Чтение онлайн

– Для них, должно быть, твое возвращение большая радость?
– заметил я.

– Да. Только мать слишком много пьет, с ней никаких денег не хватит. Каждый день приходится доставать ей все новую и новую выпивку.

Я не понимал, к чему он клонит.

– Когда я был мальчишкой, то приходил сюда в горы с матерью, - продолжал Макс.

Он, казалось, наслаждался звуками своего голоса.

– В восьмидесяти километрах отсюда был перегонный куб. Когда я увидел Веду, сразу понял, что вы где-нибудь поблизости. Мне понадобилась пара дней, чтобы разыскать вас. Вы были бы удивлены, узнав, как много здесь заброшенных хижин самогонщиков.

– Правда?
– я повернулся в его сторону, и рука Макса сразу же потянулась к револьверу.

Несмотря на свою улыбку, он нервничал. Обращаясь к Веде, он сообщил, что не против выпить глоток виски и закусить парочкой зажаренных яиц.

– А здесь довольно мило, правда? Молодцы, хорошо устроились. Даже радио есть. Держу пари, что вы в курсе всех событий, касающихся убийства Бретта.

– Ты не против, если я закурю?
– спросил я Макса. Его рука сразу же ухватилась за рифленую рукоятку.

– На твоем бы месте я бы этого не делал. Я видел подобные трюки в кино. Это небезопасно.

– Слушай, мне все это надоело. Говори прямо, что тебе нужно?

Веда выпрямилась и посмотрела на Макса. Установилась долгая пауза. Атмосфера настолько сгустилась, что можно было вешать на нее плечики для сорочек.

– Я подумал, вы не захотите, чтобы вас разлучили. Мисс Руке очень славная девочка. Вы провели здесь несколько дней, и я надеюсь, Флойд, что ты не все время строгал палочки, когда рядом такая девушка. Я думаю, что вы не успели надоесть друг другу.

– Короче, - рявкнул я.

– Ты же знаешь, как быстро полицейские разлучают влюбленных. И мысли не может быть о любви и браке в камере.

– Продолжай, - крикнул я, и в голосе моем появились нотки, заставившие его снова вцепиться в револьвер.

– Из газет я узнал, что вы прикарманили кругленькую сумму. Жаль, конечно, но такие деньги слишком жирный кусок для вашей парочки. Моя старуха, понимаете, нуждается в деньгах. В день она соглашается на бутылку джина, не меньше. Это для нее что-то вроде лекарства. Поэтому вам придется малость раскошелиться, я доступно излагаю?

– Это не беда, - сказал я, - могу подбросить сотню-другую на лекарство.

– Сотня-другая меня не устраивает, да и мамочку не спасет.
– Он поудобнее устроился в кресле.
– Если вы хотите быть вместе - платите. Никто, кроме меня, не знает, что вы здесь. Я буду держать язык за зубами, если моя старушка получит джин в количестве, способном удовлетворить ее запросы до конца жизни.

– Наверное, ты прав, Макс.

– Об этом я и говорю, никому неохота быть подсудимым по обвинению в убийстве.

Яичница шкворчала и подпрыгивала на кипящем масле. В течение минуты только эти звуки и раздавались в комнате Потом Макс продолжил:

– Я полагаю, вы пойдете на все, чтобы избавиться от крупных неприятностей.

– Сколько ты хочешь?

– Думаю, двадцати пяти тысяч будет достаточно.

– Ты спятил, - с возмущением выкрикнул я, наклоняясь над столом.
– Это же все деньги, которые у нас есть. Как же мы выберемся отсюда без денег?

Он потеребил кончик носа.

– Меня это не касается.
– Он притушил сигарету и зажег новую, его взгляд ни на минуту не отрывался от моего лица.
– Я знал, что ты не сразу согласишься и будешь норовить подложить мне свинью. Поэтому, прежде чем уйти, я оставил записку. В ней вкратце изложено, куда я пошел и с кем собираюсь встретиться. Она находится у моей старушки. Это на тот случай, если у меня возникнут неприятности. Может, мамочка и пропитана винными парами, но, что касается денег, она не дура. Быстро сообразит, что делать, если я не вернусь. Поэтому, Флойд, без фокусов.

– Почему я должен тебе верить? Допустим, я дам тебе двадцать пять тысяч. Но что мешает тебе нас выдать, когда ты их получишь?

– Я этого не сделаю, - сказал он убежденно.
– Ты мне нравишься. Какой мне смысл выдавать вас? Дай мне деньги, и я забуду, что ты существуешь.

Я начал понимать, что чувствует крыса, когда захлопывается дверь крысоловки.

– Ты уверен, что не выдашь? А премия в тридцать тысяч Ты о ней забыл? Ты же можешь ее получить!

Он подпрыгнул и завращал глазами. О ней он забыл.

– Время возвращаться. А тебе раскошелиться, Джексон. Веда положила на тарелку яичницу с беконом. Раскупорив бутылку, она налила виски в стакан.

– Чистое или с содовой?
– спросила она, и голос ее был неровный, как наждачная бумага.

– Чистое. Итак, что ты решил, Джексон?

– Отдай ему все, и пусть катится ко всем чертям, - сказала Веда.

Я оглянулся и с удивлением посмотрел на нее. Она чуть-чуть улыбнулась холодной улыбкой, потом вышла из комнаты и вернулась с полной тарелкой в одной и с виски в другой руке.

– Ладно, - махнул я рукой.

Ее улыбка предупредила меня быть начеку. Она подошла к столу, когда я встал. Макс направил ствол на нее, но, как только я зашевелился, перевел на меня. Это было для нас единственной возможностью. Веда выплеснула виски ему в лицо и тут же вцепилась в руку, держащую кольт.

Раздался выстрел. В два прыжка я пересек комнату и ударил Макса в челюсть. Его голова резко откинулась назад и беспомощно повисла. Я схватил револьвер и, когда взглянул на Веду, увидел, что она ранена. Она оперлась о стол, прижав руку к бедру. Сквозь юбку просочилась кровь.

– Веда!

– Все в порядке. Это царапина. Свяжи его. Жесткое выражение ее глаз привело меня в чувство.

– О'кей, - сказал я, выворачивая карманы Отиса. В одном из них находился еще один пистолет 25-го калибра и немного денег в задрипанном бумажнике.

Я снял с него брючный ремень и скрутил руки назад. Видно, я слегка переусердствовал, так как тело вымогателя перегнулось назад. Потом я подошел к Веде. Она приподняла юбку, рассматривая глубокую рану на бедре.

– Не страшно, Флойд. Дай мне мокрую тряпку. Когда я промывал рану, мы не сказали друг другу ни слова. Я налил ей виски и выпил сам.

– Ты молодец, девочка! По правде, нам ничего другого не оставалось. Иначе я не смог бы к нему приблизиться.

– Ты думаешь, он оставил записку своей матери?

– Не знаю.

– Нужно узнать.

– Как это сделать? Мне кажется, гораздо проще уехать отсюда.

– Не в этом дело. Дело в письме.

Я подошел к Максу и встряхнул, пытаясь привести его в сознание. Но я ударил его сильнее, чем того хотел.

Наконец он застонал. Глаза открылись. Я наклонился над ним. Лицо шантажиста было серым.