ЖАНРЫ

Князь Света. Порождения Света и Тьмы
Шрифт:

– Ну конечно. Я – Гор. У тебя еще осталась эта глыба?

– Разумеется.

– Покажи-ка мне ее.

Они вступают в залитый светом факелов Тронный зал, где одни только косматые шкуры хищников отвлекают глаз от назойливо сверкающего со стен оружия. В укромном уголке слева от трона на невысокий пьедестал водружена глыба серого с оранжевыми прожилками мрамора, из которой торчит стрела.

– Ты видишь ее перед собой, – возглашает, взмахивая рукой, Дилвит.

Гор подходит, знакомится с экспонатом.

– На сей раз я сам выбираю себе испытание, – говорит он. – Я верну тебе стрелу.

– Ее же можно вытащить. Это не фокус…

Гор поднимает к плечу правый кулак, сверху вниз бьет им по мрамору, глыба разлетается вдребезги. Он поднимает стрелу и протягивает ее Дилвиту.

– Я Гор, – заявляет он.

Дилвит разглядывает стрелу, мраморную крошку…

– Ты и в самом деле Гор, – соглашается он. – Что я могу сделать для тебя?

– Д’донори издавна и по справедливости славится своими прорицателями. Ну а местные провидцы из Лильяменти часто бывали выше всяких похвал. И вот, поскольку у меня есть несколько вопросов, на которые хотел бы я получить ответы, желаю я побеседовать с главным твоим прорицателем.

– Со старым Фрейдагом, – говорит Дилвит, отряхивая каменную пыль со своей юбки из красно-зеленой шотландки. – Да, он, конечно, один из великих, да вот…

– Что – вот? – спрашивает Гор; он уже прочитал мысль Дилвита, но из вежливости продолжает ждать ответа.

– Он, о великий Гор, непревзойденный чтец по внутренностям, но годятся ему внутренности только человеческие. Ну а мы редко держим пленных – к чему нам лишние траты? – а добровольца на такое дело найти довольно трудно.

– Может, удастся его убедить на этот раз погадать на внутренностях какого-нибудь животного?

Опять читает Гор мысли собеседника и вздыхает.

– Конечно, великий Гор. Но он не сможет гарантировать тот же уровень проникновения в текст, как в случае изученного им до тонкостей языка.

– Неужели они так разнятся?

– Не могу сказать, могущественнейший, поскольку сам в этом не разбираюсь, хотя и мать моя, и сестра – обе видят и знают азбуку… Но среди всех предсказателей, как известно, нет никого чудаковатей скатологов. Возьми, к примеру, Фрейдага. Он же, по его словам, близорук, а это значит…

– Снабди его всем необходимым и извести меня, когда он будет готов ответить на мои вопросы!

– Слушаюсь, могущественнейший, я тут же пошлю отряд в набег, ибо вижу, что ты в нетерпении…

– Более чем.

– …а мне как раз пора преподать одному из соседей урок в уважении границ.

Дилвит вспрыгивает на свой трон и тянется вверх, чтобы достать висящий высоко над ним длинный рог огромного, должно быть, голинда. Трижды подносит он его к губам и дует, раздувая, словно гигантская лягушка, свои щеки, пока налитые кровью глаза его не начинают выкатываться из-под косматых бровей. Потом он вешает рог обратно и плюхается на сиденье своего герцогского трона.

– Сейчас подоспеют мои сотники, – отдуваясь, пыхтит он.

И вправду, раздается цокот копыт, и три воина в боевых юбках влетают в зал верхом на единорогах-голиндах и скачут, гарцуют, гарцуют вокруг, пока наконец Дилвит не поднимает руку и не восклицает:

– Набег! Набег, ребятушки! На Юскифа Рыжего. Полдюжины пленных мне, прежде чем забрезжит сквозь туман завтрашняя заря!

– Пленных, сказал ты, Повелитель? – восклицает всадник в черно-коричневом.

– Ты не ослышался.

– Ну так до рассвета!

И вверх вздымается копье.

Тут же следуют еще две вспышки.

– Эгей!

И, описав по залу последний круг, они исчезают.

На следующее утро Гора будят и отводят в комнату, где лежат шестеро обнаженных мужчин; их руки крепко связаны и притянуты за спиной к лодыжкам, их тела покрыты ранами и рубцами. Это маленькая холодная комната, почти чулан, освещаемая четырьмя факелами; единственное ее окно загораживает стена тумана. Пол устлан сплошным слоем листов ежемесячника «Лилья таймс». Прислонившись к подоконнику, невысокий облысевший человек, розоволицый, с ввалившимися щеками и косыми глазами, правит на точильном бруске несколько коротких клинков. На нем белый передник, на лице никак не удержаться улыбке. Он поднимает на Гора выцветшие глаза и несколько раз подряд кивает.

– Как я понимаю, у тебя есть несколько вопросов, – говорит он, с трудом переводя дух между словами.

– Ты прав. У меня три вопроса.

– Всего три, святой Гор? На это с запасом хватит всего одного набора внутренностей. Наверняка столь мудрый бог, как ты, мог бы придумать побольше вопросов. Когда у нас такой запас материалов, было бы стыдно им не воспользоваться. Уже так давно…

– И тем не менее у меня к тебе всего три вопроса, о кишечный оракул.

– Ну хорошо, – вздыхает Фрейдаг. – Тогда мы воспользуемся этим.

И он указывает ножом на мужчину с тронутой сединою бородой, который не сводит с него своих темных глаз.

– Его зовут Болтаг.

– Ты его знаешь?

– Он мой дальний родственник. И к тому же главный провидец князя Юскифа; конечно же, полный шарлатан. Слава богу, что он наконец попал в мои руки.

Услышав это, Болтаг сплевывает на раздел некрологов в одном из номеров «Таймса».

– Ты просто мошенник, о великий потрошитель-недоучка! – говорит он.

– Лжец! – вопит Фрейдаг, перешагивая через другие тела, и хватает его за бороду. – Это положит конец твоей бесславной карьере! – И он вспарывает ему живот, вытягивает оттуда пригоршню внутренностей и раскладывает их по полу. Болтаг кричит, стонет, затихает. Фрейдаг рассекает вдоль клубки его кишок, размазывает пальцами их содержимое. Он припадает к самой земле и наклоняется далеко вперед.

– Ну а теперь каковы же твои вопросы, сын Озириса? – спрашивает он.

– Во-первых, – говорит Гор, – где я могу найти Принца-Который-Был-Тысячью? Во-вторых, кто посланник Анубиса? И в-третьих, где он сейчас?

Фрейдаг что-то бормочет и тычет пальцем в дымящееся на полу вещество. Болтаг снова стонет и слегка шевелится. Гор пытается прочесть мысли провидца, но они настолько смутны, что кажется, будто смотришь в окно комнаты.

Фрейдаг заговаривает:

– В Цитадели Марачека, – говорит он, – в центре Срединных Миров повстречаешь ты того, кто сможет доставить тебя пред очи искомого тобою.

– …Странно, – бормочет Болтаг, озадаченно покачивая головой, – эту часть ты прочел правильно. Но твое никудышное зрение… затуманено… этим кусочком брыжейки, ты положил ее не туда… в…

С огромным усилием Болтаг перекатывается поближе, тяжело ловит воздух широко раскрытым ртом.

– И ты… не сказал… великому Гору… что ждут его великие опасности… а в конце… неудача.

– Молчать! – кричит Фрейдаг. – Я не звал тебя для консультации!

– Это же мои кишки! Я не хочу, чтобы их как попало читал дилетант!

Поделиться с друзьями: