Клоун
Шрифт:
А ответ «Солнца» ничуть ее не разочаровал. Жители Города Серебра не поклонялись ни одному из семи ортодоксальных божеств. Они не верили ни в Смерть с Южного континента, ни в тех скрытых сущностей, еретических богов и демонов, о которых ей рассказывал «Повешенный» — таких как Изначальная Демонесса, Скрытый Мудрец, Темная Сторона Вселенной, Скованный Бог или Истинный Творец.
Город Серебра оказался поистине уникальным местом! Его обитатели поклонялись напрямую самому «Создателю»!
«Неужели это та самая первобытная вера, о которой упоминал господин Повешенный? Хм, хотя эпитеты „всеведущий и всемогущий“ звучат несколько странно…» — Одри машинально скосила глаза на «Повешенного» и заметила, что тот тоже едва заметно кивает.
Клейн же, ничуть не удивившись, намеренно усмехнулся и задал встречный вопрос:
— Даже несмотря на то, что Он вас покинул?
Покинул? Создатель отвернулся от Города Серебра? «Повешенный» Элджер содрогнулся, и в его голове молнией вспыхнул один-единственный, вселяющий трепет термин:
«Покинутая Богами Земля!»
Во внутренних архивах Церкви Повелителя Бурь, среди тех тайн, к которым имел доступ капитан и по совместительству епископ Элджер, «Покинутая Богами Земля» всегда оставалась лишь названием, лишенным каких-либо подробных описаний. Было лишь известно, что она находится где-то на самом краю моря Соня.
Насколько знал Элджер, даже кардиналы из высшего эшелона Церкви понятия не имели, что именно представляет собой это место. Лишь сам глава Церкви, «Представитель» Повелителя Бурь на земле, владел крупицами истины. И, судя по всему, именно он втайне руководил поисками этой легендарной «Покинутой Богами Земли».
«И кто знает, какую диковинку мне удастся там раздобыть…» — пробираясь сквозь пелену безумного шепота, размышлял Клейн, испытывая сложную смесь предвкушения и легкого страха.
Глава 182
Разные состояния
Вернувшись в спальню, Клейн, воспользовавшись еще не развеянной духовной стеной, привычным жестом достал свечу с примесью сандала и установил ее прямо по центру письменного стола.
Затем, строго следуя процедуре, он зажег фитиль с помощью Духовности. Посыпав пламя экстрактами, эфирными маслами и порошками из трав, символизирующими удачу и тайну, юноша наблюдал за тем, как огонек мерцает, то вспыхивая, то затухая, а воздух наполняется безмятежным, умиротворяющим ароматом.
Сделав пару шагов назад и глядя на свечу, Клейн низким голосом произнес на языке гигантов:
— Я!
Выдержав короткую паузу, он перешел на гермес:
— Я призываю своим именем:
— Шут, что не принадлежит этой эпохе; Таинственный Владыка над серым туманом; Король Желтого и Черного, повелевающий удачей.
В одно мгновение тусклый, пляшущий свет свечи и умиротворяющий аромат сплелись воедино, образовав иллюзорный водоворот, который принялся с безумной жадностью поглощать окружающую Духовность.
Когда Клейн дочитал заклинание, водоворот стабилизировался, превратившись в серо-белый круг размером с ладонь.
Придирчиво осмотрев результат и не найдя поводов для беспокойства, юноша без малейших колебаний сделал четыре шага против часовой стрелки. Вернувшись в таинственное пространство над серым туманом, он, как и ожидал, увидел, что его кресло с высокой спинкой испускает расходящиеся круги света. На этом фоне странный символ, сплетенный из «Глаза без зрачка» и «Искаженных линий», выглядел еще более пугающим и зловещим.
Клейн глубоко вдохнул. Стабилизировав свой разум с помощью медитации, он вытянул руку и коснулся цели.
Практически в ту же секунду в его ушах эхом раздалось только что произнесенное заклинание призыва, а хлынувшая Духовность и рябь света слились воедино, вытягиваясь и формируя иллюзорную дверь.
В отличие от прошлой попытки, на этот раз врата сформировались полностью. Их поверхность была сплошь испещрена таинственными узорами!
И в самом центре эти узоры сплетались в тот самый странный символ, что украшал спинку кресла Шута — символ из Глаза без зрачка и Искаженных линий!
Глядя на эту подрагивающую, готовую вот-вот распахнуться иллюзорную дверь, Клейн сконцентрировал всю свою ментальную энергию, посылая ей мощный мысленный толчок.
Абсолютно беззвучно бескрайний серый туман и величественный, монументальный дворец пошли рябью. Казалось, кто-то бросил камень в безмятежную гладь озера. Расходящиеся круги волн устремились прямо к «Вратам призыва».
Раздался тяжелый, скрежещущий звук. Иллюзорная, жутковатая дверь резко приоткрылась, образовав узкую щель. Сквозь нее едва угадывался невообразимо глубокий, темный мир. Там мелькали мириады прозрачных теней, чьи формы не поддавались описанию, и то и дело вспыхивали лучи безупречно чистого света разных оттенков, таящие в себе бесконечные знания.
В этот самый миг Клейн почувствовал, как из-за двери на него обрушилась колоссальная, непреодолимая сила притяжения. Не в силах сопротивляться, он всем телом рванулся вперед.
«Твою ж мать! Дайте хоть секунду на раздумья!» — только и успело промелькнуть в его голове, как юноша проскользнул сквозь щель и бесследно растворился во мраке за дверью.
Когда жуткая, сводящая с ума головная боль и оглушительный рев в ушах наконец стихли, Клейн вновь обрел способность мыслить.
Он увидел прямо перед собой молодого мужчину. Незнакомец был облачен в старую рубашку. У него были черные волосы, карие глаза и совершенно заурядные черты лица. При среднем росте и худощавом телосложении в нем угадывалась скрытая сила. От него веяло отчетливой аурой ученого, но при этом в нем не было ни капли мрачности.
«Погодите… Это же я сам?» — Клейн мгновенно всё понял. Как-никак, он видел это лицо каждый божий день, поправляя одежду перед зеркалом.
Едва заметно кивнув, юноша с внезапным озарением огляделся по сторонам. Он увидел свою кровать, застеленную белой простыней. Увидел вешалку, на которой покоились шелковый полуцилиндр, фрак и тонкий черный плащ. Увидел полки, уставленные книгами. Увидел идеально прибранный письменный стол с одной-единственной горящей свечой, излучающей серо-белое сияние.
А сам он в этот момент парил прямо перед тем самым серо-белым кругом размером с ладонь.
«Выходит, я действительно „призвал“ сам себя? Это похоже на выход души из тела… но с какими-то странными отличиями…» — Клейн, глядя на собственную физическую оболочку, чьи глаза были абсолютно пустыми и безжизненными, погрузился в глубокие раздумья.
Впрочем, в одном он теперь был уверен на сто процентов: в пространство над серым туманом отправлялась лишь его душа. Если использовать термины мистицизма — Духовное тело, внешним проявлением которого служило тело Астральное.