Чтение онлайн

А еще любой мало-мальски глубокий вдох отзывался в груди противным, булькающим хрипом.

Меньше всего Наю хотелось думать, как это произошло. Что случилось после того, как он, выдумав первый попавшийся предлог, свалил из задымленного технического отсека и запер Лоренту в ее отсеке? Неужели он рухнул в обморок сразу же, едва войдя в свою каюту? Сколько он провалялся, прежде чем его нашли Вэйл с Лорентой?

От стыда хотелось удариться головой о стену. Черт бы с ним, с Вэйлом, но Лорента… Личность, которую она скрывала, оказалась в разы хуже неотесанного уголовника. Одно дело терпеть насмешки беззлобного простофили, и совсем другое — получать уколы от язвительной, циничной и высокомерной стервы.

Впрочем, несмотря на горечь от своего провала, Най даже испытывал какое-то облегчение оттого, что врать и изворачиваться больше не придется. Это было единственной светлой мыслью в его больной голове.

Потому что все остальное заполонил собой страх. Если еще вчера смерть казалась ему как минимум перспективой ближайших месяцев, то теперь, после приступа, не сопоставимого по силе ни с чем, он всерьез забеспокоился, что не дотянет даже до пятнадцатой колонии…

Най угрюмо посмотрел на раскрытый чемодан с лекарствами. Куча бесполезных склянок, делающая вид, что помогает ему отсрочить смерть.

“Нет, отец, — подумал молодой человек, — Наверное, как раз это во мне от мамы. Я боюсь. Не могу не бояться”.

Четыре года полного одиночества. Четыре года сражений с болезнью, которая даже не видела в нем соперника. Четыре года пустоты.

И как со смертью отца он умудрился потерять все?

“Умудрился! — со смешком заметил он, —Ты же сам все это сделал! Своими руками!”

Своими руками написал Белинде письмо, где солгал о переводе в другую колонию, своим языком запретил Кэсси — его тогдашней временной служанке — пускать кого бы то ни было из посетителей. Он сам оборвал все связи одну за другой, как лепестки у ромашки.

Жалость стала бы слишком большим ударом по его гордости. Это сейчас от этой гордости ничерта не осталось — а тогда Най цеплялся за нее, как за спасительную соломинку.

Потому что там, в пещерах под Последним кораблем, он потерял все остальное — отца и самого себя.

“Тогда чего же ты боишься теперь?” — сказал себе Най, и собственный голос показался ему поразительно похожим на отцовский.

В приступе ярости Най вскочил на ноги, захлопнул чемодан, и, переждав наплыв темноты в глазах, вышел из комнаты.

Дверь в каюту Лоренты была распахнута настежь. Надев очки, Най осторожно заглянул туда и встретился глазами с насмешливым взглядом девушки, сидящей на койке с книгой в руках:

—Что, уже проснулся? Я думала, ты уснул вечным сном.

“Вот же стервозная пакость!”

—Не дождешься, —Процедил он, прислоняясь к дверному косяку.

—Жаль, —Делая вид увлеченного чтения, сказала она, —А то твое занудство вмиг бы навело порядок на том свете.

—Ничего, мне пока хватит этого корабля…

—Тогда не стой тут истуканом. Там уголовник движок чинит.

—А ты что делаешь? —Нахмурился Най.

Лорента с напускной медлительностью положила книгу перед собой и подняла на него глаза:

—Не твое дело.

—Вообще-то, ты все еще числишься на этом борту биоандроидом. И в твои обязанности входит выполнять наши приказы.

—От твоих приказов тоже несет псиной? —Поинтересовалась она, очевидно, намекая на Вэйла.

—Нет, скорее говядиной. Или свининой. Приготовь нам поесть.

Девушка уставилась на него так, словно он потребовал от нее раздеться.

—Я тебе не кухарка, —Чуть погодя, выдала она, —Обойдешься.

—В таком случае, —Най припомнил, как несколько часов назад она умоляла его не запирать каюту, —Мне придется ограничить твои передвижения по кораблю. На все время полета.

—Ладно, —Весь бунтарский пыл мгновенно угас. Лорента поднялась с койки и протиснулась мимо Ная в коридор, —Но смотри, как бы я не подсыпала тебе чего-нибудь…

Най с любезностью улыбнулся:

—У тебя ничего нет. Я проверял.

С нескрываемым презрением она развернулась и прошла в сторону кухни. Най ощутил себя победителем в этой перепалке, и с чувством духовного подъема направился к Вэйлу.

Технический отсек за несколько часов успел охладиться и проветриться — теперь здесь хотя бы можно было дышать, не боясь схлопотать смертельный приступ. Най осторожно, чтобы не повредить и без того ноющие ноги, спрыгнул с лестницы и тотчас окликнул пилота:

—Вэйл! Ты здесь?

—А где ж мне быть? —Донеслось слева.

Двигатель, окончательно добитый навыками Лоренты, теперь походил на расчлененного жука, которому оторвали крылья, чтобы добраться до внутренностей. Вэйл лежал на полу, забравшись ему под брюхо, и что-то старательно прикручивал. Он высунул голову, чтобы поговорить с Наем:

—Ну как ты? Отошел маленько?

—Нормально, —Соврал Най, спрятав руки в карманы штанов.

—Точно? —Сощурился пилот, —Что-то рожа у тебя больно бледная…

—Она всегда такая, —Отрезал ученый, —Давай, говори, что делать надо.

—Да тут делай не делай, все одно — движку трындец!

Он ловко вылез из-под двигателя, поднялся на ноги и показал Наю на широкий цилиндр, пробитый в нескольких местах, словно дуршлаг.

—Эта дура гвоздями половину внутренностей раскурочила. Хорошо, хоть поршни целы, —Вэйл потер затекшую шею, —Но цилиндры менять придется.

—А они у нас есть?

—Откуда! —Присвистнул пилот, —Их так-то днем с огнем не сыщешь, а тут еще какой-то мудреной модификации… Если на пятнадцатой найду, считай, мы везунчики.

Мало им было проблем — теперь еще подвалило!

—А если без него..? —Най покосился на второй двигатель у противоположной стены, на вид вполне исправный и надежный.

—Нет, —Покачал головой пилот, —На резервном в лучшем случае дотянем до пятнадцатой — и то, как на хромой кобыле. А дальше без обоих исправных движков можно эту красотку на свалку. Ну или в музей — как вы любите.

Най проигнорировал выпад в свой адрес. Каждое слово Вэйла звучало почти как смертный приговор — и ему самому, и всей экспедиции.