Чтение онлайн

— Нас?

— Что?

Его руки легли мне на колени.

— Ты сказала «если ты нас подведешь».

— Разве?

Его губы изогнулись, когда он наклонился надо мной.

— О, любовь моя, определенно «нас». — Теплые ладони скользнули вверх по моим бедрам, приподнимая юбку платья. — Раздвинь для меня ноги, принцесса. Дай мне посмотреть, что принадлежит мне.

Я не смогла бы воспротивиться приказу, даже если бы захотела. Мой пульс участился, когда мои бедра раздвинулись, и к тому моменту, когда его горячий взгляд опустился на мое кружевное белье, он уже был в полной готовности.

— Хорошая девочка. — Одним пальцем он отодвинул нижнее белье в сторону и просто уставился на самую интимную часть меня. — Такая красивая, — сказал он, поглаживая меня.

Все мое тело пылало, дрожа от предвкушения, ожидая, когда он войдет в меня.

Вместо этого он остановился и поднялся на ноги.

— Как плечо, принцесса?

— В порядке, — сказала я слишком поспешно.

Он улыбнулся, снимая бретельки моего сарафана с плеч. Ткань упала до талии, обнажив грудь. Я не могла носить лифчик с открытыми плечами или обычную одежду. Отсюда и осенний сарафан. Я слышала, как ребята без конца жаловались на отопление, которое, по настоянию Джио, было включено, чтобы я не мерзла. Этот человек был нелеп, и я любила его за это.

— Ты хочешь, чтобы я прекратил? — он спросил.

Я схватила его за запястье, направляя его руку себе между ног.

— Тебе не кажется, что не я хочу, чтобы ты прекращал?

Он усмехнулся, уткнувшись лицом мне в грудь, втягивая в рот один сосок, а затем прикусывая его.

— Ты стала такой испорченной, моя маленькая девственная женушка. — Он ввел в меня один палец, чуть ли не до костяшки.

Мои бедра задвигались сами по себе, стремясь к большему.

— Джио.

— Терпение, любовь моя. — Он опустился передо мной на колени и наклонился, прикусывая внутреннюю сторону моего бедра, а я застонала и раздвинула ноги еще шире. — Такая идеальная, Эмилия. — Он провел по мне языком, и я прикусила нижнюю губу, чтобы не вскрикнуть. — Моя.

Он обвел языком мой клитор, а я запустила руки в его волосы, мои бедра стремились к удовольствию, которое мог доставить только его рот. Джио ел меня так, словно я была его последним блюдом, стонал у моей киски, как будто только он получал от этого удовольствие.

Когда он ввел в меня два пальца, я потеряла самообладание, простонала его имя, извиваясь, умоляя. Он заставил меня кончить так сильно, что все мое тело начало покалывать, а перед глазами поплыли черные точки.

Когда я больше не могла держаться прямо, я рухнула обратно на стол, зашипев от боли, пронзившей мое плечо. Однако этого было недостаточно, чтобы прервать мое блаженство после оргазма.

Джио вскочил на ноги, возвышаясь надо мной. Я закусила губу, ожидая, что он снимет цивилизованный костюм и покажет мне дикаря под ним. Моего дикаря.

Вместо этого он потянулся ко мне и нежными руками усадил меня.

— Тебе больно? Швы разошлись?

— Нет. — Я потянулась к его ремню.

Его пальцы обхватили оба моих запястья, удерживая их одной рукой.

— Никакого секса. Ты ранена.

— Но ты просто…

— Мне нужно было попробовать тебя на вкус, крошка.

О Боже, я не могла думать, когда он говорил такие вещи.

— Что, если мне нужно, чтобы ты трахнул меня?

С ухмылкой он приблизил губы к моему уху.

— Я буду заставлять тебя кончать снова и снова, принцесса. Мой язык, мои пальцы в твоей киске и заднице… Но мы оба знаем, что я не могу быть нежным, когда мой член уже внутри тебя. — Он целовал и покусывал мою шею, доводя мою и без того бурлящую кровь до кипения. — Я не причиню тебе вреда.

Как мог этот человек в один момент разрешить отрезать кому-то конечности, а в следующий быть таким высокоморальным?

— Что, если я привяжу тебя к этому стулу? — Я снова потянулась к его ремню, покрывая поцелуями его напряженный подбородок. — Встану на колени. — Ремень звякнул, когда я его расстегнула. — И попробую тебя на вкус.

Он издал стон.

— Я создал монстра.

Я улыбнулась. Да, создал.

Эмилия

Теплое прикосновение губ Джио коснулось моего плеча, вырывая из сна.

— С днем рождения, крошка.

Я застонала и перевернулась на другой бок, натягивая одеяло на голову, а Джио рассмеялся.

— Сегодня не мой день рождения, — проворчала я.

— Что ж, тогда Ренцо был неправ.

Стоп. Рен никогда бы не перепутал бы мой день рождения. Я откинула одеяло и, прищурившись, посмотрела на раздражающе идеальное утреннее лицо Джио. — Какое сегодня число?

— Двадцатое ноября.

Мои глаза расширились.

— Что? Как? — Куда ушло время? Это означало, что я была с ним... три месяца? Больше…

Он сверкнул улыбкой.

— Ну, видишь ли, Земля вращается вокруг Солнца, и при этом она вращается вокруг своей оси...

— Заткнись. — Я запустила в него подушкой.

— Итак, думаю, ты поняла, что сегодня твой день рождения, моя любимая жена. — Он поцеловал меня, едва коснувшись губами моих губ. Просто подразнивая. — У меня сегодня много работы —

— Ты нашел Серхио? — Я точно знал, какую работу он выполняет, поскольку Маттео сказал им, где находится Серхио. Конечно, это не могло быть так просто, но они были близки.

— Не беспокойся об этом сегодня. Сегодня вечером все придут на ужин.

Я нахмурилась.

— Зачем?

— Потому что сегодня твой день рождения, — медленно произнес он, как будто я была глупой.

Меньше всего я хотела праздновать.

— В этом нет необходимости. В моей семье мы не праздновали дни рождения.

Он слегка сжал мое горло, прервав мои слова, когда его губы коснулись моих.

— Ну, в нашей семье так принято.

Я проглотила внезапно подступивший к горлу комок. Мы ничего не устраивали на свои дни рождения. Никаких ужинов или выходных. Отец был слишком занят, а все, что находилось вне дома, считалось опасным и требовало охраны.

— Там будут Ренцо и Лука, — тихо сказал он. Джио хотел дать мне время. Он хотел подарить мне семью. Он хотел дать мне все, чего у меня раньше не было. Снова и снова он показывал мне, как сильно заботится обо мне.

— Я люблю тебя, — сказала я, прежде чем поцеловать его.

Его большой палец коснулся моего пульса, когда он застонал мне в рот.

— Мне нравится, когда ты так говоришь.

Я провела языком по его губе, и он зарычал.

— Эмилия. — Он взял себя в руки, и я улыбнулась, очень довольная тем, что он борется, учитывая, что он был единственным, кто не хотел меня трахать.