Чтение онлайн

Интересно, чувствует ли Язон Дилл то же самое?
– думал Баррис, покидая видеорубку. Возможно, он свободен от этого. Конечно, если размышлять логично, ему нечего бояться. Но в любом случае иррациональный страх должен оставаться.

Он направился через переполненное и шумное здание вокзала к одной из закусочных. Там он заказал бутерброд и кофе. Он посидел немного, собираясь с духом и размышляя.

Получал ли Дилл письмо, обвиняющее меня в измене?
– спрашивал он себя. Сказала ли Рашель правду? Возможно, нет. Возможно, это был план повернуть его назад, удержать от посещения офиса Управления "Единства".

Я должен воспользоваться случаем, решил он. Несомненно, я могу прозондировать почву, найти информацию через какое-то время. Я могу узнать все в течение недели, но я не могу ждать так долго. Я должен повидать Дилла сейчас. Для этого я сюда и прибыл.

И я был с ним, думал он, - с врагом. Если такое письмо существует, несомненно, потребуются "Доказательства". Системе больше ничего не надо. Я буду разоблачен как изменник и признан виновным. И это будет мой конец, как официального лица системы и моей жизни также. Правда, что-то может, от меня и останется, но по-настоящему я жить не буду.

И еще, понял он, я даже не могу вернуться сейчас назад, в собственный регион. Нравится мне это или нет, но я встречался с отцом Филдсом лицом к лицу. Я с ним связался, и любые враги, которые у меня могут быть внутри и снаружи "Единства", получат то, чего хотят, чтобы сократить мою жизнь. Уже слишком поздно для того, чтобы все бросить, чтобы оставить идею спора с Диллом. Отец Филдс, подумал он иронично, вынуждал меня довести все до конца.

Он заплатил за еду и оставил закусочную. Выйдя на улицу, он нанял другой робокэб и поехал к зданию управления "Единства".

Баррис растолкал армию секретарей и чиновников в святая святых Язона Дилла - офисе Управления "Единства". При виде директорской нашивки темно-красного разреза на сером рукаве его пиджака, служащие Управления "Единства" послушно уступали ему дорогу, оставляя свободным проход из помещения в помещение. Последняя дверь открылась и он внезапно оказался перед Диллом.

Дилл медленно поднял голову, положил кипу докладов.

– Как ты думаешь, что ты тут делаешь?
– Казалось, он поначалу не узнал Барриса. Взгляд его упал на директорскую нашивку и перешел обратно на его лицо.
– Это неслыханно, - сказал Дилл, - вторгаться подобным образом, без разрешения!

– Я приехал, чтобы поговорить с вами, - ответил Баррис. Он закрыл за собой дверь. Она сильно хлопнула, напугав хозяина офиса. Язон Дилл полупривстал, а затем сполз обратно в кресло.

– Директор Баррис, - пробормотал он. Глаза его сузились.
– Вы нарушаете обычный порядок приема. Сейчас вы знаете эту процедуру довольно хорошо.

– Почему вы вернули бланк с моими вопросами?
– прервал его Баррис. Вы утаиваете информацию от "Вулкана-3"?

Молчание.

Лицо Дилла стало бесцветным.

– Ваши формуляры не были заполнены надлежащим образом. Согласно части шесть статьи десятой "Единства"...

– Вы перехватываете материалы у "Вулкана-3". Вот почему он не нацелил полицию против Исцелителей.
– Он подошел поближе к сидящему, наклонился к нему так, что Дилл уставился на свои бумаги на столе, чтобы не встретиться с ним взглядом.

– Что? Это не имеет смысла.

– Вы знаете, что это означает? Измена! Скрывать информацию сознательно, искажать правду. Я могу выдвинуть обвинение против вас, даже арестовать вас.
– Опершись руками о поверхность стола, Баррис громко сказал.
– Неужели смысл всего этого - изолировать и ослабить одиннадцать директоров?

Он прервался. Он смотрел на ствол лучевого карандаша. Дилл держал его с тех пор, как Баррис ворвался в его офис. Мышцы на лице Дилла, мужчины средних лет, мрачно подергивались. Его глаза блестели, когда он сжимал маленькую трубку.

– Теперь ведите себя спокойно, директор, - холодно сказал Дилл.
– Я удивлен вашей тактикой. Это оскорбительно. Обвинять меня и не давать возможности сказать даже слово. Наработанная процедура.
– Он дышал медленно, делая серии глубоких вдохов.
– К черту вас, - огрызнулся он, садитесь.

Баррис сел, внимательно наблюдая за ним.

Я сделал свой ход, понял он. Он прав, он пронзителен и повидал больше, чем я. Может быть я не первый, кто врывается сюда, крича от негодования и пытаясь скинуть его с пьедестала силой.

Так размышлял Баррис, чувствуя, что его уверенность улетучивается, но он не отвернулся и продолжал смотреть на Дилла.

Лицо Дилла стало серым, капли пота выступили на его морщинистом лбу. Он вынул носовой платок и вытер пот, в то время как другой рукой продолжал держать лучевой карандаш.

– Мы с вами немного успокоились, - сказал он, - что, на мой взгляд, лучше. Вы были очень мелодраматичны. Почему?
– На его губах появилась кривая ухмылка.
– Отработали свое появление?

Его рука переместилась к нагрудному карману. Он потер что-то выступающее. Баррис видел, что во внутреннем кармане у Дилла что-то лежит и непроизвольно потянулся, чтобы посмотреть, что это. Но управляющий неожиданно резко отдернул руку.

– Лекарство?
– удивился Баррис.

– Первый шаг измены, - сказал Дилл, я мог испробовать это тоже. Попытка схватить удачу за хвост принадлежит вам.

Он указал на пульт управления на краю своего стола.

– Все это ваше величественное появление, разумеется, было записано. Доказательство здесь.

Он нажал на кнопку и на видеомониторе у него на столе появился дежурный "Единства" в Женеве.

– Дайте мне полицию, - сказал Дилл, сидя с лучевым карандашом, направленным на Барриса. Затем обратился к нему.
– У меня слишком много других дел, чтобы тратить время на безумных директоров.

– Я отвергну все ваши измышления в суде "Единства", - заявил Баррис.
– Моя совесть чиста, я действую в интересах "Единства" против Управляющего, который шаг за шагом, систематически уничтожает систему. Вы можете исследовать всю мою жизнь и ничего не найдете. Я знаю, в суде вы потерпите поражение, даже если для этого мне понадобятся годы.

– У нас есть письмо, - сказал Дилл. На экране появился полицейский с массивной челюстью.
– Приезжайте сюда, - приказал Дилл. Глаза полицейского забегали, когда он увидел сцену, где Управляющий направил пистолет на директора Барриса.

– Это письмо, - сказал Баррис как можно спокойнее, - не имеет под собой оснований, чтобы его принимать всерьез.

– О, - ответил Дилл, - вы недооцениваете его значение.

– Рашель Питт все мне рассказала, - ответил Баррис.
– Значит, она говорила правду. Хорошо, это письмо такое же подложное, как и первое, плюс этот эпизод будет достаточно характерен, чтобы изобличить его. Эти вещи надо связать вместе, и они дадут приемлемую улику для "Единства".