Чтение онлайн

Кочергин глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Хотелось умыться снегом. Но оставался один важный вопрос.

— Как думаешь, — тихо спросил Кочергин у Яны, размахивающей руками перед лицом, — мы в своём времени? Или когда?

Но отвечать оказалось не обязательно — мимо как раз проходила шумная толпа школьников со смартфонами, следующая за усталой учительницей.

— Понятно, — произнёс Кочергин, радуясь, что теперь хотя бы ясно, где и когда они находятся. — Может, в кафе?

— Аппетит разыгрался? — иронично спросила Яна, подняв одну бровь.

— Если честно, хочется накатить, — тихо проговорил Кочергин.

— Да, я бы тоже не отказалась, — признала Яна, поубавив презрительно-снисходительный тон. — Ладно, идём. Тут рядом.

Вдвоём Яна и Кочергин прошли почти всю территорию Кремля, миновали смотровую площадку и направились за стену. Кочергин двинулся было по дороге вверх, чтобы выйти на набережную, но Яна указала в другую сторону:

— Так короче. Пошли.

Она сошла с дорожки и уверенно зашагала прямо между деревьями на откосе. Кочергин, отчаянно страдающий от жажды, желания глотнуть знаменитого нижегородского рома и получить хоть какие-нибудь объяснения, плёлся следом. Наконец Яна обошла раскидистый куст, за которым образовался сугроб, похожий на пещеру, какие строят дети для игр в войнушку.

А Кочергин так и остался стоять и туповато хлопать глазами. Потому что Яна куда-то пропала. И вдруг она выглянула с другой стороны куста и нетерпеливо спросила:

— Ну ты идёшь, или как?

— Куда идти-то? — глупо спросил Кочергин, шагая по глубокому снегу.

Яна привычно повела глазами и спряталась за кустом. Кочергин неуклюже, прямо как нижегородский йети, пролез между ветками, цепляющими одежду. И оказался прямо перед арочным входом в подземную пещеру.

— На самом виду, надо же, — пробормотал Кочергин, пролезая в тоннель. — Почему тут не шастают все, кому не лень?

— Потому что защита стоит. Пошли.

Яна включила свет и, покачивая бёдрами и цокая каблуками, двинулась куда-то вдоль бокового тоннеля. Пара минут, небольшой подъём, и они выбрались из тоннеля прямо за особнячком, где располагался «Старый ключ».

— Как так? — обескуражено спросил Кочергин, осматриваясь. — Тут пешком не меньше получаса плюхать.

Яна цыкнула и закатила глаза.

— Не боишься, что они у тебя застрянут? — фыркнул от смеха Кочергин. — Останешься косой ведьмой. Никто тебя такую замуж не возьмёт, будешь жить с двадцатью крылатыми кошками.

— А подзатыльник? — угрожающе спросила Яна.

— Не надо, у меня и так голова квадратом.

Яна коротко кивнула в сторону кафе. Кочергин поплёлся ко входу, но через пару шагов подпрыгнул от мощного пинка под зад. Яна громко хмыкнула и прошествовала мимо с видом графини в собственном поместье.

— Потрогала? Понравилось? — не удержался Кочергин.

Яна обернулась и процедила:

— Я сейчас позвоню твоей жене и скажу, что ты у меня дома подштанники забыл.

Кочергин только примирительно выставил ладони. Его жена в минуту ярости этой ведьме Яне такую фору даст, что спасайся кто может. И кстати, откуда это Яна знает, что он сегодня с утра утеплился? Яна только ухмыльнулась и вошла в кафе. Ведьма, однозначно.

— Общий привет, — жизнерадостно поздоровался Дриго из-за стойки, когда Кочергин и Яна оставили верхнюю одежду на вешалке. — Кого чем порадовать?

— Скажи, что картина Шварцстрема нашлась и самоликвидировалась, — пробурчал Кочергин, влезая на высокий деревянный стул.

— Не, не скажу, — печально покачал головой Дриго.

— Тогда налей кофе с ромом. — Кочергин зажмурился и стал тереть руками лицо.

— Мне с ванильным ликёром, — произнёс рядом голос Яны.

Когда Кочергин открыл глаза, она невозмутимо восседала на соседнем стуле и строчила что-то в смартфоне.

— Где вас носило? — деловито спросил Дриго из-за стойки, заправляя кофейный аппарат.

— В музее были, — устало произнёс Кочергин.

— Купчиху смотрели? — улыбнулся Дриго.

— Какую ещё купчиху? — не понял Кочергин.

— Кустодиевскую, — ответила за баристу Яна, потому что сам он скрылся где-то в недрах буфета.

— А, ну да. — Кочергин почесал шрам на лице. Стоило только вспомнить «Купчиху за чаем» Кустодиева с её красочным застольным изобилием, как жутко захотелось есть.

Но не успел Кочергин осмотреться в поисках официанта, как девочка с фиолетовой чёлкой поставила перед ним тарелку с тёплыми плюшками и слойками, пахнущими сладким тестом и ванилью.

— Вот это я понимаю — сервис, — заулыбался Кочергин, протирая руки влажной салфеткой.

— Так чего вас в музей-то понесло? — спросил вернувшийся Дриго.

— Да это случайно получилось, — проговорил Кочергин, выбирая витую сахарную плюшку. — Сначала на Свободе убегали от какой-то мути, потом через калёнов мост, потом баба с коромыслом…

— Баба, — презрительно фыркнула Яна. — Она нам, между прочим, жизни спасла.

— Извини, — виновато произнёс Кочергин. — Дама. Дама с коромыслом. А дальше как-то само получилось в музей пойти.

— И что там особенного? — поднял брови Дриго.

— Картины Шварцстрема, — ответила Яна, потому что Кочергин уже успел набить рот тёплым сдобным тестом.

— Серьёзно? И как они вам?

Кочергин только помотал головой, продолжая жевать. А Яна подалась вперёд и тихо произнесла:

— Этот Шварцстрем — просто грёбаный психопат. Малевал жуткие картины, да ещё примешивал к краскам чью-то кровь и прах.

Дриго вопросительно глянул на Кочергина. Тот только утвердительно кивнул и потянулся за слойкой. Рассказ Яны, к счастью, аппетита не убавил.

Дриго передёрнул плечами и отправился готовить кофе. А Кочергин жевал слойку с шоколадным заварным кремом и никак не мог вспомнить, зачем ему понадобилось увидеться с этим баристой. Утром-то он именно к нему собирался.

— Так что ты спросить-то хотел? — будто бы прочитал его мысли Дриго, добавляя в кремовый кофе сливок.

Кочергин задумался. Так. Утро. Коржик. А до этого? Галерея. Ларион. Точно, вот оно.

— Раз уж вы оба здесь, — проговорил Кочергин, переводя взгляд с Дриго на Яну, — то вопрос для вас обоих. Существует ли сыворотка правды и входит ли в её состав алкоголь?

— Конечно, существует, — пожала плечами Яна. Как будто рассказывала, что солнце встаёт на востоке.

— А алкоголь добавляется по желанию, — буднично вставил Дриго. — Тебе зачем? Допросить кого-то надо?