Чтение онлайн

Г. Призыв к исканию Господа (5:8-16)

Теперь Елифаз говорит о том, что бы он делал, оказавшись на месте Иова: «Но я к Богу обратился бы, предал бы дело моё Богу». Подкрепляя свой совет искать Господа, Елифаз рисует прекрасную картину Божьего могущества. Бог творит дела «великие и неисследимые, чудные без числа». В доказательство Елифаз приводит примеры чудных дел Господа (5:8–9).

Во-первых, Божья милость проявляется в дождях, которые Он посылает на землю и поля. Во-вторых, Господь «униженных поставляет на высоту». Древнееврейский текст позволяет связать эти слова со словами о дожде из предыдущего стиха, придавая им новый смысл: обильные урожаи, полученные в результате дождей, позволяют бедным людям благоденствовать. В качестве второго примера Божьих благодеяний может выступать сам текст. Это позднее толкование, по-видимому, подтверждается словами: «и сетующие возносятся во спасение». Таково Божье милосердие по отношению к тем, кто взыскает Его (5:10–11).

Но когда речь идёт о надменных и порочных, Его могущество проявляется совсем в другом. Во-первых, Он «разрушает замыслы коварных». Все их планы идут прахом, все их предприятия безуспешны. Во-вторых, Он «уловляет мудрецов их же лукавством». Это единственный отрывок из Книги Иова, который цитируется в Новом Завете (ср. 1 Кор. 3:19). Какими бы хитроумными ни были планы нечестивых, их ждёт неудача. Мирские мудрецы оказываются сбитыми с толку своими собственными измышлениями. «Днём они встречают тьму и в полдень ходят на ощупь», понятия не имея, как справиться с тем, что на них обрушилось (5:12–14).

Бог избавляет от беды тех, против кого замышляют зло нечестивые. Господь – защитник «бедных» и «несчастных», в Нём надежда для отверженных. В конце концов «неправда затворяет уста», свидетельствуя, что последнее слово всегда за Богом (5:15–16).

Д. Заверения в Божьей добродетели (5:17–27)

Принимая во внимание милосердие Господа, Елифаз берётся обосновать утверждение о том, что люди, переживающие невзгоды, должны радоваться этому. Бог допускает бедствия в жизни людей только для того, чтобы в будущем ещё обильнее их благословить. Таким образом, несчастья – это своего рода гарантия будущих благословений, и человек не должен относиться легкомысленно к наказанию Вседержителя, «отвергая» его.

Далее Елифаз развивает своё предположение о цели страданий. Господь «причиняет раны», чтобы Самому их перевязать, и «поражает», чтобы более эффективно исцелить. Он подобен хирургу, который делает разрезы для того, чтобы больной снова стал здоровым (5:18).

Елифаз заверяет Иова в том, что Бог «в шести бедах спасёт тебя, и в седьмой не коснётся тебя зло». Так называемая формула «X+1» часто встречается в литературе мудрости. В ней выражена идея полноты, состоящая в том, что Господь избавляет тех, кто должным образом реагирует на Его наказания. И Елифаз приводит примеры того, от чего именно может избавить Бог: (1) голод, (2) война, (3) «бич языка», то есть злословие, и (4) звери земли. Доверившись Богу, Иов сможет посмеяться в лицо «опустошению и голоду» (5:19–22).

А после восстановления и исцеления по воле Божьей, Иов будет в союзе с «камнями полевыми». Мысль в том, что даже камни не будут препятствовать ему, когда он станет возделывать поля. «Звери полевые» будут жить в мире с Иовом, перестав угрожать его стадам и табунам. Иов сможет быть уверенным в неприкосновенности своей собственности, а «шатёр» его будет в безопасности (5:23).

Елифаз очень красноречиво расписывает благословения, которые изольются на Иова после исцеления и восстановления. Далее, рискуя показаться бесчувственным, он упоминает восстановление «семени» Иова, то есть его потомства. Его потомки будут многочисленны и могущественны, а сам Иов «войдёт в гроб в зрелости». В древней культуре долгая жизнь и смерть в зрелом возрасте увенчивали благословение человека на земле (5:25–26).

Как будто выступая от лица всех троих, Елифаз подытоживает: «Вот, что мы дознали; так оно и есть». Елифаз и его соратники верили в евангелие процветания и здоровья. Служи Богу – и будешь процветать. Покорись Богу – и будешь исцелён (5:27).

Речь Елифаза – настоящее произведение искусства. Он очень уважительно отзывается о Боге, тем не менее, ошибаясь в двух частностях. Во-первых, в своей речи он почти не проявил сочувствия бедственному положению Иова. Во-вторых, его предположение о том, что страдания – это наказание за грехи, не подходит для универсального применения. Иов определённо считал себя исключением, так что в конечном итоге речь Елифаза не облегчила, а лишь обострила страдания Иова.

Не упомянув никаких конкретных грехов Иова, Елифаз вместо этого в довольно мрачных тонах описал человеческую природу. Иов понимает значение того, что увидел Елифаз. Он не может поверить, что его друг действительно имел ввиду то, о чём говорили его слова – Иов наказан за свою порочность.

А. Иов защищает своё право быть недовольным (6:1–7)

Елифаз высказал мнение, что жалоба Иова неуместна и несоразмерна. Иов возражает, приводя четыре довода в свою пользу. Во-первых, претерпеваемые им несчастья (hayyah) перевешивают его «нетерпимость» (ka?as), то есть отношение, которое он выразил в первоначальной жалобе. По мнению Иова, если весь песок морей положить на весы, то и его не хватит, чтобы перевесить чашу его страданий. Поэтому, его первые слова были «неистовыми» (la?ah), то есть беспорядочными и самонадеянными. Иов признаёт, что был несдержан в словах, но оправдывает это непереносимыми страданиями, выпавшими на его долю.

Во-вторых, разум Иова пострадал не меньше, чем его тело. Не только физические страдания стали причиной жалобы Иова, но и тот факт, что эти страдания исходят от самого Бога. Он поражён «стрелами Всевышнего», болезнями и бедами, которыми Бог обычно сокрушает человека. Иов делает вывод, что Бог ополчился на него. Наконечники Божьих стрел источают яд, который проник в разум Иова, подавив его духовную чувствительность и парализовав его дух3. Если он говорит что-то неподобающее, то лишь в результате того, что с ним сделал Бог. «Ужасы Божии» ополчились против Иова, он боится, что худшее ещё впереди (6:4).

В-третьих, отсутствие аппетита указывает на то, как сильны его мучения. Даже животные ревут, если у них нет необходимой пищи, но Иову еда не нужна. Он не может есть её, ибо она стала ему отвратительной. В ней не больше вкуса, чем в яичном белке. Недостаток пищи мог стать причиной той слабости, которую Иов приводит как ещё одно оправдание тону своей жалобы (6:5–7).

Б. Иов оплакивает своё положение (6:8-13)

Разумная защита Иовом своей жалобы прерывается новым потоком горестных жалоб. У него лишь одно желание, одна просьба к Богу. Иов жаждет смерти. Он хочет, чтобы Бог сокрушил его, то есть лишил его жизни, «простёр руку и сразил». Единственное, что принесло бы Иову утешение – это смерть. Он уверен, что ничто не способно омрачить его успокоение в смерти, ибо он «не отвергся изречений Святаго». Это слова верующего человека, который уверен в своём посмертии (6:8-10).

Иов описывает своё положение, которое и привело к тому, что теперь он предпочитает смерть жизни. Он чувствует, что силы его иссякли, и больше он не вытерпит. Ему бы понадобилась твёрдость камней или меди, чтобы противостоять продолжающимся изнуряющим бедствиям. Болезнь сломала и вымотала Иова. У него не осталось никаких сил, чтобы справляться со своими несчастьями. Он уже не допускает мыслей о возможном избавлении (6:11–13).

В. Иов высмеивает своих утешителей (6:14–30)

Тот факт, что его друзья не принимают во внимание его жалобу, Иов расценивает как враждебность с их стороны. Пребывающий в отчаянном положении, «страждущий», достоин «сожаления» (chesed) от друга своего. Доброту следует проявлять даже к тому, кто «оставил страх к Вседержителю»4. Друзья относятся к Иову совсем не так. Несмотря на то, что высказаться успел только Елифаз, остальные выразили своё согласие жестами или выражением лиц (6:14).

Иов обвиняет своих «братьев» (нет ли здесь ноты сарказма?) в том, что они подобны быстро текущим ручьям, которые черны от льда, и в которых скрывается снег. Эти ручьи текут в пустыню лишь для того, чтобы исчезнуть во время жары, будучи поглощёнными песком. «Уклоняют они направление путей своих, заходят в пустыню и теряются». Торговые караваны из Фемы (в северной Аравии) и Савы (в южной Аравии) не находят их, дойдя до пустыни. Таковы и пришедшие к Иову. Когда они больше всего нужны – их не найти. Они пришли и «увидели страшное», то есть ужасное состояние Иова, и «испугались». Страдания Иова парализовали их. Хуже того, они рассудили, что это бедствие – дело рук Бога, и побоялись проявлять сочувствие из опасений в свою очередь стать объектами Божьего гнева (6:15–21).