Чтение онлайн

У Холлварда класс опасности запаха — ноль. Как у… Да хоть у этой вот рыбы, или у цветов лобелии, которая заполонила берег поодаль. И все-таки мои инстинкты кричат об опасности.

— И все же, почему я не вижу браслет? — задала я вопрос, который так меня мучил.

— А это мы сейчас узнаем. — Ренгольд вынул из кармана уже знакомый мне артефакт. Подбросил на ладони. — Эй, как там тебя? Видар Алластар Холлвард Третий, Очешуенный, вылезай. Разговор есть!

Сначала ничего не происходило, и дракон продолжал подбрасывать шар в воздух, заставляя его прокручиваться. Спустя минут пять такого издевательства из шара показалась знакомая уже мордочка.

— Да прекрати ты, окаянный! — Средоточие зависло в воздухе, перестав вращаться, и отплыл в сторону. — Вот же внуки пошли! Никакого уважения к старшим! — ворчал дракончик, которого я до сих пор считала необычным фамильяром серебряного.

— Внуки? Ты что, его внук?! — От удивления я позабыла держать дистанцию и обратилась к дракону на «ты».

— Угу. Много раз правнук. Это дух первого серебряного дракона, Лира. Познакомься, Видар Алластар Холлвард Третий, Очешуенный полностью с ног до головы к твоим услугам.

— Запомнил, да? — Ехидно прищурился дракошка. — Вот и не выпендривайся! Чего звал?

Он демонстративно зевнул, показывая всем видом, что мы его разбудили.

— У меня есть несколько вопросов. Не соизволишь помочь?

— Стоп-стоп-стоп-стоп! — Дар аж зажмурился. — Я свою миссию выполнил? Выполнил. Невесту тебе нашел? Нашел. Дальше дело за тобой. Надеюсь, мне не надо объяснять здоровому лбу, что с невестами положено делать, или тебя твой бестолковый папаша в бордель забыл сводить?

Я аж поперхнулась от такой пошлятины и покраснела!

— Совсем из ума выжил? Нельзя ли повежливей при невинной девушке! Ты позоришь род Холлвардов! — Рассердился Ренгольд.

Я была с ним согласна, а Дару должно быть стыдно!

Тихонько поднялась и сцапала шар прямо в воздухе, намереваясь высказать маленькому наглецу все, что думаю. И неважно первый он дракон или последний, нужно держаться в рамках приличий!

Но стоило коснуться артефакта, как мою руку точно холодом прошило, а затем бросило в жар, после чего по коже побежали приятные иголочки. Не выпуская артефакт, я принялась судорожно расстегивать и закатывать рукав второй рукой. Справившись, замерла. От запястья до локтя мое предплечье украшал витиеватый магический рисунок из сверкающих серебром нитей. Красивый, точно хищное растение.

— Ох…

Я разжала пальцы, и артефакт выскользнул не без помощи драконьих крылышек. Отлетел в сторону.

— Ну вот! Всю маскировку испортила. Придется заново магичить, тратить силы!

В тот же миг рисунок пропал, и я вопросительно уставилась на Дара, инстинктивно глядя руку там, где только что видела тот самый браслет. А затем перевела взгляд на Ренгольда.

— Выходит, это правда? Я… твоя истинная пара? — С трудом протолкнула слова сквозь глотку.

Вместо ответа, Холлвард закатал рукав и продемонстрировал мне собственное предплечье. Могучее, покрытое темным волосками. Раз! И на нем проступил такой же рисунок, только мужская версия: более хищный и грубый. С широкими линиями и острыми точно клинки углами и пересечениями.

Я только что убедилась в том, что случившееся необратимо. Я действительно его пара. Вот и доказательство, которое я так стремилась получить.

Подняла взгляд, встретившись с серебряным взглядом. Что сказать, я не знала, ведь даже Цветана теперь ничего не сможет поделать. «Заветы драконов» мы изучали еще на первом курсе. Один из пунктов так и гласил, что право дракона на истинную неоспоримо. Мне придется уехать с ним на север добровольно.

В душе все перевернулось с ног на голову. Мир затуманился, когда мои глаза наполнились влагой. По щекам потекли крупные слезы.

На лице серебряного появилось страдальческое выражение. Он шагнул ко мне и обнял. Просто обнял, прижав к груди и ничего не говоря. А я стояла и ревела прямо как маленькая, пока он гладил меня по спине и молчал. А мне было одновременно хорошо от этого и плохо. И я не пыталась сбежать или высвободиться. Была не в силах отказаться от его сочувствия...

— Ой, а это что такое? Рыбка?! Эй, внук! Сгорит! Сгорит рыбка-то! — Вдруг развел панику Дар.

Не сговариваясь, мы с Ренгольдом бросились снимать с костра рыбу. Я запнулась о ногу дракона и полетела бы прямо в огонь! Увернуться не позволили бы даже усиленные зельями рефлексы. Но Холлвард удержался на ногах и умудрился подхватить меня за талию.

Миг он прижимал он меня к себе, прежде чем выпустить.

— Не ушиблась?

— Все нормально.

Отчего-то я смутилась и отошла к реке, чтобы умыть заплаканное лицо. Когда вернулась, дракон протянул мне тарелку с большим куском рыбы с нарезанными овощами. Все это щедро было украшено зеленью. Симпатично и мило.

— Я не ел тысячу лет, а ты мне что сунул? Внуки такие неблагодарные! — возмущался Видар Алластар Третий.

Перед ним стояла тарелка с рыбьим хвостом. Недовольная рожица дракончика изрядно меня развеселила, и я улыбнулась.

— Не хочешь, сам съем! — Холлвард потянулся к его тарелке.

— Руки прочь от моего обеда! — Дракошка нахохлился и грозно зашипел, подняв гребень и растопырив крылышки.

Выглядел он так комично, что я не выдержала и засмеялась.

Какое-то время мы ели молча. Готовил серебряный просто отменно, рыба получилась очень вкусной! Не хуже, чем если бы ее приготовили феи Долины.

Закончив с едой, Холлвард начал разговор первым:

— Ты плакала, Лира… У тебя кто-то есть? Я должен был об этом подумать и попросить Цветану собрать только свободных девушек отдельно. Это тот парень, да? Золотой?

— Нет! — Я отрицательно мотнула головой. — У меня нет никакого парня.

— Может, жених? Тебя кто-нибудь ждет на родине? — осторожно предположил серебряный.

По его каменному лицу я видела, что говорить спокойно об этом ему сложно, но он старается быть тактичным и великодушным.

— У меня нет жениха и не было!

— А чего тогда сырость развела? Чем тебя мой внучек в таком случае не устраивает? Смотри какой статный и красивый! Да еще и правитель! А какой воин знатный! — Дар мечтательно прикрыл глаза, а затем, почти не разжимая рта, спросил строго: — Ты же знатный воин, внук?

Ренгольд только глаза закатил, не желая комментировать слова предка. Я хихикнула, прикрыв рот ладошкой.

— Старших вот только не уважает, но кто ж без изъяна? — снисходительно продолжил Дар. — А так он, молодец, хоть куда. Ты оценишь и полюбишь. И не реви больше! Радоваться надо, а не потоп устраивать.

— И почему это я должна радоваться? — ехидно спросила, покосившись на Ренгольда.

Тот сидел, опустив голову, и держался за лоб. Выглядел он при этом, как подросток, которому неловко слышать, что о нем говорят взрослые. Я этого еще у Анатраны в гостях насмотрелась, когда ее отец мне братьев Аны нахваливал в том же духе.