Чтение онлайн

А после – танец… И выход кавалеров…

Гордей все же встал со мной в пару. Поклон. Реверанс.

Я старалась не смотреть на его высочество, отводила взгляд. Гордей взял меня за руку, другую руку я положила ему на плечо. И тут, можно сказать, без объявления войны… он крепко обнял меня за талию и приподнял, прижимая к себе. Так и закружил в вальсе, не позволяя коснуться ногами паркета.

Так глупо я давно себя не чувствовала! Даже когда пощечину получила, не было так обидно! Я уж молчу о том, что все заметили, что сделал принц!

Увы, но Гордей никогда не догадается, каких усилий мне стоило сохранять на лице вежливую улыбку. Не знаю, чего он добивался, однако одно я усвоила твердо – больше никаких истерик и неприличного поведения.

Когда танец закончился, и Гордей поставил меня на пол, я лишь вежливо ему поклонилась и, поискав взглядом княгиню Воронцову, устремилась к ней. Предполагалось, что партнер предложит напитки и десерты, проведет по залам, отведенным для развлечений. Только я предпочла вернуться к княгине, чтобы не ставить принца в неловкое положение. Навряд ли он рад, что должен уделять мне внимание.

Впрочем, далеко уйти мне не дали.

– Риша, ты куда? – зашипел Гордей на ухо, поймав меня за руку. – Ты хочешь меня опозорить? Разве не прочла записку?

Риша?! Опозорить?

Кажется, это последняя капля в чаше моего терпения. Она у меня не глубокая, увы. И все же, из последних сил борясь со слезами, я нашла в себе силы вежливо спросить:

– О чем вы, ваше высочество? Я должна что-то сделать для вас?

– Ты не можешь уйти. Я твой партнер на сегодняшний вечер. Танцевать ты можешь и с другими, но я за тебя отвечаю.

И все это – практически на середине бального зала! Мы говорили тихо, но все же внимание привлекали. На принцев всегда смотрят! А тут еще главная возмутительница спокойствия во дворце…

– Но я же могу отлучиться… по нужде? – спросила я, снизив голос до шепота.

И, мило улыбнувшись Гордею, медленно пошла к выходу, молясь про себя о том, чтобы не упасть у всех на глазах.

Я боялась, что Гордей пойдет следом, однако он остался в зале. Зато за мной увязались двое молодых людей, с просьбой о танце. Я пообещала записать их в свою книжечку, как только вернусь в зал.

О чем я только думала, отправляясь во дворец! Впрочем, выбора у меня не было. Опекун кое-как научил этикету, кое-как – танцам, кое-как – всему остальному. Но каждым действием я выдаю себя. Чтобы быть княжной, надо родиться княжной!

Может, зря я сбежала из зала? Другие танцы не такие сложные, а еще есть шанс перекусить, без страха быть отравленной.

Нет, не зря. Гордей не оставил мне выбора. И что было в той записке…

Я отошла дальше от широкой лестницы, свернула в один из боковых коридоров. Шум бала доносился и сюда, зато здесь почти никого не было, только слуги время от времени пробегали мимо. Я остановилась у огромного окна, выходящего на лужайку перед парадным входом во дворец. Сил на возмущения и переживания совсем не осталось. К тому же разболелась голова – то ли от голода, то ли от нервов, а, может, от всего сразу.

Надо возвращаться. Княгиня Воронцова предупреждала, что нельзя уходить с бала раньше, чем их высочества. Это неприлично. Может, попросить ее об уроках по этикету? Что-то подсказывало мне, что она с радостью согласится. Навряд ли она в восторге от того, что приходится возиться с девушками на отборе. Но это лучше, чем проводить дни в одиночестве, пусть и с кошками.

Я прислонилась лбом к прохладному стеклу. Хочу в сад. Опять хочу в сад! Только там я чувствую себя комфортно. Дворец не для меня. Такая жизнь – не для меня. С тех пор, как я попала в этот мир, я лишь слепо подчиняюсь желаниям мужчин. Возможно, стоит попробовать устроить жизнь так, как мне нравится? Или хотя бы найти того, кто примет меня такой, какая я есть. По-настоящему, а не по настроению, как Гордей.

Кто-то деликатно кашлянул у меня за спиной. Я вздрогнула и обернулась.

– Прошу прощения, что нарушаю ваше уединение, княжна, - вежливо произнес младший принц. – Не возражаете, если ненадолго составлю вам компанию?

– Конечно, ваше высочество. – Я присела в реверансе. – О чем вы хотели поговорить?

– А брат прав, вы действительно прямолинейны, - рассмеялся Леонид.

Прекрасно! Я произнесла лишь две фразы – и опять выставила себя на посмешище.

– Рада, что это вас забавляет, - кисло произнесла я.

– Ох, нет, Карина, я не хотел вас обидеть! – воскликнул он. – Наоборот, это комплимент.

Кажется, за комплименты принято благодарить?

– Вы очень добры, ваше высочество.

– Позвольте поинтересоваться, отчего вы ушли? Это праздник в честь участниц игр.

– Я не ушла, а вышла ненадолго, - пояснила я. – Потому что нехорошо себя почувствовала. Сейчас вернусь в зал. Мне жаль, что вам пришлось…

– Нет, не извиняйтесь, - перебил Леонид. – Я хотел лично познакомиться с девушкой, вскружившей голову такому нелюдиму, как мой брат.

– Вы ошибаетесь, ваше высочество. Принц лишь увлекся мной, но все уже в прошлом.

– Это вы ошибаетесь. Гордей так усердно лгал отцу, устроил целое представление в библиотеке… и выдал себя, едва встал с вами в пару. Это так романтично, вальсировать, прижимая к груди даму сердца!

Э-э-э… Серьезно? То есть, мне было стыдно, а здесь такое считается… романтичным? Или Леонид попросту издевается надо мной!

– Его высочество знал, что я плохо танцую. Это вынужденная мера, чтобы не испортить танец.

– И разве это не говорит о том, как он к вам относится?

– Простите. Полагаю, наши отношения не касаются никого, кроме нас.

– Позвольте проводить вас к Гордею, - улыбнулся Леонид. – И прошу вас, будьте к нему снисходительны. Он хороший человек, опытный командир, но ухаживать за барышней совершенно не умеет.

Не буду же я доказывать ему, что это не так. Проще улыбнуться в ответ и принять предложенную руку.

Однако буквально через пару шагов в глазах потемнело, и я успела понять, что пол ускользает из-под ног.

– Карина! – воскликнул Леонид, едва успев меня поймать.

– Не один принц, так другой?! – тихо пророкотал рядом знакомый голос.

Я пожалела, что не потеряла сознание.

– Гордей! Немедленно извинись! – потребовал Леонид. – Что ты…

– Молоко на губах не обсохло, - перебил его Гордей. – Что ты тискаешь ее на глазах у всех? Совсем совесть потерял?

– Ах ты! Глаза разуй, ревнивец!

– Прекратили, оба! – прошипела я, высвобождаясь из рук Леонида. – Как вам не стыдно! Вы же братья!