Кодекс Магических Зверей. Гепталогия
Шрифт:
– Будь осторожен, не наступай на чёрные пятна, – тихо предупредил Хольц, поравнявшись со мной. – Видишь, где мох темнее?
Я присмотрелся и заметил, что между синих подушек попадались пятна почти чёрного цвета.
– А что в них?
– Сонная роса, – тренер кивнул на ближайшее пятно. – Если попадёт на кожу, будешь сутки слюни пускать.
Перевёл взгляд на Люмина, который старательно обходил тёмные пятна по широкой дуге.
– Правильно, ушастый, – тихо одобрил я.
Через нить тут же прилетел образ морковки, и я едва не закатил глаза.
– Не сейчас.
Зайцелоп фыркнул, изобразив оскорблённое достоинство, и потрусил дальше.
Подняв взгляд, я заметил, что стволы деревьев здесь росли странно. Одни тянулись вверх, словно мачты, другие изгибались дугой и упирались верхушками в землю, образуя причудливые арки.
Каждые несколько минут Кельн посылал вперёд Силка, который скользил бесшумной тенью, описывал круг и возвращался на плечо хозяина.
– Чисто, – буркнул разведчик после очередной проверки. – Но правее, шагах в пятидесяти, кто-то крупный движется параллельно нам.
– И ты так спокойно об этом говоришь?! – прошипел Торвальд.
– А что мне, в штаны навалить? Тем более, он уже давно приметил нас, но не обращает внимания.
– Твою налево, разведчик хренов… – выругался рыжебородый. – Всем замереть и не двигаться!
Я остановился, всматриваясь в ту сторону, куда указал Кельн. Между чёрными стволами действительно двигалось существо размером, превосходящим лошадь, и никого не замечало, будто из-за важных дел наша процессия его совершенно не интересовала.
Через минуту шум от шагов затих, и Лес погрузился в тишину.
– Хольц, – тихо позвал я. – Ты знаешь, кто это?
– Скорее всего, пастырь.
– Пастырь?
– Травоядный зверь B класса. Если его не задирать, и пальцем не тронет. Кочует по биомам, жрёт листву с деревьев, да гадит где попало.
Вскоре мы продолжили путь. Синий мох под ногами чередовался с участками голой чёрной земли, которая странно пружинила, будто под ней зияла пустота.
Брумиш безошибочно вёл нас по более плотному грунту. Один раз Варрен попробовал срезать угол и тут же провалился по щиколотку в почву.
– Чтоб тебя, – он с возмущением выдернул сапог из вязкой земли и принялся брезгливо отряхивать ногу. – Это еще что за хрень?!
– Стоматка, – бросил Хольц.
– Чего?
– Стоматка, – повторил тренер. – Под ней Лес переваривает упавшие деревья, а заодно и тех, кто на них наступает. Простоял бы ещё минуту, затянуло бы по колено.
Варрен побледнел и больше от тропы не отклонялся.
Вскоре Брумиш вывел нас к участку, где между стволами тянулись провисшие нити. Поначалу я принял их за паутину, но, приглядевшись, заметил металлический блеск. Они напоминали тонкую проволоку и гудели от малейшего дуновения ветра.
– Стоп, – Хольц выставил посох поперёк тропы. – Дальше не пройдём.
Бронебрус замер. Я увидел, что нити опутали лес впереди, перекрывая просветы между деревьями почти от земли до крон. На некоторых покачивались мелкие косточки, клочья шерсти и обрывки кожаной упряжи.
– Что это? – прошептал Леннокс.
– Я уже видел нечто похожее, – Хольц прищурился. – Тогда наш отряд потерял разведчика, так что… Внутрь лучше не соваться.
– Да тут полметра до земли, можно и по-пластунски проползти, – Варрен присел на корточки, оценивая зазор.
– Попробуй, – пожал плечами тренер. – Возможно, потом мы тебя найдём, правда, скорее всего, по частям.
Варрен медленно выпрямился.
– Ладно, лучше обойдём. – буркнул он.
Мы повернули направо и двинулись вдоль гудящего полотна, держась от него на расстоянии пяти-шести шагов. Брумиш ступал осторожно, и каждый раз, когда ветер едва покачивал нити, недовольно фыркал.
Пройдя несколько метров, я заметил в основании ствола зияющее круглое отверстие. Внутри медленно шевелилось существо, похожее на огромного спящего червя, который ворочался во сне.
– А вот и местный хозяин, – спокойно произнес Хольц. – Советую не смотреть на него.
– Уже не смотрю.
Я отвёл взгляд и, пока мы не покинули место с нитями, старался глядеть только на затылок Брумиша.
Минут через двадцать чёрный лес немного посветлел, и вдруг Брумиш замер, опустил голову и глубоко вздохнул.
Кельн вскинул ладонь, Силок бесшумно сорвался с его плеча и улетел вверх. Через секунд десять птица вернулась, и разведчик нахмурился.
– Впереди творится какая-то чертовщина, – выдохнул он.
– А конкретнее? – нахмурился Торвальд.
– Похоже на подготовку к битве.
Рыжебородый задумчиво взглянул в указанную сторону.
– Обойти сможем?
– Нет, путь только один, – покачал головой разведчик. – Придётся пройти рядом с ними.
– Твою налево… Веди, только аккуратно.
Мы свернули правее, забирая по дуге. Брумиш, видимо, тоже почуял возню, пригнул голову ниже обычного и замедлил шаг. Крох прижал уши, а шерсть на загривке встала дыбом. Люмин буквально слился с моей ногой и старался не отставать ни на шаг.
Через минуту мы выбрались на пологий склон, поросший редким кустарником с мясистыми листьями. Кельн, пригибаясь, прокрался вперёд, присел за грядой валунов и жестом подозвал Торвальда. Мы тихо двинулись следом, залегли за камнями и осторожно выглянули. Внизу, шагах в ста от нас, простиралась широкая прогалина, окружённая черными деревьями. В её центре стояли… Звери.
С одной стороны замерли восемь поджарых существ с длинными мордами, горбатыми спинами и серо-бурой шерстью, похожие на гиен, но раза в полтора крупнее.
С другой расположились шесть чёрных зверей с вытянутыми мордами без видимых ушей. Они походили на волков, но обладали слишком длинными лапами и непропорционально большими головами.
Между двумя стаями лежала вспоротая туша крупного зверя с витыми рогами, размером со взрослого быка.
– Костегрызы и теневые охотники, – прошептал Хольц. – Делят добычу. Плохо дело.
– Почему? – тихо спросил я.
– Потому что они никогда не заходят на одну территорию. Если обе стаи здесь, значит их что-то вытеснило.