Клоун
Шрифт:
В мутном, размытом и иллюзорном мире сновидений перед ним внезапно предстал тот самый убитый господин.
Мейнард, широко распахнув свои лазурные глаза, нависал над женщиной с выдающимися формами и белоснежной кожей, отчаянно и страстно совершая фрикции.
Сначала его лицо исказилось от непередаваемого блаженства и экстаза. Но уже в следующее мгновение он резко отдернул правую руку, судорожно схватившись за грудь. Экстаз сменился мучительной, звериной гримасой боли.
Шмяк!
Как только Мейнард рухнул замертво, картина сновидения с хрустом разлетелась на тысячи осколков. Клейн резко распахнул глаза, выныривая в реальность.
«Никогда бы не подумал, что однажды мне доведется смотреть пикантное кино в таком формате… Выходит, член совета Мейнард скончался прямо в постели с любовницей, попросту не выдержав любовных перегрузок?» — издав тихий смешок, Клейн помассировал виски.
Выудив перьевую ручку и чистый лист бумаги, он вновь прибегнул к магии ритуалов, в точности перенеся на пергамент черты лица той самой пылкой дамы из своего сна. Разумеется, всё, что находилось ниже шеи, он благоразумно опустил.
Это была женщина, чей возраст определить сходу было просто невозможно. В ней причудливо сплетались зрелая, манкая притягательность тридцатилетней дамы и едва уловимые, наивные нотки уходящей юности. Ее глаза, влажные и блестящие, смотрели так жалостливо, что мгновенно пробуждали желание ее защитить.
Бросив беглый взгляд на «свое» творение, Клейн аккуратно собрал все ритуальные принадлежности и развеял невиди духовную стену.
Повернувшись вполоборота, он потянулся рукой к прислоненной неподалеку черной трости с серебряным набалдашником.
И в этот самый миг до его ушей донесся жуткий, клокочущий хрип! Тошнотворный, утробный звук, от которого всё тело мгновенно покрылось табунами мурашек!
Клейн молниеносно обернулся к кровати. И увидел, как мертвый Мейнард мертвой хваткой вцепился в темно-красную простыню. Вцепился с такой нечеловеческой силой, что вены на тыльной стороне его ладоней вздулись черно-синими буграми.
С громким, рвущим тишину шелестом член городского совета, скончавшийся минувшим вечером между девятью и одиннадцатью часами, резко сел на кровати! Изо рта мертвеца густой струей потекла слюна, а его пустые, безжизненные глаза широко распахнулись.
Глава 174
Превращение в живого мертвеца
Не успел Клейн обдумать новую мысль, как увидел, что окоченевший член совета Мейнард уперся руками в кровать. Подняв тяжелый порыв ветра, он прямым, как доска, броском кинулся прямо на него, метя в левую сторону!
Случись подобное раньше, юноша наверняка бы замешкался и не успел увернуться. Даже если бы он и почуял неладное заранее, ему пришлось бы кубарем откатываться в сторону, чтобы вырваться из зоны поражения.
Но сейчас Клейн действовал на чистых инстинктах. Резко оттолкнувшись своими новенькими, отполированными до блеска сапогами без пуговиц, он по диагонали отскочил в сторону и запрыгнул прямо на кресло с высокой спинкой.
Поскольку с момента его продвижения прошел всего день, он еще не до конца освоился с возросшей силой, ловкостью и скоростью. В спешке этот прыжок оказался слишком высоким и сильным. В итоге Клейн приземлился прямо на самый край высокой спинки кресла!
Площадь опоры была до смешного узкой. Сердце Клейна тревожно екнуло. Молниеносно взяв тело под контроль, он сместил центр тяжести.
Покачнувшись пару раз, юноша всё же твердо устоял на ногах, уподобившись черной кошке, хвастающейся своим безупречным чувством равновесия.
Одновременно с этим он резко взмахнул левой рукой. Подловив момент, когда «живой мертвец» Мейнард бросился вперед, Клейн с силой огрел его тростью по ребрам. От удара тварь потеряла равновесие, пошатнулась и с грохотом рухнула на ковер.
Балансируя на спинке кресла, Клейн стремительно вскинул правую руку, потянувшись к подмышечной кобуре. Он вознамерился выхватить револьвер и всадить в этого живого мертвеца серебряную пулю для охоты на демонов.
Но в этот самый миг он внезапно задумался о том, как потом будет разгребать последствия.
«Если я проделаю в трупе члена совета Мейнарда зияющую дыру, как мне потом объяснять причину смерти его родне и тем взбудораженным членам Новой партии?»
«Скажу, что просто решил всадить пулю в труп для профилактики?»
Пока эти мысли проносились в его голове, правая рука Клейна скользнула в карман полицейского мундира и нащупала тонкую треугольную пластину.
«Талисман упокоения…» — молниеносно сориентировавшись, он без колебаний выудил серебряный артефакт и негромко выкрикнул слово на древнем гермесе:
— Багрянец!
Под аккомпанемент эха заклинания талисман начал источать ауру абсолютного умиротворения и покоя. Клейн поспешно влил в него свою Духовность и швырнул прямо в «живого мертвеца» Мейнарда, который как раз пытался подняться с пола.
В воздухе со вспышкой занялось ледяное голубое пламя, пожирая треугольную пластину. Мягкая, умиротворяющая тьма стремительно расползлась во все стороны, растворяя в себе любую тревогу и беспокойство души.
«Живой мертвец» Мейнард замер как вкопанный. Его пустые, безжизненные глаза тупо уставились в пол, а с губ на ковер капля за каплей стекала вязкая слюна.
Клейн облегченно выдохнул. Он уже собирался достать материалы и провести ритуал, чтобы очистить и навсегда упокоить эту нечисть.
Но в следующую секунду в горле Мейнарда вновь раздался тот самый жуткий клокочущий хрип. Пустые глаза мертвеца снова уставились на левый карман полицейского мундира Клейна.
«Твою ж мать…» — Клейн резко оттолкнулся и перепрыгнул со спинки кресла прямо на подоконник эркерного окна.
В то же самое мгновение за его спиной раздался грохот падающего и ломающегося кресла.
Чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом, Клейн был вынужден извлечь из кармана еще одну прямоугольную серебряную пластину.
Это был «Талисман глубокого сна»!
Не только живые нуждаются во сне. Мертвые по своей природе пребывают в состоянии «вечного сна», и лишь вмешательство аномалии может заставить их пробудиться и бродить по земле!
В некоторых книгах по мистицизму поведение подобных «живых мертвецов» описывалось весьма красноречиво:
Они спят днем и пробуждаются ночью.