Книга ведьм
Шрифт:
[Готторн]: Трое или четверо свидетелей, находящихся в здравом уме, подтверждают, что слышали это [317] .
[Марта Кори]: Что я могу с этим сделать? Оказалось, что у меня много недоброжелателей.
[Готторн]: Признайся!
[Марта Кори]: Я бы призналась, будь я виновна, но я невиновна!
[Готторн]: Ты – женщина разумная. Признайся, что ты им сказала? А раз ты называешь себя богобоязненной, то неужели посмеешь солгать? [318]
317
Если посчитать только тех, кого называют в числе свидетелей в ходе допроса, то уже наберется тринадцать человек. Скорее всего, все они присутствовали на заседании, что подтверждает подчеркнуто публичный характер процесса. – Авт.
318
На салемских процессах судьи расставляли несговорчивым обвиняемым схоластические «ловушки», требуя признаний на основании того, что ложь – смертный грех, и потому подозреваемые в ведовстве должны покаяться, чтобы не поставить под угрозу бессмертие своей души. Несгибаемость некоторых обвиняемых, которые шли на виселицу, так и не признавшись, дала основание многим авторам в XIX веке впасть в другую крайность и сравнить их с христианскими святыми. См. Б. Розенталь «История Салема». – Авт.
Абигайль кричит: «Негоже ей принимать причастие в нашей церкви в наступающий день субботний!»
[Марта Кори]: Мне все равно.
[Готторн]: Ты говоришь, что ум девочек расстроен. Люди в таком состоянии каждую минуту меняют свои показания, а они твердо и последовательно настаивают на твоей вине.
[Марта Кори]: Если все они ополчились на меня, то что я могу сделать?
[Готторн]: Просто скажи нам правду. Ты ведь утверждала, что и судьи, и священники нашего города слепы. Так открой им глаза!
Марта смеется и отказывается отвечать [319] .
[Готторн]: Скажи нам то, что мы должны знать. Если ты не причиняешь детям боль, то кто это делает?
[Марта Кори]: Могу ли я обвинять невинных?
[Готторн]: Значит, ты этих слов не говорила?
[Марта Кори]: Нет, не говорила.
[Готторн]: Скажи нам, кто мучает девочек. Мы собрались здесь, чтобы отвадить творящих зло. Ты утверждала, что откроешь нам глаза, а сейчас мы слепы.
319
Фактически Марта Кори смеется над судьями и местными проповедниками, оспаривая их авторитет и нарушая тем самым сложившуюся социальную иерархию. Она повторяет путь Сары Гуд и открыто высказывает свое презрение к обвинителям из-за абсурдности обвинений, что в глазах общества, уделяющего особое внимание символам, становится очередным доказательством воздействия на обвиняемую дьявольских сил. – Авт.
[Марта Кори]: Конечно, слепы, если утверждаете, что я – ведьма!
[Готторн]: Ты сказала, что укажешь нам виновных.
Марта отрицает, что говорила такое.
[Готторн]: Почему ты не укажешь нам на них прямо сейчас?
[Марта Кори]: Не могу, потому что не знаю.
[Готторн]: Чем ты ударила девушку в доме Томаса Патнэма?
[Марта Кори]: Никогда такого не было.
[Готторн]: Двое свидетелей видели, как ты била ее железным прутом.
[Марта Кори]: Я до нее пальцем не дотронулась.
[Готторн]: Тогда кто это сделал? Веришь ли ты в то, что на девочек наслали порчу?
[Марта Кори]: Если даже это так, то я тут ни при чем.
[Готторн]: Ты утверждаешь, что не являешься ведьмой. Ты не заключала сделок с Дьяволом, не общалась с духами-помощниками?
[Марта Кори]: В жизни своей ничем подобным не занималась.
[Готторн]: О какой птице твердят девочки?
Слово предоставляется следующему свидетелю.
[Готторн]: Что это за птица?
[Марта Кори]: Я ничего ни о каких птицах не знаю.
[Готторн]: Коли ты на службе у нечистого, то ты не хочешь признаваться. Но Господь знает правду.
[Марта Кори]: Воистину так.
[Готторн]: Ты считаешь, что сможешь уйти от наказания?
[Марта Кори]: Я непричастна никакому ведовству.
[Готторн]: Почему ты не хотела, чтобы твой муж присутствовал на предшествующем заседании суда?
[Марта Кори]: Но он же здесь и был на всех заседаниях.
[Готторн]: Разве ты не расседлала его коня, чтобы он не смог приехать?
[Марта Кори]: Я не знала, для чего он уезжает из дома.
[Готторн]: Неужели?
[Марта Кори]: Я считала, что никому его присутствие не принесет пользы.
Кто-то в зале восклицает, что подозреваемая не желает помогать в поиске ведьм [320] .
[Готторн]: Разве ты не заявляла, что должна открыть нам глаза? Настало время для этого.
[Марта Кори]: Я никогда не думала, что все дело в ведьмах.
[Готторн]: Значит, тебе смешно видеть страдания одержимых?
Марта отвечает отрицательно.
320
Кто-то в зале предложил, чтобы Марта Кори последовала примеру Титубы, призналась и поспособствовала выявлению своих сообщников. – Авт.
[Готторн]: Несколько человек представили доказательства твоей вины.
[Марта Кори]: Они все настроены против меня, и я ничего не могу с этим поделать.
[Готторн]: Так ты считаешь, что у нас ведьм нет?
[Марта Кори]: Я не знаю, водятся ли они вокруг нас.
[Готторн]: Ты не знаешь, что Титуба призналась в том, что они есть? [321]
[Марта Кори]: Я не слышала того, что именно она говорила.
321
Признание Титубы рассматривается как прямое основание для обвинения многих членов общины. – Авт.
[Готторн]: Вижу, что ты отрицаешь даже то, чему есть немало свидетелей.
Замечено: когда обвиняемая принималась кусать губы, некоторые одержимые дети начинали дергаться, словно бы от укусов. Когда Марту попросили так не делать, она ответила: «Какой кому вред от этого?»
[Мистер Нойс]: Очевидно, что она – ведьма, искушенная в своем злом ремесле, и «черная овца» среди нашего стада. Нет нужды искать у нее фигурки или статуэтки.
[Готторн]: Что скажешь на все эти доказанные обвинения?
[Марта Кори]: Если все вы заранее решили повесить меня, то что я могу сделать?
[Готторн]: Ты должна была служить Дьяволу десять лет? Назови нам срок [322] .
Марта принимается смеяться, а девочки – плакать и говорить, что видели рядом с ней желтую птицу. Когда судья Готторн спрашивает Марту о птице, она только смеется в ответ. Когда ей развязывают руки, девочки начинают ощущать болезненные щипки.
322
Джон Готторн специально ставит вопросы так, что любой ответ на них может считаться признанием вины. Если на вопрос о десяти годах служения Дьяволу Марта ответит «нет», то следующим вопросом будет: «Если не десять лет, то сколько?» Если Марта откажется отвечать на первый вопрос, то, значит, ее ответ – «да». – Авт.