Чтение онлайн

Вслед за мной выскользнул и слуга с лакированным ящиком за плечами. Ему велено было всегда следовать за мной, и я решил, что это знак судьбы – а когда бы еще я смог воспользоваться моим луком?! В конце концов, не зря же покойный ныне Патриарх Ордена Ящерицы так меня напугался, что предпочел казнь одному моему слову?! В конце концов, я самый опасный человек кнента! Должен же я это гордое звание оправдывать?

Лакированный ящик был открыт, и я вынул оружие. Интересно, смогу ли я натянуть тетиву?

Вдалеке, почти в конце коридора, послышался топот деревянных колодок – ага, вот где невеста! Наверное, ей было очень неудобно убегать на этих ходулях, и пока я возился с ящиком, она просто пряталась за углом… Это звук придал мне силы, и я ринулся за ней, сжимая оружие в руках. Мой слуга прыснул прочь, как испуганный куренок. Его дело было сделано; а смотреть, как стреляет то, что он так тщательно охранял, он был не обязан.

Нужно сказать, что дворец аристократа был не совсем обычным. То ли это была дань традициям, то ли ему просто нравились цветы, да только весь его дом больше походил на джунгли. Во внутренний дворик выходил ряд окон, а противоположная стена была сплошь увешана зеркалами – тоже, кстати, очень дорогое и эксцентричное удовольствие, – и свет играл даже в самых темных уголках целый день. Цветы же росли везде – в кадках на полу, в вазах, прикрепленных к стенам, оплетая подоконники вьющимися побегами и расцвечивая углы шикарными ярким соцветиями. Над головой моей простирались широченные кожистые блестящие листья экзотических пальм, и я, кинувшись было за беглянкой, вдруг ощутил себя в тропическом лесу и остановился.

Несомненно, что-то тут было не так. Оглядывая притихшую зелень, сквозь листья которой я то и дело видел свое отражение в зеркалах, я слышал как кто-то таится в этих зарослях и наблюдает за мной. И он, этот кто-то, явно что-то слышал обо мне, что-то зловещее и пугающее, иначе бы давно напал… а я стою тут безоружный!

Вмиг тетива была натянута и запела, вибрируя, сверкая серебром. И этот призывный зловещий звук тем более насторожил меня.

Что-то шевельнулось – поспешно обернувшись на звук, я лишь краем глаза уловил в зеркале какое-то движение, но никого кроме себя мне увидеть не удалось.

Зато на меня из зеркала смотрел я сам – и моя стрела, уже лежащая на тетиве. Дело плохо…

Снова послышался деревянный топот, и я оглянулся. На сей раз я отчетливо увидел удирающую невесту и не раздумывая всадил стрелу в волочащийся по полу подол. Она вскрикнула и упала, чуть не своротив какую-то кадку с цветами. Вторая стрела заняла место первой, и я осторожно начал двигаться в сторону женщины, лежащей на полу – теперь у меня не было сомнений, это была не невеста. Я подошел ближе и резко сдернул черную фату, скрывающую лицо девушки. На меня смотрели заплаканные перепуганные насмерть глаза совсем юной девчонки лет тринадцати – четырнадцати, черная краска растеклась и прочертила широкие грязные полосы на напудренных щеках.

– Не шевелись, – резко приказал я. – Ты знаешь, как меня называют?

– Слепой Мастер!

– Именно; не совсем понимаю, что это значит, но я не промахнусь, если буду стрелять. Теперь отвечай – кто ты?

Перепуганная женщина дернула юбку, раздирая её и пытаясь освободиться. Вторая стрела воткнулась ровно точно рядом с её рукой, тянущей ткань, меж пальцами, пригвоздив к полу освобожденный было подол.

– Не стреляй, господин! – взвизгнула женщина в истерике. – Я все скажу, только пощади!

– Так говори. Я не убийца, и если ты ни в чем не виновата, я не трону тебя. Кто ты?

– Я из театра, – в отчаянье крикнула женщина. – Пощади, господин!

– Зачем ты здесь и где невеста?

– Пощади, господин!

– Отвечай.

– Господин, я ни в чем не виновата! – противно пищала она. – Разве что в собственной жадности – но когда беден, это не кажется таким уж преступлением! Госпожа невеста все придумала!

– Что придумала госпожа невеста?

– Она узнала, господин, что принц Зед хочет заключить с ней политический брак. Не знаю, как. Но только она поклялась, что не допустит развода! Я немного на неё похожа, и она мне заплатила, я должна была занять её место на празднике. А когда ты пригласил меня на танец, господин, я испугалась, что отец узнает, что я не его дочь, и тогда мне конец! Поэтому я решила убежать. А она… В этот миг она на полпути к человеку, который должен будет лишить её чести, чтобы через год принц Зед не смог бы с ней развестись!

У меня даже глаза на лоб полезли. Придумать такое! Наставить любимому жениху рогов – и исключительно из чувства великой любви!

– Да не ори ты, – грубо прикрикнул я, опуская стрелу. – Не дай бог услышит кто. Куда поехала эта аферистка? И почему понадобилось куда-то ехать – что, поблизости мужичка нельзя было найти?

Женщина от моих слов даже рыдать перестала.

– Мужичка?! – потрясенно переспросила она. – Да что ты такое говоришь, господин?! Госпожа невеста любит принца Зеда, и одна только мысль о другом ей противна! Она поехала к лекарю!

Если бы у меня были свободны руки, я бы за голову схватился.

– Значит, так, – сказал я, – поднимайся и не вой. Укажешь мне дорогу. Если мы успеем, и лекарь не успеет сделать своего гадкого дела, я отпущу тебя и никому не скажу, что ты вообще тут была. Если же не успеем… боюсь, я не стану тебя покрывать, и ты ответишь по закону перед принцем и перед Драконом за то, что пыталась помочь обмануть их.

Девушка хлюпнула носом и попыталась подняться. Это оказалось нелегко – стрела надежно пригвоздила её платье к полу. Я попытался сломать стрелу, но и это оказалось не легко – она тоже была сделана из гамба. Легче было разорвать платье; так я и поступил.

– Идем, господин! Нам нужно поторопиться. Лекарь примет госпожу невесту в северном крыле! – фальшивая невеста, едва оказалась способной к передвижению, подскочила резво на ноги и рванула куда-то – нет, не по красивому залу, украшенному изысканными растениями, а в боковой ход, скорее всего, коридор для слуг. Для человека, только что уличенного в преступлении и попавшегося (да не абы кому, а другу жениха) она была слишком смела… хорошо, что я научился уже доверять своим ощущениям!

Нескольких секунд мне было достаточно, чтобы прозреть и оценить ситуацию трезво.

Моя провожатая назвалась актриской, которой заплатили небольшие деньги и, нацепив платье невесты, велели сидеть на стуле и не дрыгаться. Актриса? Ха, как бы не так!

Для наемной актрисы она слишком хорошо знала замок; она шла уверенно, не оборачиваясь и не раздумывая. Подол её платья волочился по полу, несмотря на деревянные колодки на её ногах. Платье, несомненно, принадлежало невесте (иначе отец сразу бы понял, что это не его дочь), но было оно какое-то… мешковатое.

И в самом деле – отчего, когда вся знать, приглашенная на бал, разодета в пух и прах, невеста надевает неприметное черное платье, похожее на балахон, пусть даже и в знак уважения к жениху? Можно было надеть такую черную роскошь, что все остальные просто поблекли бы в сравнении с невестой. Взять ту же красавицу с черными волосами, к которой я присматривался в начале вечера – очень, очень похвально!

…И кроме полагающейся фаты цепляет еще и широкое непроглядное, как ночь, покрывало? В этом мешке не то что невесту – можно было привести под венец мальчика, и Черный ничего не заметил бы, женился…

Мальчика?!

В самом деле!

С ужасом заметил я теперь и то, что грудь «девицы» странно прыгает, словно ей не тринадцать, а все сорок, и у неё как минимум пятеро детей, которых она вскармливает грудью. Напихал за пазуху тряпок! И волосы сбились набок, когда я откинул покрывало, и голос противный...