Кинжал и пудреница
Шрифт:
– На заднем сиденье жратва и выпивка, - сказал Ник, укладывая чемоданы в багажник.– Этот утиль был построен в Чикаго, а там понимают толк в таких делах. В нем есть два тайника, они могут вам пригодиться. Один находится под шоферским сиденьем, и в нем здоровенный кольт. Я его почистил, смазал и зарядил. Второй - за приборной доской, в нем автомат и две гранаты.
– Боже милостивый!– воскликнул я.– Что происходит? Началась война?
– Для тебя да, - подтвердил Ник сурово.– Будь осторожен.
– Постараюсь, Ник. И огромное спасибо.
– Береги его, - сказал Ник Веде.– Он замечательный парень. И не слушай никого, кто утверждает обратное.
Я включил зажигание и медленно повел машину. Ник вскочил на подножку и предупредил:
– В конце аллеи при выезде - застава. Вторая - на шоссе в Пасадену. Смотри в оба!
Он соскочил с подножки, и я увеличил скорость.
– Ну вот мы в пути, я буду чувствовать себя спокойнее, когда минем заграждения.
– Если нас остановят, ты - мой брат Джон, - сказала Веда.– Предоставь разговаривать с ними мне, поверь, они быстро нас отпустят.
– Ты что, ничего не боишься?
– Есть немного, но не очень. Я стараюсь смотреть на все, как на приключение из фильма. Мне не верится, что это происходит с нами.
– Да, - согласился я, - временами и мне эта мысль приходит в голову, тогда я становлюсь храбрым.
Я вел машину по грунтовой дороге пять часов. Я чувствовал, что город, по которому нам предстояло проезжать, был охвачен волнением. Перед каждым кафе стояли мужчины и провожали нас внимательными взглядами.
У некоторых были ружья, остальные были вооружены палками и заступами.
– Все это напоминает мне толпу, собравшуюся для линчевания. Как хорошо, что мы уехали.
– Смотри, - воскликнула Веда, - они останавливают все машины.
Я замедлил скорость. Две машины впереди нас уже остановились. Здоровенный грузовик стоял поперек дороги, мешая движению.
Мужчины с фонарями и пистолетами держались вокруг грузовика, в то время как полицейские вместе с солдатами проверяли водителей и пассажиров.
Я почувствовал, что покрываюсь потом, но предотвратить этого не мог.
Едва я успел закурить сигарету, как один из полицейских осветил меня фонарем.
– Куда едете?– грубо спросил он.
– В Пасадену, - ответил я.
Он перевел взгляд с меня на Веду.
– Вы, должно быть, ищете убийцу Бретта, - весело сказала она.– Так, инспектор?
Она послала ему улыбку, которая чуть не сбила его с ног.
– Точно, мисс, - ответил он почти нормальным голосом.– Кто вы такие?
– Моя фамилия Руке, и его тоже. Веда и Джон. Он мой брат.
Он опять посмотрел на меня:
– Брат? Повезло.
– Я предпочел бы быть ее мужем, - промямлил я с вымученной улыбкой.
– Не слушайте его, инспектор, - весело прощебетала Веда, - он всегда говорит ужасные вещи.
– Не такие они и ужасные, - со смехом ответил полицейский.
Он, казалось, пришел в хорошее расположение духа. К нам подошел солдат. Вид у него был такой же суровый и недружелюбный, как у асфальтированного тротуара.
Ворча, будто не он только что смеялся, полицейский осветил удостоверение и пробормотал:
– Порядок, можете ехать.– Он посмотрел на Веду и добавил:
– Я бы тоже не хотел быть вашим братом.
Я обогнал грузовик под взглядами дюжины молодцов. У некоторых из них в глазах отражался блеск тридцати тысяч.
– Вот видишь, не так уж страшно, - сказала Веда дрожащим голосом.
Я вытер лицо носовым платком.
– На этот раз сошло, но не всегда нам будет везти. Мы мчались по дороге со скоростью ветра. Мне не хотелось говорить. Я думал о следующей заставе, возле Пасадены. Мы проехали Глендиль беспрепятственно. На углу улицы стояла толпа. Какой-то тип в фетровой шляпе, стоявший в центре, что-то говорил, размахивая руками. У некоторых в руках были палки, и мне не нужно было ломать голову, чтобы понять, о чем они говорили. Кто-то из них повернулся и посмотрел на нас. Он закричал, но мы были слишком далеко, чтобы разобрать, о чем идет речь.
Я продолжал вести машину. Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не увеличить скорость. Веда посмотрела в окно и сказала, что за нами наблюдают.
– А что им еще остается делать, - заметил я. Мы выехали на дорогу, ведущую в Пасадену, и километрах в пяти увидели красный огонек.
– Впереди свет, - сухо сказала Веда.
– Вижу, - я раздумывал, остановиться мне или нет, ведь дорога была пустынной.
– Прими естественную позу, - быстро сказала Веда, словно почувствовала мое настроение.– Нечего бояться.
– Кто сказал, что я боюсь, - храбро ответил я.
Нервы мои были напряжены до предела. Фары "бьюика" осветили мужчин, стоявших посреди дороги. Я не увидел среди них ни полицейских, ни солдат и почувствовал, как холодок пробежал по спине. Вид у них был, как у настоящих бандитов.
– Приготовься!– приказал я и потянулся к панели управления, где был замаскирован пулемет.
– Еще не время, - прошипела Веда, - прошу тебя, Флойд.
Я отложил оружие и выпрямился.
– Не нравятся мне эти типы, - прошептал я, еле шевеля губами.
Как только "бьюик" остановился, толстый детина в рубашке, с красным фонарем в руке, подошел к нам. У него был неопрятный вид. Остальные взяли нас на прицел. Наверное, это были все же не бандиты, а шахтеры.
– В чем дело?– спросил я, высовываясь из окна.– Что все это значит?
– Вылезай, да поживее, - приказал толстяк.
– Делай, что говорят, - прошептала Веда.– Не в наших интересах их злить.
– Заткнись, - сказал я.– Как только я выйду из машины, они сделают с нами все, что им взбредет в голову. Здесь мы в большей безопасности.
Кто-то направил на меня свет фонаря.– - Это не он, Джордж, этот слишком темный.
Толстяк ухмыльнулся, подошел к нам поближе, и я почувствовал запах перегара.
– Выходи, я сказал!– пролаял он, наставив на меня ружье.
Я услышал, как хлопнула дверца. Веда вышла из машины и стала на дороге. Я тихо выругался, и рука непроизвольно потянулась к кольту. Сунув руку в ящик, я нащупал холодный, тяжелый предмет, который осторожно положил в карман куртки. Потом открыл дверцу и вышел, Толстяк подтолкнул меня под свет фар.