Чтение онлайн

Я обнял Веду за плечи:

– Что ж, старушка, может, они и не промах, но мы хитрее, вот увидишь.

Но это были пустые слова.

Глава 12

Меня разбудил запах кофе. Было темно. Я уселся и почувствовал, как холодный ветер пахнул в лицо. Веда сидела на корточках перед спиртовкой. Голубоватое пламя освещало ее лицо, сосредоточенное и мрачное. Она выглядела опрятно в черных брюках и толстом свитере. Ее волосы были перехвачены красной лентой.

Глядя на нее, я вспомнил историю, рассказанную ею о шоферах грузовиков, с которыми она встречалась в амбаре. Спокойная, равнодушная к оценивающим взглядам шоферни, она, наверное, казалась им непроницаемой.

– Доброе утро, - сказал я, вставая и сбрасывая одеяло. Посмотрев на часы, я обнаружил, что было немногим позднее пяти утра.

– Ты не спала?

Она подняла голову и улыбнулась, отрешенное выражение исчезло.

– Ты хочешь кофе?

– Спрашиваешь!

Наливая кофе в чашки, она сказала:

– Слушала радио. Они думают, что мы едем к мексиканской границе.

– Правда? Башковитые парни, ничего не скажешь. Она улыбнулась, протягивая мне чашку, но в глазах читалась озабоченность.

– Они расставили посты на всех крупных магистралях и заявляют, что нам не прорваться.

– Нам лучше забыть о своих планах насчет Тигуаны.

– Да.

Я медленно выпил кофе. Самое страшное было то, что я не знал, куда нам ехать.

– Нам нужно двигаться на север, - сказала она, словно читая мои мысли.

– Мы не можем вторую ночь подряд проводить под звездами.

– Может быть, этого они от нас и ждут. Они могли специально сказать про Мексику. Редферн далеко не дурак. Я встал.

– Мне нужно все обдумать и переварить, но прежде необходимо умыться и привести себя в порядок. Дай мне несколько минут, и я буду как огурчик.

Я взял бритвенный прибор и направился к журчащему поблизости ручью.

Вода оказалась холодной, и процедура бритья вызвала самые мучительные ощущения за последние годы.

Когда я вернулся, Веда поджаривала на спиртовке бекон.

– Может, нам следует остаться здесь и никуда не двигаться до тех пор, пока не уляжется шум?

– Неплохая мысль, - сказал я.
– Во времена сухого закона здесь обитали самогонщики. Будет не трудно разыскать их хижину или какое-нибудь другое убежище. Мы останемся здесь, я с тобой согласен. Пройдет неделя, и преследователи станут не настолько бдительными, чтобы мы не смогли этим воспользоваться. А у меня к тому же за это время усы вырастут!

Теперь, когда у нас был план, напряжение ослабло. За завтраком я рассказал ей о самогонщиках и о том, как они прятались здесь со своими аппаратами, как перевозили сивуху в город на двуколках. Здесь была построена не одна хижина, и мы обязательно найдем место для укрытия.

Когда она мыла посуду в проточной воде, я сказал:

– Сегодня ночью я еще раз обдумал историю, в которую мы влипли. До сих пор у меня не было времени спокойно все обдумать. Я хочу понять только одну вещь кто убил Бретта?

– А разве не ты?

Эти слова вырвались у нее раньше, чем она подумала. Сказав, она в испуге поднесла руки ко рту и побледнела.

– Неужели ты думаешь, что это я? Я же тебе рассказывал, как все произошло. Значит, ты мне не веришь?

– Не знаю, как это у меня вырвалось. Конечно, Флойд, я тебе верю... Прости, бога ради, прости!

Она схватила меня за руку и прижалась к моей груди.

– Мне все равно, ты это сделал или нет!
– воскликнула она.
– Я хочу быть только с тобой!

– Но ведь это же бред, Веда! Ты же все время будешь думать, что я убийца!

Она отстранилась от меня:

– Хорошо, не ты убил его. Я же сказала тебе, что мне все равно.

Я взял ее за руку, она заплакала.

– Веда, ты должна мне поверить, иначе мы не сможем быть вместе. Его убили в то время, когда я искал пудреницу. Когда прогремел выстрел, я стоял на постаменте, а когда вошел в комнату, он сидел в кресле лицом ко мне. Пистолет лежал возле его ног. Кто же мне поверит, если даже ты...
– - Конечно, дорогой, - она скорее уговаривала себя, чем меня.

– Бред какой-то! Если уж ты мне не веришь, дела мои плохи.

– Да нет же, нет, я верю тебе, верю! Ты очень расстроился?

– Если ты думаешь, что я убил Бретта, зачем же со мной поехала?

– Что бы ты ни сделал, для меня ничего не изменится. Ты для меня - все.

– Допустим. Итак, я для тебя все, но Бретта я все же не убивал.

– Конечно, дорогой.

Я смотрел ей вслед, когда она понесла посуду к ручью. Самое страшное, что она все же не верит мне. Я подошел к ней, как только она вернулась.

– Послушай, Веда, есть причина, по которой я не мог убить Бретта. Ведь он должен был мне передать деньги. Я не принес их, следовательно... Неужели ты считаешь, что я убил его ради собственного удовольствия?

– У него были приготовлены деньги для тебя, но по радио об этом ни слова. Ты думаешь, их украли? Это было озарение.

– Вот и разгадка!
– воскликнул я.
– Теперь понятно, почему его убили! Кто-то знал, что он должен был передать мне деньги, дождался подходящего момента и застрелил Бретта.

– Похоже, мы докопались до истины, - сказала Веда задумчиво.

– Значит, ты думаешь, что деньги взял я? Ты думаешь, что я поехал к Бретту и убил, чтобы заполучить и кинжал и деньги?

– Умоляю, дорогой.., ты делаешь мне больно.

– Герман!
– воскликнул я.
– Я сказал только ему! Как я раньше не догадался. Он знал, что я собираюсь к Бретту за деньгами. Он мог приехать туда раньше, убить Бретта и свалить все на меня. Ведь официально приехать должен был я. Об этом знали и секретарша и охранники. Стало быть, подозрение падет на меня. Ну, Герман, все продумал, подлец!

Она резко поднялась, взволнованная не меньше моего, и вцепилась мне в руку.

– Ох, дорогой, скажи, что это не ты сделал! Вообще-то, не надо. Я теперь и сама вижу, какой я была дурой. Я думала.., неважно, о чем я думала. Прости меня, дорогой!

– Да не за что тебя прощать, - ответил я, привлекая ее к себе.
– Это был Герман, только Герман, в этом я уверен!

– Об этом мы поговорим по дороге. Нужно ехать, Флойд. Смотри, уже почти день.

– Герман, - повторил я, ведя машину по извилистой дороге.
– Все сделал этот подонок. Что ты о нем знаешь, Веда? Он испытывал денежные затруднения?