Чтение онлайн

– Он нам дал свою визитку с адресом студии, - продолжала Фрида.
– Это как раз и оказалось заведение Филиппа Хольта, о котором мы вам говорили. Мы пообещали прийти туда на следующий день к десяти утра. Той ночью мы с Норманом долго спорили, но в конце концов решили, что вреда от этого не будет, а хорошие деньги упускать грех.

– И вам заплатили, как обещали?
– спросила Рут.

– Да, конечно.

– А для каких снимков вы позировали?

– Идиотских, просто идиотских!
– заявил Норман.
– Лучше уж снимали бы Фриду в костюме Евы.
– Он подмигнул Филиппу. Вы, может, не согласитесь, но у неё совсем неплохая...

– Норман!
– предостерегающе одернула его жена, беззлобно толкнув в грудь.
– Хватит, не распускай язык!
– И, повернувшись к Рут, добавила укоризненно: - Уж эти мужчины...

– Все они одинаковы, - охотно согласилась Рут.
– Расска жите нам о фотографиях.

– Ну, как сказал Норман, они были просто идиотскими. Мне на плечи навесили аккордеон, а Норман стоял позади и улыбался в камеру, пока я занималась клавишами. Я же не могу взять ни одной ноты, так что можете догадаться, как я себя чувствовала, держа в руках эту тяжесть. Но потом немного освоилась. Они сделали массу снимков - все более или менее одинаковые, меняли только положение рук на клавишах.

– И что же, сам Филипп Хольт делал снимки?
– спросил Филипп.

– Да.

– Кто ещё там был?

– Только этот тип, Флетчер. Он сидел в сторонке и давал советы и инструкции по бумажке.

– По бумажке? Для чего?

– Мы с Норманом так и не поняли, в чем тут дело. Время от времени они прекращали съемку и, пока мы жарились под яркими лампами, склонялись над этим клочком бумаги. Потом переставляли мои пальцы на клавишах и снимали снова. Было в этом что-то странное.

– Ничего другого вам не предлагали?

– Нет, только это.

– А что за человек Филипп Хольт?
– с невинным видом спросила Рут.
– Он похож на своего брата? Вы, конечно, видели фотографию Рекса в газетах.

– Трудно сказать...

Филипп пережил неприятный момент, когда перед тем, как ответить, Фрида задержала на нем свой взгляд. Он опустил глаза и уставился на фото Моффет на конверте пластинки, впервые радуясь тому, что у них с младшим братом не было большого сходства. Рут называла его Филиппом, но супруги Стэнсдейлы явно воспринимали это как простое совпадение; если бы они обнаружили семейное сходство, то могли заподозрить что-то неладное и отказаться отвечать на вопросы.

– Нет, большого сходства я не заметила, - сказала наконец Фрида.

– Рекс был высокого роста, светловолосый и очень симпатичный, отважно продолжала Рут.

– В самом деле?
– солдат покачал головой.
– Тогда они вовсе не были похожи, хотя его брат-фотограф-человек достаточно высокий, верно, Фрида?

Жена кивнула, но не проявила интереса к словам мужа и, хотя разговор коснулся чрезвычайно интересной темы, ни Филипп, ни Рут не решились подтолкнуть супругов к его продолжению.

– И что же случилось потом?
– спросила Рут.

– Вроде бы ничего больше. Под конец они расплатились с нами, и мы ушли. С тех пор мы их не видели. Я забыл про всю эту чепуху, как только закончился мой отпуск.

– Вы видели снимки, которые они сделали?

– В то время - нет.

– А позднее?

– Да, я видел. Забавно получилось. Как раз несколько дней назад. Я был в Олдершоте - навещал приятелей, с которыми давным-давно не виделся. Мы играли в "дартс" в пивной, когда вошел какой-то штатский и, поболтав с барменом, подо шел ко мне и показал несколько снимков. Честное слово, никогда в жизни не был я так удивлен!

– И что дальше?

– Ну, он стал спрашивать, где меня фотографировали, сколько за это заплатили и всякое такое. Я, естественно, говорю, какого черта, это вас не касается. А он улыбается и показывает мне жетон Скотланд-Ярда! Напугал меня до смерти, я вам скажу. Но он заверил, что мне нечего беспокоиться, это обычная проверка и ничего больше. По-моему, мы не сделали ничего плохого, как вы считаете?

– Как?.. Плохого? Нет, конечно, ничего, - рассеянно произнес Филипп. Вы поступили очень разумно, подняв пятьдесят фунтов, валявшихся на дороге. Мне бы кто-нибудь сделал такое предложение... Ну что ж, дорогая, - заметил Филипп, глядя на часы и обращаясь к Рут, - уже поздно, пора отваливать. Очень было приятно познакомиться с вами, - сказал он супругам.
– Желаю удачно провести оставшиеся дни отпуска.

Они обменялись рукопожатиями, и Филипп пошел получать плащи. Рут ждала его в вестибюле.

– Что теперь?
– возбужденно спросила она.

– Мне хотелось бы перекинуться парой слов с джентльменом по имени Гайд, - хмуро ответил Филипп.

– Вы уверены в том, что это инспектор нашел Стэнсдейла в олдершотской пивной?

– Гайд или кто-то из его помошников. В любом случае создалась кошмарная ситуация. Стэнсдейла и его супругу нельзя винить за то, что их провел какой-то самозванец. Но если я не поспешу и не развею заблуждения инспектора Гайда, он под махнет ордер на мой арест - и пикнуть не успеешь!

– Почему же инспектор до сих пор этого не сделал? Он, должно быть, несколько дней уже в курсе.

– Ему, наверное, нравится играть в кошки-мышки. Я просто должен встретиться с ним и оправдаться.

Они вышли на улицу, и Филипп направился к ближайшей телефонной будке. Через минуту он вышел оттуда бледный от злости и тревоги.

– Проклятье! Он не желает встречаться со мной сегодня. Уверен, что дело может подождать до завтра.

– Но что он сказал насчет...

– Да он не дал мне словечка вставить. Играет, как кошка с мышкой и наслаждается этой забавой. Сказал, что заскочит в студию завтра в одиннадцать утра. Я никогда не думал, что он может быть таким незаинтересованным, даже безразличным. Просто не понимаю человека!

– Да, мужчины - тяжелый народ, - пробормотала Рут.

.

ГЛАВА 9

Бурной оказалась встреча инспектора Гайда с Филиппом, состоявшаяся на следующее утро. Рут, формально не присутствовавшая на ней, но "легкомысленно забывшая" плотно прикрыть дверь, говорила потом Филиппу:

– Вы напоминали капризного мальчишку, попавшего в беду из-за того, что он наделал, или, что ещё хуже, из-за того, чего он не делал.

Скверное начало было положено первыми же словами Филиппа, выпалившего:

– Инспектор, в какую дьявольскую игру вы играете?

Гайд оставался совершенно невозмутимым.

– Не можете ли вы высказаться несколько яснее, сэр?

– Вы знаете, о чем я говорю - о фотографиях Рейнольдсов, или, исходя из того, что нам известно сегодня - о фотографиях Стэнсдейлов. Будучи последний раз здесь, вы показали мне эти проклятые снимки и спросили, знаю ли я изображенную на них пару.

– Верно, мистер Хольт. И вы ответили, что не знаете.

– Хорошенькое дело!
– взорвался Филипп.
– И все это время вы были на сто процентов уверены не только в том, что я их знаю, но и в том, что я их сам фотографировал вот в этой студии!