Клетка для дикой птицы
Шрифт:
И тут я поняла, что это был за гудящий звук.
— Стой! Назад! — Мой голос прозвенел с такой тревогой, что вместо того, чтобы снова броситься на меня, Перри проследила за моим взглядом.
Краска схлынула с её лица, и она закричала, вскакивая на ноги и бросаясь к Августу и Сирилу, размахивая руками над головой.
Но было слишком поздно.
Август толкнул Сирила изо всех сил. Сирил, потеряв равновесие, потянулся к забору, чтобы не упасть. Но в тот момент, когда его плоть коснулась металла, сетка будто схватила его. Всё его тело затряслось в диком танце, когда электричество из забора пронзило его. Он бился в конвульсиях, мышцы дёргались бесконтрольно.
— Сирил! — Крик Перри, грубый и пронзительный, разорвал воздух, когда она рухнула рядом с ним; инстинкты сработали достаточно сильно, чтобы удержать её от прикосновения к его содрогающемуся телу.
Мой взгляд встретился с взглядом Августа; ужас в его глазах отражал тошнотворную сцену, разыгрывающуюся перед нами. Мир, казалось, замедлился, каждая мучительная секунда растягивалась в вечность. Мы стояли парализованные, зная, что если коснёмся Сирила, то можем умереть вместе с ним.
Хватка Сирила на заборе ослабла, хотя я не могла сказать, был ли это осознанный выбор, потому что, как только его тело лишилось опоры, он рухнул на землю неподвижной грудой.
Перри бросилась к нему.
Август потянулся к запястью Сирила, пытаясь нащупать пульс.
— Сирил? — Мой голос дрогнул. — Ты меня слышишь?
Но от его одежды поднимался дымок, запах гари бил в нос, и Август покачал головой, выпуская руку Сирила и наблюдая, как та безжизненно падает обратно на землю.
Сердце ухнуло вниз.
Уже две мишени мертвы, и ни одна не от рук охотников.
Я не знала Сирила слишком хорошо и была уверена, что он убил бы меня при первой возможности, но умереть так близко к тому, что он считал свободой… от этой мысли в груди поселилась тяжесть.
А теперь мой единственный план по вызволению Джеда из Эндлока был разрушен.
— Я слышал, раньше они держали его под напряжением постоянно, — прошептал Август, глядя вдаль. — Но это было слишком дорого и тянуло слишком много энергии из сети. Должно быть, Ларч убедил совет раскошелиться.
Забор, когда-то безобидный, теперь пропускал смертельные разряды тока — ещё одно из препятствий Ларча.
Рядом со мной Перри давилась рыданиями, сжимая руку Сирила так, будто запах горелой плоти не указывал на неизбежный исход — трясла его, словно он мог быть жив после того, что перенёс.
— Перри? — прошептала я, осторожно кладя руку ей на плечо, сама удивляясь своей способности сочувствовать человеку, который избил меня до полусмерти в ванной.
— Не трогай меня! — Её визг эхом разнёсся по деревьям, и я поморщилась.
Она привлечёт охотников прямо к нам.
— Перри, послушай меня, — сказала я, убирая руку. — Нам нужно уходить. Силовое поле сожмётся с минуты на минуту.
— Я никуда с ним не пойду, — взвизгнула Перри, метая кинжалы взглядом в Августа. — Он убийца.
У Августа отвисла челюсть. — Сирил напал на меня. Я защищался. Я понятия не имел, что забор под током.
— Конечно. Так же, как вы двое не собирались сбежать через забор, да? — Перри снова посмотрела на землю, и я сделала вид, что не замечаю слёз, прокладывающих дорожки в грязи на её щеках.
— Мне очень жаль, — сказала я, пробуя снова, хотя глаза бегали по сторонам в поисках признаков приближающейся опасности. Нам надо было идти. — Я знаю, Сирил был твоим другом. Но он бы не хотел, чтобы ты умерла здесь.
Перри вытерла влагу со щёк, встречаясь со мной взглядом; её голос звучал смертельным шёпотом. — Давай я скажу это медленно, чтобы дошло до твоего тупого черепа. Мне не нужна твоя помощь. Я никуда с вами не пойду. Оставьте меня, блять, в покое.
— Принято.
Я поднялась, глядя на Августа. Он кивнул в сторону леса и зашагал прочь. Я оставила кусачки рядом со всё ещё дымящимся телом Сирила и побежала трусцой за Августом.
Как только мы отошли на несколько шагов от Перри, я спросила: — Мы же не серьёзно собираемся её бросить?
Август сглотнул, не глядя на меня. — Мы пытались помочь. Она не слушала. Я не собираюсь умирать ради неё — я нужен Момо.
Он был прав, конечно. Мы должны заботиться о себе. О Джеде. О наших друзьях, потому что именно ими они теперь для меня стали.
Мы не могли чувствовать вину за то, что делали ради выживания.
В конце концов, это было первое правило охоты за головами, и, похоже, оно отлично работало и здесь, на охотничьих угодьях.
Никогда не устанавливай зрительный контакт.
Я позволила себе нарушить правило на мгновение, в последний раз оглянувшись через плечо на трясущуюся фигуру Перри и встретив её немигающий взгляд, прежде чем мы вошли в лес, оставляя её позади. Но я не могла оставить позади чувство тревоги от того, что поймала её взгляд на нас, когда ожидала, что она будет смотреть только на Сирила.
Стычка у забора отняла слишком много времени, и нам пришлось пожертвовать скрытностью ради скорости, чтобы добраться до второго сектора. Там мы вскарабкались на чудовищную сосну и прождали на ней, пока силовое поле не сдвинулось в последний раз. Нам удалось добраться до Кровавого дерева вторым и третьим, присоединившись к заключённой в коричневой униформе, которая судорожно хватала ртом воздух, содрогаясь всем телом, прижавшись к багровой коре.
Она отказалась реагировать на попытки Августа заговорить с ней, и у меня сложилось впечатление, что она даже не знала, что мы там.
Ещё двое заключённых в серой форме вырвались из леса, а за ними по пятам гналась пара охотников — две девочки-подростка из той компании именинницы.
— Быстрее, — выдавила передняя заключённая сквозь тяжёлое дыхание. — Мы успеем.
Женщина позади не ответила, пристально глядя на Кровавое дерево и энергично работая руками.
— Всё будет хорошо, Сурия, — настаивала передняя, как раз в тот момент, когда прогремел выстрел.
Когда Сурия не ответила, женщина остановилась и обернулась, обнаружив её лежащей лицом в землю.
— Сурия?
Тело Сурии оставалось неподвижным, но из-под её замершего силуэта сочилась кровь.
Я закусила губу, усиленно моргая, чтобы сдержать слёзы, подступающие к глазам.
Первая заключённая бросилась от Кровавого дерева к телу Сурии, но один из охотников выпустил в неё три пули прежде, чем она успела сделать больше пары шагов. Она рухнула на землю и больше не встала.