Чтение онлайн

— Прости, что разочаровала. — Я отправляю последнее электронное письмо и, смеясь закрывая ноутбук. — Там действительно ничего нет. Прошло... полгода с тех пор, как я в последний раз ходила на свидания? Я была так занята с галереей, и, честно говоря, мне это надоело. Последний парень, с которым у меня были серьёзные отношения, изменил мне. Ты это знаешь.

— Я всё ещё не могу в это поверить. — Энни хмурится. — Это безумие. Посмотри на себя! Кто, чёрт возьми, мог тебе изменить?

— Джейк Марино, судя по всему. — Я пожимаю плечами. Боль давно утихла, но насторожённость осталась. — Неважно, в какой я форме, сколько времени провожу в спортзале, как тщательно ухаживаю за собой, сколько раз делаю кератиновое выпрямление и мелирование. Я могу тратить столько денег и времени на свою внешность, сколько захочу, но мужчины всё равно будут вести себя как собаки.

— Ты могла бы найти своего особенного! — Энни указывает на дверь. — Посмотри на Элио.

— Твоя сказка случилась, Энни. Не всем так везёт. — Я откидываюсь на гору подушек позади себя. — И, честно говоря, меня это устраивает. Около восьми месяцев назад я случайно встретилась с одним человеком и узнала, что он трахался с пятью другими девушками, пока мы выясняли, хотим ли мы чего-то добиться. Пятью! Он, казалось, почти гордился этим — он сказал, что ходит на свидания каждый день, оставляя один день для себя. И да, технически, он не делал ничего плохого, поскольку мы не были эксклюзивными партнёрами... но это не то, чего я хочу. Мне не нужен тот, кто всё ещё хочет ещё пятерых женщин, пока встречается со мной.

— Чего ты хочешь? — С любопытством спрашивает Энни, и я резко выдыхаю.

— Не знаю. Наверное, что-то нереальное. Я хочу, чтобы кто-то был от меня без ума. Чтобы он был настолько потрясён тем, что у нас есть, что после нашей первой ночи захотел удалить все остальные приложения для знакомств. Но сейчас у всех так много возможностей. Приложения, социальные сети, столько способов найти людей... особенно в таком городе, как Нью-Йорк, где все боятся упустить что-то важное. Никаких обязательств.

— Мне жаль, что всё так, — сочувственно говорит Энни. — Я тоже терпеть не могла ходить на свидания. Все всегда странно относились к моей семье, к моим деньгам...

— Видишь? Ты понимаешь это. Тебе нужно было, чтобы твоя детская любовь вернулась домой, чтобы найти своего человека.

— Да, я понимаю твою точку зрения. — Энни смеётся, нежно поглаживая живот. — Ну, кто знает? Может, в Бостоне ты встретишь своего прекрасного принца.

— Я не люблю отношения на расстоянии. — Решительно качаю головой и кладу голову ей на плечо. — А теперь давай посмотрим ещё какой-нибудь фильм.

Честно говоря, приятно иногда расслабиться. Кажется, я уже полгода ничего не делала. Не помню, когда в последний раз смотрела телевизор или просто уделяла время себе. Даже уход за собой: стрижка, массаж, уход за лицом и тому подобное — всё это втиснуто в промежутки между встречами с клиентами и делами, которые нужно уладить в галерее. Несмотря на то, что мне по-прежнему приходится отвечать на электронные письма и звонки вместе с Клэр, я чувствую прилив сил после такого перерыва.

Прошло три дня, а я всё ещё не могу полностью избавиться от воспоминаний о мужчине, которого встретила у особняка.

Всё дело в его глазах, говорю я себе. Я не видела их цвета, но чувствовала, как они прикованы ко мне. Что бы это ни было, оно искрило между нами, как оголённый провод, и я видела, что он тоже это чувствует.

А может быть, говорю я себе, просыпаясь на четвёртое утро в Бостоне, дело в смене часовых поясов и стрессе из-за выставки, из-за которого мне мерещится какой-то волшебный момент, которого на самом деле не было.

Прошлой ночью он мне приснился. Вместо того чтобы замереть на обочине, я пошла ему навстречу, и он потянулся ко мне. Каким-то образом, как это бывает во сне, мы оказались прижаты к боку внедорожника: я спиной к холодному металлу, головой к тонированному стеклу, а его рука в кожаной перчатке скользнула вверх и обхватила моё горло, его губы были в полудюйме от моих. Он что-то прошептал, но во сне я не расслышала.

Я чувствовала только желание. Горячее, отчаянное, неутолимое желание, которое всё ещё отдавалось во мне, когда я проснулась несколько минут назад, — моё тело было горячим и тряслось от возбуждения.

Я убеждаю себя, что избавлюсь от этого в душе, потому что сегодня у меня нет времени отвлекаться на фантазии. Энни наконец-то разрешили небольшую прогулку, и она настояла на том, чтобы сводить меня на выставку Караваджо в музей.

На самом деле даты выставки были у меня в календаре ещё несколько месяцев назад, до того, как я узнала, что приеду в Бостон. Я надеялась, что смогу съездить и к Энни, и на выставку, но до тех пор, пока Энни мне не позвонила, я не могла найти оправдание, чтобы отвлечься от работы в галерее. А потом она позвонила, и я не думала, что она уже достаточно окрепла, чтобы выходить из дома.

Но врач разрешил ей встать с постели и даже посоветовал немного походить после того, как она почти неделю провела в постели. Это было первое, что предложила Энни. Она слишком хорошо меня знает. Я спросила, уверена ли она, что готова, но она пообещала, что сойдёт с ума, если не выйдет из дома.

Я включаю горячую воду, пытаясь стряхнуть остатки сна, и встаю под душ. Ванная в этом месте в два раза меньше, чем в моей квартире, а душ гораздо удобнее. Мне нравится моя маленькая ванная в новой квартире с винтажной черно-зелено-белой плиткой и старинной раковиной, но душ в ней явно не самый лучший. Вот вам и Нью-Йорк.

Не задумываясь, я поднимаю руку и касаюсь своего горла в том месте, где во сне его обхватила рука в перчатке. Я так отчётливо ощущаю это прикосновение маслянистой кожи к коже, и от этого воспоминания внутри меня что-то пульсирует, тело напрягается от возбуждения.

Чёрт. Я с тоской вспоминаю свой ящик с игрушками, который остался дома, и маленький вибратор-пулю, который я спрятала в сумке. Он самый тихий. Я опускаю руку и, прикусив губу, поддаюсь желанию просунуть два пальца между складочек и потереть клитор.

Я ахаю, когда мои пальцы касаются его. Я вся мокрая, так сильно я не возбуждалась уже давно, даже с партнёром. Я не могу дотянуться до своих бёдер, и вдруг перед глазами встаёт картина: мужчина делает то же самое, вернувшись в свою квартиру, дрожа от возбуждения после нашей внезапной встречи, расстёгивает сшитые на заказ брюки и высвобождает свой длинный толстый член.

Я не знаю, какой он на самом деле, но в моём воображении он идеальной длины, достаточно толстый, чтобы слегка растягиваться, прямой и такой твёрдый, что почти упирается ему в живот. Я представляю, как он водит по нему кулаком, закрыв глаза, и дрочит, вспоминая ту короткую близость, и вскоре этот образ сменяется другим: я лежу на спине на кожаном диване в бостонской высотке, рука в перчатке сжимает моё горло, а мужчина склоняется надо мной, полностью одетый, только пиджак снят, а член торчит из штанов.

Я сильнее прикусываю губу, сдерживая стон удовольствия, и быстрее двигаю пальцами, чувствуя, как пульсирует мой клитор. Я возбуждена сильнее, чем думала, и хотя я уже давно не кончала, лаская себя только пальцами, без каких-либо игрушек, сейчас я это сделаю. Я чувствую, как внутри всё сжимается, как нарастает удовольствие от мысли о том, как он скользит своим членом между моих складочек, где сейчас мои пальцы, всё быстрее и быстрее, дразнят меня тем, чего я так сильно хочу, пока его рука в перчатке сжимает моё горло…