Клуб смерти
Шрифт:
Я так права. Мой «внутренний голос» всегда прав, черт возьми.
Я побежала мимо рядов роскошных домов, прежде чем свернул на тихую улочку и пробежала еще почти полмили до ее конца, где стоял всего один одинокий дом, окруженный деревьями. И я собиралась проникнуть в него, как подлая змея.
Участок окружал железный забор, а мерцающие огни красного кирпичного дома за ним вызвали у меня порочную улыбку. Мое сердце учащенно забилось, когда я скользнула с тротуара к деревьям, росшим вдоль забора.
Я провела рукой по решетке, и холод обжигал пальцы, пока я искала способ пробраться внутрь.
— Привет, маленькие прутики, вы меня пропустите? Вы очень крепкие, но я сильнее. Спорим, я смогу вас сломать! — Я бросилась на решетку, наклонив голову, как таран, и раздался лязг, когда я врезалась в нее.
— Ааааай, вы ублюдки. — Я отступила, в растерянности потирая голову, а затем указала на них, надув губы. — Вы мне не очень нравитесь.
Я продолжила идти, и мне пришлось довольно долго продираться сквозь колючие кусты ежевики, а ее ветки так и норовили тыкнуть меня в голову. Одна даже попала мне в глаз. Типа ой, какого черта, растительность? Почему я сегодня никому не нравилась? Сначала Найлу, теперь всему миру. Это было так несправедливо.
Наконец я нашла дыру под забором, которую, должно быть, проделало какое-то животное. Она была не слишком большая, но земля была мягкая, а я была гибкая, как пружина, так что я точно смогла бы пролезть, сделав небольшой подкоп. Я присела на корточки, сняла с бедра топорик и использовала его, чтобы вырыть ямку поглубже, сбрасывая землю по обе стороны от себя.
Я представляла себе лицо Найла, делая это, и пару раз стала слишком агрессивной, с рыком опуская топорик в землю.
— Гребаный здоровяк с его высокомерным видом, большой башкой и большим членом, эргх. Я отрежу ему член, сделаю из него фаллоимитатор и буду пользоваться им, только когда злюсь. Это послужит ему уроком.
Наконец я выкопала достаточно большую яму, бросила топорик и лезвие на другую сторону, а затем спрыгнула в нее, засунув голову под решетку. Я легко поместилась. Я была маленькой, как бельчонок. Маленький бельчонок.
Я полезла под оградой, но мои бедра затормозили меня, и я выругалась.
— Давайте, беличьи бедра, вы сможете.
Эти бедра были капризными, но, достаточно покрутившись, я пролезла и с победным смехом выбралась с другой стороны. Я запустила пальцы в траву, ища свое оружие, и издала причмокивающие звуки.
— Где вы, Ломик и Меч? — прошипела я, ища их, шаря руками по темной земле. Они же были прямо здесь, куда же они делись?
Здорово, они сбежали вместе, да? Надо было взять с собой менее эффектное оружие, сама виновата. Я даже говорила о побеге с Матео прямо при них. Подождите, я что, сказала это вслух? Я уверена, что говорила о побеге только про себя. О боже, мое оружие обладает экстрасенсорными способностями.
Мое сердце хрустнуло, как сухая веточка, когда я снова подумала о Матео. Кого я на самом деле обманывала? Он бы не сбежал со мной и не увез бы меня в закат. Как только он освободится, он уйдет. Люди всегда уходят.
— Стоять, не двигаться, — рявкнул мрачный голос, и я вскинула голову, почувствовав, как шок пронзил меня до самой души.
Мой взгляд застыл на моем личном демоне, извергнутом самим адом. Эндрю был старше, крупнее, свирепее. Он был без рубашки, в одних темных спортивных штанах, и в руке у него был пистолет. Ломик и Меч лежали под одной из его обутых ног. В ловушке.
— Руки за голову, — прорычал он, шагнув вперед с телефоном в руке, а его темные волосы развевались на ветру, который откидывал их со лба. Он нажал на него, не сводя с меня глаз, и из него полился свет фонарика, ослепив меня.
Страх сжал мои внутренности тисками, и паника охватила меня, как лесной пожар, пожирающий весь лес и всех детенышей животных в нем. Внезапно я почувствовала себя просто девушкой, лежащей на спине в лесу под натиском монстра, который прижимал меня к земле, и трогал там, где я не хотела, чтобы меня трогали.
— Подожди… — Эндрю подошел ближе, наклоняясь, чтобы посмотреть на меня, в то время как дуло пистолета оставалось направленным прямо мне между глаз. — Срань господня. Бруклин, это ты?
У меня сжалось горло, но я не могла застыть. Только не снова. Я не была той девочкой. Я была опасным хищником, пришедшим сюда за своей добычей.
— Да, это я, — прорычала я, подняв подбородок, и он задумчиво скривил губы. Он был так же красив, как и раньше, но что-то в его темных глазах подсказало мне, что он стал еще опаснее.
— Ну, что б меня, Пенни будет удивлена… — Он дернул подбородком. — Вставай. Мы как раз собирались устроить небольшую вечеринку, а тут кое-кто сам пожаловал к нам на задний двор. — Его ухмылка заставила мои нервы натянуться как струны.
Я потянулась за оружием у него под ботинком, но он схватил меня за руку и рывком поставил на ноги, прижимая пистолет к моему виску.
— Давай не будем горячиться. Во всяком случае, пока. — Он оглядел мой наряд, приподняв бровь, с оценивающим выражением на лице, а затем опустил взгляд на оружие. — Что я вижу в твоих глазах, грязная девчонка? Жажду мести? Или ты просто все эти годы мечтала о моем члене?
— Убери от меня свои руки, или я их отрежу, — прорычала я.
Его пальцы на моем теле вызывали покалывание на моей коже, как будто в нее вонзались крошечные ножи. Я хотела вырваться, наброситься на него со всей яростью, но я понимала — любое неверное движение будет стоить мне жизни.
— Только шевельнись как-то не так и я нажму на курок, — предупредил он. — Ты вторглась на территорию полицейского, и у меня есть полное гребаное право стрелять. Никто не усомниться в этом.
Он был прав, и я ненавидела это. Ненавидела себя за свою неудачу. Но, может, еще был шанс. Я просто должна была пока пойти с ним, и дождаться другого шанса нанести удар.
Он потащил меня к своему дому, логову моих врагов. Я решила подождать подходящего момента для убийства. Потому что, как бы ни было страшно оказаться снова в лапах этого мерзкого существа, которое сломало меня безвозвратно, он даже не подозревал, что ведет в свой дом собственную смерть, а за спиной у этой смерти сам Дьявол.
Розы красные, фиалки синие, берегись, чудовище, я тебя прикончу.
Я закинул все, что могло понадобиться, в багажник своего вишнево-красного мускул-кара, а на пассажирское сиденье бросил маску дьявола и свой новый топор. Я еще не успел ее опробовать, но назвал ее Эванджелин из-за ее красивого красного лезвия.
Я потерял время на повторном поиске адреса из-за того, что мой маленький паучок украла единственную легкодоступную копию, которая у меня была, но как только я ввел его в свой телефон, я рванул с места.