Чтение онлайн

Из личного опыта странствий; автору неоднократно приходилось просить людей перевезти его на другой берег. И надо отметить действительную склонность потенциальных перевозчиков к издевательствам: "голова вроде есть, куда же тебя ноги несут?" И, вобщем-то, нежелание их бросать свое дело ради перевоза кого-то непонятно зачем, даже за деньги. Разговаривать с перевозчиками действительно приходится очень долго.

В Норвегии, изобилующей фиордами, такие ситуации возникали очень часто. Поэтому диалог Тора и Харбарда в общем — то является печальным подведением итога отрицательного жизненного опыта. Наверное, примером как не должно быть, ибо Харбард не перевез Тора, который вполне заслуживал перевоза.

В "Песне о Хюмире" рассказывается как Тор ловил в море Змея. Вытащил и стал бить молотом, но змей вырвался. После этого Тор добыл котел для варки пива.

К сожалению, песня не понятна из-за утраты мифологической предыстории змея и котла. Сюжет достроен мифологами одинизма, он все равно выглядит обрывочно. Значение большого котла можно понять, живя натуральным хозяйством.

В "Перебранке Локки" сказано как Локки оскорбил всех богов и испортил праздник. За это он был наказан.

В "Песне о Трюме" рассказывается, как у Тора пропал Мельнир. Локки взялся его искать, и нашел похитителя. Им оказался великан Трюм. Он просил за него выкуп — Фрею. Под видом Фреи приехал Тор, завладел молотом и убил Трюма.

Наконец, согласно "Речам Альвиста" мы становимся свидетелями интеллектуального состязания его и Тора. Оказывается, среди высших живых существ есть люди, асы, ваны, турсы, альвы, етуны, карлики. Тор спрашивает Альвиста как на языках этих «народов» зовется земля, море, Луна, Солнце, тучи, ветер, лес. Задавал вопросы Тор до той поры, пока Альвист не был застигнут в доме рассветом, от чего, вероятно, и сгинул. Начало и причины этого диалога в песне отсутствуют, но кое-что и так понятно.

По условию состязания, вовсе не пытливый Тор вынужден был задавать все ведающему духу нави бесконечный поток вопросов. Тор был почти обречен, но ему повезло: он наткнулся на "спасительную стезю" — стал расспрашивать про звучание слов в разных языках. За добычу знания и за игру им в одинизме платят жизнью! В этой песне, как и в речах турса Вафтруднира, действует какой-то страшный закон друидов: из самых знающих, из способных спросить и ответить, должен выжить только один. Бог Один так и начинает свое состязание со слов, что коль ты слывешь мудрейшим, то изволь отвечать.

При этом Один ссылается на какой-то высокий закон, который нам плохо понятен, но и Вафтруднир, и Один ему следуют. Суть закона в том, что мудрейшего на его должности, в любой момент, имеет право сменить более мудрейший. Но цена этого права есть жизнь одного из них. Мудрость выясняется в интеллектуальном состязании. В этом законе, мы явственно чувствуем, какой ледяной холод сопровождал древнее знание. Слабый духом, ранимый душой — не суйся в диспуты мудрецов. Зато выживал из них действительный "зубр".

Подведем итог. Мы рассмотрели обрывочное и странное (на наш взгляд) содержание "Старшей Эдды". Оно заставляет думать, что мы касаемся лишь малой верхушки древнего мифологического знания, потерянного для нас во всей полноте, но сохранившего общие черты, позволяющие судить о религии эпохи.

Эзотеризм от Либенфельса до Агни-Иоги

1. Мы видели силу эддического знания мудрейших. Теперь же скажем кое-что о властолюбивых мудрецах двадцатого века. А именно, мы должны понять отношение природной веры и язычества к фашизму — как историческому, так и современному.

Нужно это по многим причинам. Во-первых, сегодняшний российский экстремизм (действительно берущий кое-что от фашизма), временами хочет использовать язычество в своих целях. Он упорно называет язычество неоязычеством, подчеркивая этим свое недавнее и отчасти латинское происхождение. Мы не имеем отношения к неоязычникам, ибо наследуем религию, которая является исторической и культурообразующей для всех славянских народов.

Во-вторых, есть в России аристократическое движение, которое отражено в первом по восьмой номерах журнала "Наследие предков" под редакцией П. Тулаева, и продолжено в журнале «Атеней». Это так называемое правое движение, которое наследует расовые и националистические идеи Западной Европы, имевшие место еще до прихода к власти фашистов. В рамках этого движения очень много говорится о неоязычестве. Но такое неоязычество есть лишь хрустальная и возвышенная помпезность холеных снобов, не забывающих величать себя носителями расовой чистоты. К природной вере, к действительному историческому язычеству нашего народа, это правое неоязычество отношения не имеет. Оно есть продукт холодного западного ума, и оно стерильно по своей духовной сути.

В-третьих, некоторые толкователи фашизма объявляли его язычеством относительно давно, и началось это не у нас. Так К.Г. Юнг в своей статье «Вотан» находит, что в глубине бессознательного немецкого народа лежит страшная вера в бога Вотана (Одина) — древнего бога грозы и неистовства. В тридцатых годах двадцатого века Вотан проснулся подобно вулкану. И после того, как Германия фашизм пережила, немцы имеют «редкостную возможность заглянуть внутрь своих сердец и узнать в чем состоят угрозы душевной жизни, от которых христианство пыталось спасти человечество».

Основное заявление Юнга состоит в том, что языческое бессознательное в человеке бессмертно, порочно и страшнее цивилизованного лицемерия. При этом Юнг не потрудился объяснить, как же Вотан породил фашизм, хотя обвинение мировому язычеству бросил. Ниже мы проделаем работу, которую счел для себя излишней Карл Юнг.

В-четвертых, есть немало вредителей и у нас, сознательно старающихся впихнуть язычество в фашизм для дискредитации. Правда, имена эти помельче. Таковым является, например, ученый В.А. Шнирельман из института Этнологии и Антропологии РАН. В своем препринте за 1998 год "Язычество и национализм" он, на основе поверхностных рассуждений, объявляет практически всех российских язычников неоязычниками, националистами, (точнее говоря, шовинистами), антисемитами, и в конечном итоге все мы приобретаем некий фашистский ореол.

Права на традиционную духовность за русским язычеством Шнирельман не оставляет. И его труд является прямым обвинительным документом, подготовленным для современной инквизиции, ежели такая вдруг у нас появится.

В-четвертых, есть немало усердных журналистов, в задачу которых входит выливание на язычество всей грязи, которую они только могут породить. Приведем фрагмент статьи некоего В. Соловьева (псевдоним?) из газеты "Московские ведомости" № 19, стр. 26 за 1993 год. Там автор сперва говорит о своем объективном отношении к язычеству и даже восхваляет высокие цели некоторых его исследователей, но делается это для того, чтобы убедить читателя в том, что: "…Но правильно и другое: именно языческие традиции оказались той благоприятной питательной средой для кровожадно-полудиких инстинктов толпы, для темных импульсов объятого массовым беспокойством или недовольства людства, для злой воли большевистских фюреров, и именно в исторической укорененности восходящих к язычеству проявлений стадно-коллективистской психологии с ее категоричностью и нетерпимостью правомерно искать объяснение тем тяжким, болезненным и агрессивным симптомам поведения наших сбивающихся в многотысячные стаи сограждан, той митинговой истерии, которая ищет выход в коллективистских действиях, ритуалах и низкопробных площадных празднествах… Над нами все еще довлеет наша славянская античность…".

В этом словесном поносе нет ни истины, ни элементарной порядочности. Из него вытекает, что все отрицательное, что есть в психологии толпы, можно приписать язычеству. Тем, кто действительно хочет разобраться в законах поведения толпы, рекомендуем книгу С. Московичи "Век толп", изданную в 1996 году. Здесь же мы лишь покажем, что фашизм недостоин природной веры.

Чтобы это показать, надо дать определение понятия фашизма. Нам известно, что это вызовет бурю негодования всех заинтересованных сторон, как фашистов, так и антифашистов. Ибо нынче развелось немало «антифашистов», цели которых состоят не в борьбе с фашизмом, а в борьбе со всякой национальной традицией под предлогом, что народная традиция есть питательная среда для фашизма.

2. Скажем, что есть фашизм? Мы задавались этим вопросом в "Русском языческом манифесте". Там было написано следующее:

"Фашизм — это идеология, характерная в первую очередь тем, что следует цепочке положений, с которой мы согласиться не можем. Вот эти положения.

1. Справедливо, когда низшие нации подчинены и обслуживают высшую нацию.

2. Интересы нации выходят за пределы государства.

3. Нация, объединенная фашистской идеей, превосходит иные нации, поэтому имеет естественное право на расширение жизненного пространства.