Чтение онлайн

Меня словно громом поразило.

– Зед! – произнес я. – Конечно! Ты прав! Где этот человек, что выдает себя за отца толстухи Лу?!

Черный метнул быстрый взгляд на лицо Лу. По губам той блуждала насмешливая и торжествующая улыбка.

– Щенки! – проскрипела она совершенно старушечьим голосом, потирая пухлые ладошки. – Этого человека вам не догнать никогда! Он еще вчера вечером уехал прямо у вас из-под носа. Орден здесь уничтожен, я знаю (так вот куда казненный Патриарх отсылал гонцов!), но есть место, где он силен. Там есть кому отомстить за меня, и скоро все будут знать, у кого Ключ, Дева и Венец. И тогда не жди покоя, Зед, тебя будут пытаться ограбить и убить каждый день, всякую минуту!

В голове моей снова возник этот странный смерч, приносящий картинки будущего или настоящего, пугающие меня своей реалистичностью.

Я видел старика-наорга, ярящего взмыленного мула, мчащегося через прозрачный лес…

Этот человек был не просто гонцом – ему, и только ему Король доверял всецело и безоговорочно. Должно быть, он стоял рядом с Королем с тех самых времен, когда он еще не прятал своего лица в тени. Он должен был привезти ему Королевские реликвии – или вести о них.

И именно этот человек разнесет его заразу по всему свету .

– Он не уйдет! – вскричал я, и вмиг припомнил все свои таланты, в частности – стрелка и странного провидца. На меня снова накатила горячая волна, и я словно наяву видел тайную тропку через лес и скалы, по которой я бежал в свете Зеда и Торна, как одержимый, наперерез посланнику, и у него не оставалось шансов уйти от меня, нет! – Я догоню его!

Лу расхохоталась, да так смачно, что при желании можно было пересчитать все зубы в её разинутой пасти, и увидеть её красную кровожадную глотку.

– Ты никогда не догонишь его! – страшно ответила она, и глаза её торжествовали победу. – Ты знаешь, куда он направился? Нет. Знаешь, по какой из дорог, тропинок, коих здесь сходится превеликое множество? Нет. Знаешь, как он выглядит, к какой расе принадлежит? И этого ты не знаешь. Кого ты станешь ловить, маленький храбрец? Ветер?

Я усмехнулся – надеюсь, не менее мерзко, чем Лу, – и неторопливо взял с постели лук. При едином взгляде на него язвительности в ней поубавилось – ровно настолько, что её и без того выпученные глаза просто вывалились из орбит, выкатились, демонстрируя нам сетку капилляров, словно глазницы стали слишком большие для них. Это лук, его тетиву не смог бы натянуть ни единый смертный…

– Я думаю, – ответил я, все так же неторопливо осматривая оружие и натягивая тетиву, – что искать мне надобно не наорга, тут твоя правда, – я прищурился, представляя, как может выглядеть человек, выдающий себя за отца Лу, и воображение нарисовало мне крохотного старичка с морщинистым блеклым лицом, с гноящимися глазами – он постоянно щурил их, и оттого было не так заметно, что они не вытаращены, как это бывает у наоргов. – Это карлик. Горбатый, к тому же. Увечье его сделало его низким ростом, а старость обезобразила настолько, что неясно совершенно, к какой расе он принадлежит. Он движется на муле по лесной тропинке в сторону гор Мокоа – за ними, в чужой стране, Орден и процветает, не так ли?

Лу смотрела на меня так, словно я был приведением. И очень злым.

– Даже если ты знаешь, – выдохнула она, – даже если кто-то и выдал тебе, как выглядит гонец, ты все равно бессилен! Ты можешь бежать быстрее ветра? По этой тропинке конь не пройдет, лишь осторожный мул, а на муле ты его не догонишь!

– Я – бессилен? – искренне удивился я, тронув тетиву, и она запела высоким вибрирующим голосом. – Разве? Боевой Патриарх твоего Ордена перед смертью – он предпочел казнь наказанию, которое ему мог бы придумать я, – назвал меня Слепым Мастером.

Дальше произошло сразу несколько вещей, и очень быстро.

Лу, завизжав, как кошка, которую варят заживо, кинулась на Черного, стараясь вцепиться ему в глаза, и он, подпрыгнув от испуга, отпрянул назад и рукой нечаянно выбил стекло в окне. Это и в самом деле было очень страшно – я бы тоже перепугался, если б такое яростное существо накинулось на меня.

Лу, не достигнув своей первоначальной цели, тотчас сменила планы и, снова завизжав так, что кровь в жилах стыла, ринулась к открытому окну. Она орала и выла так, что страшно было даже подумать, что к ней можно прикоснуться, но Черный все же насмелился. В последний момент он ухватил её за подол – не за ногу, торчащую из вороха юбок, словно и в самом деле опасался прикоснуться к ней, а за оборку на нижней юбке, – и втащил её обратно и кинул на пол – поспешно и брезгливо, как крысу за хвост.

Лу, не прекращая визжать ни на миг, снова кинулась на него. Он немного отошел от испуга и заслонил собой разбитое окно, и она понимала, что теперь ей не удастся в него выскочить просто так. И мысль эта приводила её в отчаянье, а значит, давала еще больше сил и ярости. Может, она и угрожала, но я ни слова ни разобрал из того непрекращающегося животного визга, что она издавала. Она орала и кидалась на Черного с кулаками, а он откидывал её на пол снова и снова, как огромную крысу или взбесившуюся кошку, и её острые коготки уже оставили кровавые борозды на его щеке.

Пробовали когда-нибудь утопить кошку без мешка? Я тоже нет, но примерно представляю, как это могло бы происходить. Казалось бы, зверь невелик, но попробуй сладить с ним!

Мы навалились на неё втроем, но справиться не могли никак, потому что она словно обезумела, и кусалась, как зверь, выворачивалась из рук так, словно тело её было без костей. В комнате, наверное, не оставалось ни единой целой вещи. Прыгая вокруг Лу, падая, мы наступали куда попало, особенно – на посуду, невесть откуда взявшуюся, и отчего-то примостившуюся на полу, на цветочные горшки с землей, путались ногами в каких-то тряпках. Один раз, перепуганный насмерть её воплем, обращенным непосредственно ко мне – она рявкнула мне прямо в лицо! – я неуклюже отпрыгнул и ногой подшиб ножку у кровати, сломав её. Вдобавок мы просто боялись Лу – чего уж скрывать! Пробовали удержать в руках серую дикую крысу? Я тоже нет, но примерно представляю, как это могло бы быть…

Но, так или иначе, а мы с нею сладили, и то только потому, что неверный возлюбленный треснул Лу по затылку рукоятью своей сабли, которую каким-то чудом отыскал на заваленном обломками и осколками полу, и на миг она потерялась, перестала так рьяно вырываться.

Черный первым делом заткнул её страшный рот, и мы скрутили её руки за спиной. Услужливый наорг содрал льняной пододеяльник с одеяла, и в него, как в мешок, мы погрузили нашу безумную Лу, а сами без сил плюхнулись на пол, отпыхиваясь.

Вид у нас был еще тот! У Черного, как я и говорил, была оцарапана щека и порядком прорежены волосы, венец сбит набекрень, наорга злобная стерва укусила прямо в лысую макушку, и укус набухал багровым огромным синяком. У меня кровоточило ухо, а до головы больно было дотронуться – кажется, она попыталась снять с меня скальп без ножа. Кроме того, у всех нас были изранены ладони, особенно у наорга, который шарил по полу, усыпанному осколками, в поисках своей сабли.

Черный, для чего-то ощупав языком зубы и осмотрев клок собственных волос, свисающих с оторванного рукава, вдруг расхохотался. Он катался на полу, держась за живот, и глаза на его лице превратились в две щелки.