мелкими черными осколками.

– Вылазь, ничтожество! – кровать, словно подброшенная ураганом, улетела прочь; над трясущимся Странником стоял Зед – черный, страшный, с разметавшимися по плечам волосами. В руке его росла еще одна сфера – такая же непроглядная, как бездонное космическое далеко, как черная душа грешника.

– Прими свое наказание, – сурово произнес Зед.

Словно в дурном сне слышал Странник, как Тавината то ли мурлычет, то ли размышляет вслух, тихо-тихо бормоча себе под нос:

– Уникальный случай… дважды этой души касались Великие – и каждый оставлял в ней свой след. Милосердная женщина и безжалостный мужчина… интересно, чем так хорош этот человек, и сколько узлов истории на нем завязано, что все так упорно борются за душу его? Интересно…

На голову Странника опустилась сфера. Она вошла в него безболезненно и вкрадчиво, и тяжелая печаль поселилась в сердце его.

– Помнишь её глаза? Она смотрела на мир так доверчиво – как дитя… такая маленькая девочка… Вспомни. Она любила тебя – поэтому так часто появлялась на твоем пути. Теперь твоя очередь любить её и помнить. Помнить, как ты убивал её. Это и станет твоим наказанием.

– Стойте! – резкий вопль какого-то бесформенного существа, рваного, как половая прогнившая тряпка, отвлек их. Тавината, щелкнув пальцами, сотворил себе два железных шара и катал их теперь на ладони, ловко двигая длинными тонкими пальцами. Теперь он приготовился выслушивать оправдания и объяснения. Новый посетитель был по его душу. – Не смейте так делать! Его час расплаты не настал!

– Считай, что мы передвинули стрелки, – небрежно ответил Тавината, любуясь блеском шаров в ладони. – Убирайся, Тремс. Ты не выпросишь себе пощады все равно, даже прикрываясь теми законами, которые когда-то – между прочим! – должна была защищать. Ты редко о них вспоминала, отчего же вспомнила сейчас? Вспомни-ка лучше, кто я, и как мне безразличны ваши, человеческие законы. А потом попробуй умолить меня еще раз.

Тремс хорошо знала Тавинату – своего повелителя, обманщика, – но все же попыталась разжалобить его мертвое сердце. Пыльной кучей тряпок свалилась она к его ногам:

– Но, Тавината… Я же погибну, едва только нарушится равновесие… Я живу лишь им – ты должен это знать! За любой грех должна быть расплата, это так! Но этот грех я помогла ему совершить для тебя, по воле твоей, и если расплата последует сейчас – первой отвечу я! Во имя тебя калечат и убивают, и не несут никакой ответственности! Только во имя тебя!

– Ты живешь тем, что являешься такой дрянью, – прекрасный Тавината брезгливо поморщился. – Ты предала свою природу, перекинувшись на мою сторону просто так, и потому вынуждена кормить меня. У тебя был выбор – тебе вообще не стоило присоединяться ко мне. Ты стала рабыней моей добровольно, и за твою мерзкую трусость я презираю тебя больше, чем кого-либо еще. Что же теперь пенять на мою жестокость? Я сказал – убирайся, или я все же возьму твою никчемную жизнь.

– Тавината, ты же мой господин! – выла Тремс. – Как же ты можешь предать меня?!

Тавината снова поморщился:

– Интересно, отчего сами предатели не верят в предательство других? – произнес он как бы про себя. – Тремс, давай не будем лицемерами! Начнем с того, что ты первая предала меня – и меня тоже, как и своих Сильфов! – и часть той силы, что могла достать для меня, ты оставляла себе. Толку от тебя никакого – ты не пополнила мое царство ни единой душой, потому как ловишь тех, кто приходится не по вкусу тебе своей чистотой и светом. Ты не нужна мне, Тремс. И, кроме того, – я хочу убить тебя, понимаешь? Мне это выгодно. Так что убирайся и умри сама.

– Я уберусь, – завизжала Тремс, взвиваясь пыльным столбом вверх, – но я заберу и его! – она ухватила Странника за волосы, и потащила его, вопящего от боли.

Тавината выбросил вперед руку – и железные шары рванули, кинулись, как живые, в Тремс. Последнее, что увидел Странник – это взрыв, яркий и прекрасный, разодравший прогнившее тело Тремс на пыльные лохмотья, и умиротворенное лицо Зеда, освещенное этим взрывом…

****************************************

– Боже мой! – Странник подскочил, холодея от ужаса; постель его была смята, за окном занимался рассвет и постепенно гасли фонари. Наступал новый день – но уже без Неё…– Так это был всего лишь сон! – он радостно расхохотался и опрокинулся в подушки, ощущая блаженное облегчение. Сон!!! Это был всего лишь сон!!! Он хохотал, как безумный.