Чтение онлайн

– Ты… Ты ведь искал меня, да? Зачем?

– Чтобы поговорить.

– Со мной? – ее глаза блеснули радостью. Она не могла поверить, что это действительно происходит с ней. На младшую богиню редко кто обращает внимание. А ей так хотелось быть полезной… – О чем? – Гештанинна была готова сделать для него все, что угодно!

– Тот караван, с которым я иду. В нем есть дети, рожденные в снегах… – ему было трудно говорить с ней, он почти физически ощущал волны напряжения, наполнявшие все вокруг не то звоном, не то свистом.

– Да, я знаю, – кивнула та. Богиня хотела помочь ему, облегчить рассказ, не замечая, что лишь мешала, перебивая его.

– Дело в том, что они спят…

– Ну и что?

– Люди ведь не случайно воспринимают и смерть как сон, вечный сон. Этому должны быть причины, и…

– Но ты-то способен отличить одно от другого! – она сжала руки в кулаки, собралась, думая лишь об одном: как бы случайно не выдать свои чувства. Ей хотелось, чтобы он видел в ней сильную, властную женщину, не нуждавшуюся ни в жалости, ни в сочувствии, способную постоять за себя. Но, незаметно для себя, она увлеклась и твердость вдруг переродилась в жестокость, а независимость – в эгоизм. – И вообще: если они спят, их можно разбудить.

– Как? – "Как разбудить от сна – навета, насланного, возможно, одним из богов, не причинив вреда спящим?" Это был именно тот вопрос, на который он искал ответ.

– Ну… Потрясти за плечо, плеснуть ледяной водой, растереть снегом… Слушай, людям ведь это лучше известно. Почему они не могут сами в этом разобраться? В конце концов, мы не должны делать за них все, в том числе вытирать сопливые носы.

Если бы речь шла о спасении, воскрешении, в общем, сотворении чуда, на которое смертные не способны – другое дело, а так… Ты им не отец, а они – не маленькие детишки.

Колдун, не говоря ни слова, повернулся, собираясь уходить.

– Ты что? – богиня удивленно глядела на него. – Обиделся? Ну, это слишком! Нельзя быть таким эмоциональным и чувствительным, как девушка на выданье!

– Гештинанна, я вижу, что не в силах разобраться во всем сам и пришел за помощью.

Если ты не хочешь помогать – это твое дело. Мне же нужно искать того, кто согласится.

– Да здесь не в чем помогать! – она догнала его, схватила за руку, удерживая. – Ты словно сам еще спишь во власти того ужасного бреда, что был способен лишить жизни бессмертного… Шамаш, очнись! Ты беспокоишься по таким пустякам!

– Это не пустяки, – качнул головой колдун.

– С чего ты это взял?!

– Я знаю. Чувствую. Отпусти, – он шевельнул рукой, стремясь освободиться из цепких пальцев богини памяти. – Мне нужно идти.

Гештинанна на миг закрыла глаза, борясь с волной, которая своей ледяной пеленой накрыла ее с головой, разрывая все цепи и оковы, созданные ею самой.

– Прости меня, – она виновато взглянула на него. – Прости. Я… Я не хотела тебя обидеть, просто… Ну, – она нервно дернула плечами, – я не знаю, что на меня вдруг нашло. Прости! И, пожалуйста, не сердись на меня! Я… – стыдливо опустив взгляд, она замотала головой, словно отгоняя от себя наваждения, всхлипывая, словно какая-то смертная девчонка, стремившаяся к одному, а получавшая совсем другое.

– Я не сержусь, – спокойным, ровным голосом проговорил он. Колдун уже почти освободил свою руку, как Гештинанна сжала ее с новой силой.

– Я очень хочу помочь тебе! Всем, чем смогу! Только объясни мне все еще раз!

– Дети спят…

– Да, да… – на этот раз она просто слепо приняла на веру то, что маленькие смертные нуждаются в помощи и теперь мысленно искала выход… – Мы могли бы позвать Гуллу. После того, что ты сделал для нее в Керхе, она совершит ради тебя все возможные и невозможные чудеса… Но ты ведь сам столько знаешь о врачевании, больше всех нас… И если… Если ты не можешь им помочь, то кто же тогда сможет?

– Я не думаю, что дети больны. Здесь что-то другое… У меня такое чувство, – после некоторой паузы продолжал Шамаш,- что они не просыпаются потому, что их удерживают за гранью сна.

– Но кто?!

– Лаль.

– Он может, – став вмиг серьезной, кивнула богиня. – Если ему стало скучно одному в мире сна и надоело придумывать себе неживых друзей по играм. Но в этом случае он не отпустит детишек. Он сделает так, чтобы им не хотелось и было некуда возвращаться. Убьет родителей. А потом попытается с помочью спящих изменить людской мир, подчинив его сну… – она поежилась от вдруг нахлынувшей на нее волны холода и страха. Богиня, жившая прошлым, не могла забыть того, что случилось когда-то…- Так и происходит? – едва слышно прошептала она, а затем, прикусив губу, замерла в трепетом ожидании ответа.

– Да.

– Все повторяется… – она побледнела. Голос угас, лишившись силы и твердости, с каждым новым словом все больше и больше походя на неразборчивое бормотание старухи. – Сперва история с Керхой, а теперь это… Но что нам делать, как помешать ему? Ты ведь знаешь: Лаль находится по другую сторону реальности. Точно так же, как он не в силах проникнуть в наш мир иначе, чем в сон спящих, мы не в состоянии достичь его владений…

– Сможем, если уснем.

– Все не так просто! Снов ведь много и как найти нужный? И, потом, тогда мы будем в полной его власти, ведь он – повелитель сновидений, а мы лишь гости – спящие…

Получается, – она горько усмехнулась, – даже самые могущественные боги бессильны перед малышом Лалем… Но, – она задумалась, – зато люди… Прошлый раз они справились со всем сами…Ты помнишь?

– Нет, – качнул головой колдун. – Все, что мне известно, я прочел в легендах… Я хотел бы поговорить с теми, кто их написал…

– Летописцы – не те помощники, которые тебе нужны, – горько усмехнулась богиня истории, – они всегда были и будут только наблюдателями, свидетелями – не более того. Здесь же должны быть деятели… Но где взять второго Мара?-она качнула головой, всем своим видом говоря: "Увы, это невозможно…" -Тогда будем надеяться, что ответ найдет Кигаль.

– Где она? – Гештинанна встрепенулась, нервно дернула плечами, закрутила головой в поисках своей хозяйки. – Ты уже говорил с ней?

– Да. Она не знает, как помочь спящим. Сон – не ее стихия. Я просил ее узнать…

– У кого?

– У Айи.

– Айя… – лицо женщины погрустнело, в глазах вспыхнули тайные огоньки зависти и обиды.

– Лаль ее брат.

– И враг, – поспешно добавила Гештинанна.

– Однако, Айя ведь тоже богиня сновидений. И кому, как не ей знать, что происходит.

– Уж от кого от кого, а от нее люди помощи никогда не дождутся…Так было и так будет… Ей нравится, когда ей поклоняются, когда ее превозносят или боятся…

Однако ради этого она не ударит и палец о палец. Есть – хорошо. Нет – ну и не надо…

– Позови, пожалуйста, летописцев, – прервал ее Шамаш.

– Да, сейчас… – задумавшись, она скрестила руки перед грудью, опустила голову, словно ища ответ на каменном полу у себя под ногами. – Лаль… – ее губы дернулись, растянулись в болезненной усмешке. – Он ведь самый младший среди нас, ты знаешь… Забавный паренек, который… – не договаривая одной фразы, она бралась за другую, чтобы и ее бросить, словно все речи, мысли потеряли свое завершение.