Чтение онлайн

Сюин стояла через дорогу, бережно прижимая к себе деревянную коробку из тёмного дерева. Шучэн не видела её лица полностью — из-за дождя сяньли натянула капюшон почти до самого носа, однако одежда была хорошо знакома.

Поманив Шучэн пальцем, Сюин двинулась в сторону озера.

Что надумала эта кошка? Шучэн нехотя пошла следом, но как ни пыталась догнать сяньли, всё равно оставалась примерно в двадцати-тридцати шагах позади неё. Вскоре дорога уперлась в камыши.

— Сюин… Эй, Сюин! Куда мы идём? — несмело бросила Шучэн в непроглядную завесу дождя.

Сяньли молча отодвинула камыши в сторону и вошла в самую гущу. Пришлось ускорить шаг.

Мокрые, острые по краям листья цеплялись за одежду и норовили оцарапать лицо. Шучэн болезненно зашипела, чувствуя, как кожу на руке задело сильнее, чем прежде. Подув на порезанный палец, она слизнула выступившую кровь и пошла медленнее.

— Сюин! Давай поговорим здесь?

К её удивлению, камыши расступились, пропуская на ровную площадку перед озером, плотно окружённую теми же непроходимыми зарослями.

Сяньли стояла у самой кромки воды.

— Почему такая загадочная сегодня? — улыбнулась Шучэн. — Эй, оглянись! Я догнала тебя!

Бывшая пленница медленно повернулась, небрежно бросив коробку с закусками на землю, и сняла капюшон. Шучэн растерянно посмотрела сначала на рассыпавшиеся пирожные и опрокинутую миску с лапшой, а затем на лицо кошки, испортившей их с наставником обед.

На Шучэн смотрели красновато-медные глаза в обрамлении очень густых ресниц. И от чужого взгляда становилось жутко.

— Ты… не Сюин?

***

Опасность пришла со стороны озера Синбо. Фан Синюнь отдернул руку, готовую коснуться двери, и бросил встревоженный взгляд в сторону шумящих под дождём камышей. Именно оттуда доносился хорошо ощутимый, удушающий «аромат» демонической ауры.

Он прислушался, прибегнув к духовному чувству, и болезненно вздрогнул — возле озера находилась Ся Шучэн!

Позабыв о льющемся на голову дожде и собственном достоинстве, Фан Синюнь отбросил зонт в сторону, подхватил одной рукой край мантии и понёсся к берегу, на бегу призывая Клинок Света. Меч послушно лёг в протянутую ладонь, позволяя выскочить на врага из камышей полностью готовым к атаке.

Его появление у озера выглядело неожиданным — стоящая у воды незнакомка попятилась, едва на свалившись в воду. Но разглядев, что Фан Синюнь пришёл один, она оскалила мелкие зубы, выдавая тем самым свою демоническую сущность — у смертных не растут клыки!

Бросив на сжавшуюся от страха Шучэн беглый взгляд, Фан Синюнь дернул её за руку, спрятав у себя за спиной.

— А вот и главное блюдо прибыло… — томно протянула демоница, переставая скалиться. — Очень хорошо!

— Назовись, — строго потребовал Фан Синюнь.

— Какой смысл говорить моё имя? Не всё ли равно, от рук какого демона ты погибнешь?

— Мечтай…

Он послал в её сторону Клинок Света, как обычно, целясь в точку на груди, за которой скрывается сердце и средний даньтянь.

— Глупец!

Не успела демоница закрыть свой грязный рот, как из камышей выпрыгнуло ещё несколько демонов. Клинок Света, повинуясь едва заметному движению пальцев хозяина, с угрожающим свистом понёсся по кругу.

И тут к Фан Синюню пришло неприятное понимание допущенной ошибки. Он давно слился сознанием с духовным оружием, а его тело обладало необходимой ловкостью и силой. Но, всё время находясь в уединении на горе Гаочунь, он мало бился с живыми демонами! Это и было главным просчётом.

Клинок Света не успел завершить круг. Демоница, стоящая у воды, скользнула по земле рыжей тенью, обратившись в крупную лису, и уже через мгновение её когти вырвали Ся Шучэн из-под его защиты.

Оттащив ученицу поближе к озеру, демоница вновь превратилась в человека. Но её когти остались в плече Шучэн! Фан Синюнь видел искаженное лицо барышни Ся. Та не кричала только потому, что испуг был сильнее боли…

— Отпусти! И я пощажу вас всех, — с угрозой произнёс он.

Клинок Света вновь привычно лёг в ладонь, холодя кожу полированной до блеска рукоятью.

Демоница зарычала и сжала пальцы — когти с противным чавканьем ещё глубже вошли в человеческую плоть. По нежно-голубому платью ученицы медленно растекалось ярко-алое пятно. На этот раз Шучэн не выдержала — тоненько вскрикнула и обмякла в лапах лисы.

Совсем, как раненый волком оленёнок! И глаза у неё сейчас такие же — умоляюще-испуганные, распахнутые до предела. Фан Синюнь видел в них собственное отражение.

— Я сказал, отпусти её!

— Отпущу. Убери меч первым.

— Нет… — Шучэн яростно замотала головой.

И Фан Синюнь с нею полностью согласился. Нельзя доверять демону! Но и смотреть на то, как ученица истекает у него на глазах кровью — слишком высокая цена за возможность чувствовать себя победителем. Поэтому он без раздумий призвал Клинок Света в поле внутренней ци, полагаясь на духовные силы, способные его защитить... и почувствовал, как тело со всех сторон оплетает невидимая сеть.

Отчаянно рванувшись из ловушки, Фан Синюнь мимо воли застонал — это не просто сеть! Его окутывала зловещая демоническая энергия, запечатывающая нижний даньтянь. Заклинатель попытался избавиться от незримых оков, вновь обратившись к мечу, и… прозевал оглушающий удар в висок.

Последнее, что донеслось до его ушей, был истошный визг Ся Шучэн.

***

Маленькую хижину у озера наполняло уютное тепло жаровен, приглушенный свет фонарей и аромат диких трав. Его мать любила запираться здесь, целые ночи напролёт работая над созданием лекарств.

В семье Янь было несколько поколений целителей, а их родоначальник согласно легендам получил благословение небожителя, когда-то жившего недалеко от этих мест.

Но теперь дело семьи Янь почти разрушено — целители потеряли все свои земли. Если бы матушка не оказалась супругой самого Ли Чжэньшаня, кто знает, как бы с ней поступили воины гуна Дицю и ученики клана Снежной горы!

Возможно, из-за этой утраты она так часто замыкается в себе и ищет уединения в хижине целителей?

Ли Пэйши с теплотой взглянул на сидящую у стола мать. Изредка помахивая соломенным веером, та поддерживала равномерный огонь в жаровне. Он принюхался. В глиняном горшке томился пахнущий горечью травяной отвар. Кажется, это зелье для укрепления жизненной силы? Похожий запах был у лекарства, которым матушка поила в детстве после долгих медитаций с отцом.

Пэйши аккуратно высыпал в тряпичный мешочек высушенные цветы хризантемы, затянул его шнуром и подошел к матери, чтобы помассировать плечи.