Чтение онлайн

Анна схватилась за голову, слезы заливали ее изможденное усталое лицо. Мир рушился на глазах. Кто поможет? Одна она, совсем одна. «К Андрею пойду, может, что подскажет», - засобиралась она на могилу к мужу.

Стройный каменный храм Архангела Михаила гордо поднимал к солнцу свой позолоченный купол. Андрей начал строить его после рождения Димитрия, исполняя обет. Мастеров выписали из Полоцка, дорогой для Черноречья камень чередовали плинфой [7]. Внутри храм несколько лет расписывали местные умельцы. Это было единственное каменное сооружение города, духовное сердце княжества. Туда на вечный покой отнесли и Андрея. Внутри церкви с десной стороны в специальном аркосолии [8] организовали гробницу. К ней и пришла поплакаться Анна.

Она долго гладила холодный камень, что-то шептала, потом со вздохом оглянулась. Княгине показалось, что суровые лица святых смотрят со стен на нее с осуждением, и только взгляд Богородицы был мягким и сочувствующим. Анна перекрестилась на образ и собралась уходить, в это время в храм вошел, часто крестясь, Вышата.

– Так и знал, что здесь тебя, княгинюшка, найду. Пахомий уж мне все рассказал. Здесь сообща надо действовать, время тянуть, чтобы он сгоряча глупостей не наделал. Главное - убедить, чтобы Димитрий ни Елене, ни отцу ее никаких грамотиц пока не отправлял.

– Да как? Он меня и слушать не хочет, уж, наверное, пишет.

– Сам я с ним поговорю, ну, а тебе с этой заразой бежской свидеться придется.

– Зачем?
– замахала руками Анна.

– Врага знать надо, а то как вслепую войну вести? Пусть Димитрий на ловы или на пир князя Заозерского пригласит, а ты - мать его. Сыну скажешь - познакомиться с его зазнобой сначала хочешь, а там уж видно будет.

– А не сделаю ли я хуже, змею в дом впущу? Может, тайно за Еленой послать?

– Только разозлишь, уж я нашего молодца знаю. Наговорит ей гадостей, не подумав, и к отцу отправит. А нам надобно, чтобы он все-таки сам за ней поехал.

– Уж я отчаялась, видать, не будет этого.

– Будет, шлите за заозерскими.

1. Кожух - теплая верхняя одежда, здесь - шуба.

2. Воня великая - очень приятный запах, аромат.

3. Выморочный - без наследников.

4. Вервь - община, жители одной деревни.

5. Аксамит (оксомит) - плотная ткань с ворсом из серебряных или золотых нитей.

6. Гюргий - Юрий, один из вариантов произнесения имени Георгий.

7. Плинфа - тонкий, обожженный кирпич.

8. Аркосолий - арка над погребением, ниша для гробницы.

VI. Замена и подмена.

Ростислав с Улитой прибыли через неделю. Их ладья, раскачиваясь на легких речных волнах, медленно причаливала к Чернореченской пристани. Маленький князь и мать стояли рядом у борта. Их уже хорошо было видно с берега. Заозерская княгиня заметно округлилась, лицо припухло. То, что она в положении, бросалось в глаза с первого взгляда. Увидев на пристани встречающего их Димитрия, она засияла счастливой улыбкой. Чернореченский князь уже хотел приветственно помахать рукой, когда к огорчению для себя увидел в толпе сопровождающих Найдена. Рука Димитрия замерла на полпути. Заозерский боярин каким-то алчным голодным взглядом жадно рассматривал богатый город на холме. «Да, - со злой гордыней подумал Димитрий, - ваш- то град захудалый моему красавцу не чета. Завидуй. Только не видать тебе здесь ничего: ни чести, ни землицы. Ежели женюсь, так велю Улите гнать тебя взашей».

Едва кораблик причалил, и протянули сходни, Ростиславушка радостно бросился на берег, кинулся обнимать Димитрия, едва не сшиб с ног. Не спеша, с предосторожностями, на пристань сошла и Улита. Димитрий и Заозерская княгиня, улыбаясь, поклонились друг другу.

– Видишь, подурнела я. Теперь, небось, не люба буду?
– тихо прошептала она.

– Еще краше стала, - соврал Димитрий, да для него и вправду теперь это не имело значения. Решение для себя князь уже принял, и не красота Улиты его к тому склонила.

– Найдена-то, что ж простила?
– не удержался он от упрека.

– На сносях я, всех мне прощать теперь надобно, - кротко ответила княгиня. Димитрий понимающе кивнул, злость сразу ушла.

– Жениться я на тебе хочу, Улита, пойдешь за меня?
– с разбегу бросился в омут Чернореченский князь.

– Так подружья есть у тебя, как же быть?
– испытывающе посмотрела на Димитрия Улита.

– К отцу я ее отошлю, только слово дай, что согласна.

– Так не грех ли то, князь мой, венчанную супружницу отсылать?
– ласково пропела княгиня.

– Не был я с ней, стало быть, и греха в том нет. Не я первый то так поступаю.

– Ну, коль ты решил, то и я противиться не стану. Моим будешь, раз другая удержать не смогла, - и Улита лукаво подмигнула Димитрию.

– Матушка на тебя посмотреть хочет.

– Боязно мне, что ежели не понравлюсь ей?

– Не можешь ты ей не понравиться, поговорит с тобой, и все образуется.

Димитрий хотел было взять Улиту за руку, но побоялся делать это при всех. Все ж не водимая еще. Какое-то непонятное беспокойство терзало его, хотя все пока складывалось хорошо.

Разговор Димитрия с Улитой на пристани не был слышен окружающим, но красноречивый вид княгини, не скрывающей своего положения, смущенный князь, его ласковое обращение с гостьей тут же породили волну разговоров. Город забурлил слухами.

В покои Анны вбежала старая ключница Лукерья, было видно, что она еле донесла до госпожи новости, чтобы не расплескать по дороге. С порога она выпалила:

– Ой, княгиня-матушка, что в городе-то болтают, что болтают! Княгиня Заозерская нагуляла дитя от нашего князя. Говорят, он от супружницы своей отрекается и на ней женится!

Анна вспыхнула и гневным взглядом смерила Лукерью:

– Нечего глупости в хоромы носить. От кого эта вдовица плод нагуляла, то не наше дело, а только князь нипричём. Ни на ком он жениться более не собирается. Ростислава Заозерского на пир пригласил, а я княгиню - из вежливости. Мал молодец еще один разъезжать. А как гостей спровадим, так князь Димитрий за подружьей в обитель к Успению поедет. И кто тебе такие срамные слухи передавать станет, так им и отвечай. Поняла?!

– Поняла, - испуганно прохрипела Лукерья.

Старая княгиня тяжело вздохнула, устало провела рукой по лицу: «Выдержать бы все».

Анна напряженно ждала. За приоткрытой дверью уже слышны были шаги и легкий шорох одежд. В горницу медленно вплыла Улита. Старая княгиня смерила ее испытывающим взглядом. Гостья дрожала от смущения, яркий румянец украшал ее круглые щечки. Не смея дальше войти, Заозерская княгиня робко остановилась у порога, низко кланяясь суровой хозяйке.

Анна растерялась, она приготовилась к встрече с наглой напористой бабой и уже проигрывала в голове варианты жесткого разговора. Но внешний вид и манеры Улиты, а самое главное - ее испуганные глаза обезоружили Чернореченскую княгиню.