Чтение онлайн

наук

Галина

Александровна Шегурова. И

уже в одном только этом её

неповторимость и уникальность.

На факультете я увидела её в

сентябре 1975 года, когда меня

приняли членом секции химии

на только что открытый подфак

РИСХМа, а до этого училась с ней на химфаке РГУ, который мы закончили в 1965 году.

Вместе с В.Н. Лущенко они усиленно трудились над календарно-тематическими планами

по химии, плохо, однако, представляя, как эти планы осуществлять в аудитории студентов-

иностранцев, не владеющих русским языком…Прошло 35 лет, в составе секции химии по-

прежнему Галина Александровна и Валентина Николаевна. И чего уж только они не знают!

125

Когда под руководством Г.А. Шегуровой секция начала свою деятельность, не было

учебников, учебно-методических материалов, не было опыта работы с иностранным

контингентом, а хотелось рассказать студентам всё и много, всю химию сразу. Но как? Не было

и нормальных досок в аудитории, и зачастую мы писали химические реакции и домашние

задания на дверцах бывших общежитских платяных шкафов, служивших в аудитории

хранилищем химической посуды и реактивов.

База химических знаний у Галины Александровны была великолепная. Мало того, что

за плечами был химфак РГУ, но ещё и работа в качестве ассистента, а затем аспиранта на

кафедре химии РИСИ. Затем она защитила кандидатскую диссертацию «Физико-химическое

исследование пятерной взаимной системы из галидов натрия и цезия в расплаве» под

руководством выдающихся профессоров А.Г. Бергмана и Г.А. Бухаловой. На этой кафедре, под

влиянием научных руководителей и коллектива состоялось её становление химика и педагога.

А иностранцы? Это же совсем другое! Каковы особенности работы с ними? Проректор

по учебной работе РИСХМа профессор Виктор Иванович Баталов сказал Г.А. Шегуровой

и Л.А. Толстых: «Факультет молодой, вы – молодые, поезжайте и учитесь, пока можете!»

И они отправились на стажировку на подфак для иностранных граждан в ЛПИ (сейчас

Санкт-Петербургский государственный технический университет – СПбГТУ), который

уже имел такой опыт и слыл ведущим среди аналогичных факультетов Советского Союза.

Санкт-Петербург – гранитный город,

Взнесенный Словом над Невой,

Где небосвод давно распорот

Адмиралтейскою иглой!

Как явь, вплелись в твои туманы

Виденья двухсотлетних снов,

О, самый призрачный и странный

Из всех российских городов!

Недаром Пушкин и Растрелли,

Сверкнувши молнией в веках,

Так титанически воспели

Тебя – в граните и в стихах!

И майской ночью в белом дыме,

И в завываньи зимних пург

Ты всех прекрасней – несравнимый

Блистательный Санкт-Петербург!

Николай Агнивцев. Странный город, 1923 г.

Как же Галине Александровне и нам, секции химии в Ростове, повезло, что завсекцией

химии на подфаке в Ленинграде была доцент, кандидат химических наук Наталия Дмитриевна

Зайцева! (Позднее мы все ездили на факультет повышения квалификации в Ленинград.)

Истинно интеллигентная ленинградка, духовно богатый человек, читающая научную и даже

научно-популярную литературу со словарём, лежащим рядом, для уточнения всех незнакомых

терминов. Влюблённая в свой город и великолепно знающая его историю вместе со всеми

пригородами, она и сама водила нас по экскурсиям, дивным дворцам и паркам, и ориентировала

на поглощение приезжими провинциалами, вырвавшимися из факультетской круговерти,

126

ленинградского духа и культуры. По её совету мы успели послушать изумительного

экскурсовода по Павловскому парку Мусатова. Когда он начинал рассказывать об истории и

культуре парка, то собиралось 5-7 человек, а к концу экскурсии за ним уже бежало человек

двести…Всё это было не менее важным, чем обучение в аудиториях ленинградского подфака.

Н.Д.Зайцева, естественная в своём профессионализме, любви к химии и студентам, одна из

немногих на ленинградском факультете разрешала посещать свои занятия, где Шегурова,

общительная и коммуникабельная, любящая и умеющая учиться, жадно черпала стиль и

методы её преподавания. Не мудрствуя лукаво, понимая, что секция химии подфака РИСХМа

находится в положении слепых котят, Наталья Дмитриевна дала перефотографировать Галине

Александровне тетрадь по химии лучшего африканского студента (специалисты поймут, что

в этом случае лекции были записаны безукоризненно). По этой незабываемой тетради, где

на фоне чрезвычайно аккуратных записей синими чернилами главное выделялось красным

цветом, были абсолютно понятны объём, содержание и методы подачи материала по химии.

Это послужило отправной точкой для преподавания химии на новом ростовском подфаке.

Иначе педагоги, не имеющие опыта работы с иностранцами, заблудились бы среди массы

учебников. Г.А. Шегурова и все мы, химики, с благодарностью помним ЛПИ и Н.Д. Зайцеву,