Чтение онлайн

За стойкой Мальвина протирала деревянную кружку. Рыжие пряди девушки выбились из-под платка, а на щеке красовался мазок муки.

Стоило мне подойти ближе, как она отвлеклась от работы и искренне улыбнулась.

– Эйден! – девушка обрадовалась. – Привет!

– Привет, Мальвина, – отозвался я, опираясь локтями о столешницу. – Как дела?

– Отлично, – она бросила тряпицу на стойку. – На турнир приехала куча народу, и по вечерам у нас ни одного свободного стола! Еле справляемся.

– А где тогда Борк? – удивлённо спросил я, крутя головой в поисках трактирщика.

– Он пока тоже на Арене, – она махнула рукой в сторону двери. – Болеет за своего любимца.

– За кого?

– Да за этого, как его… – Мальвина наморщила лоб, – мечеёжа. Кличку не помню, но Борк говорит, что у него «морда победителя».

Я хмыкнул.

Мальвина вдруг бегло посмотрела в сторону занятых столов, наклонилась через стойку и тихо заговорила:

– Эйден, мы тут с Борком кое-что услышали.

– Что именно? – спокойно спросил я.

– Что тебя на Арене… – она замялась, словно подбирая слова помягче. – Обвинили в отравлении зверя.

– Было такое.

Мальвина выпрямилась и скрестила руки на груди. В этот момент она стала похожа на женщину, которая несколько минут назад отчитывала сына.

– Так вот, – твёрдо произнесла она. – Ни я, ни Борк ни на секундочку в эту чушь не поверили.

– Мальвина…

– Постой, я ещё не закончила, – она подняла ладонь. – Нам не интересны слова какого-то богатенького выскочки. Просто знай, что ты не один, и всегда можешь обратиться за помощью, что бы ни произошло.

У меня в груди разлилось приятное тепло.

– Спасибо, – тихо сказал я.

Мальвина кивнула, схватила тряпицу и вновь принялась протирать и без того чистую кружку.

– Не за что, – буркнула она. – Ты чего пришёл-то? Соскучился?

– Конечно! – я улыбнулся. – А ещё чертовски проголодался. Собери мне, пожалуйста, еды с собой, дня на два.

– Сейчас сделаю, – отозвалась девушка, отложила тряпицу и направилась на кухню.

Через несколько секунд до меня донёсся стук горшков и бормотание: «Грудинку положу, а то худой какой-то стал». Я тепло усмехнулся.

Старики у дальнего стола подняли кружки, чокнулись и выпили, не проронив ни слова.

Спустя пару минут Мальвина вернулась, удерживая в руках увесистый свёрток, замотанный в чистую тряпицу и перевязанный бечевкой.

– Держи, – она аккуратно опустила ношу на столешницу. – Тут каша с грибами, тушёные овощи с грудинкой, свежий хлеб, кусок сыра и пирог с яблоками, ещё горячий.

– Спасибо! – ответил я, потянувшись за монетами. – Сколько с меня?

– Шесть медных.

Я отсчитал марки и положил на стойку. Девушка ловко смахнула их в карман и коснулась ладонями свертка.

– Эйден, – произнесла она.

– Да?

– С Ларком… всё в порядке? – тихо спросила Мальвина. – Просто в последние дни он частенько к нам заглядывал, а сегодня нет…

Девушка смущённо опустила глаза, теребя пальцами бечевку.

Я с трудом удержался от улыбки.

– Он вернулся в «Седую наковальню», – ответил я. – Сказал, что дальше справится сам.

Мальвина медленно кивнула, а уголки её губ на мгновение дрогнули вниз. Однако она тут же спохватилась и подняла голову.

– Ну и правильно, – деловито произнесла девушка. – Дома, как говорится, и стены лечат.

Она помолчала несколько секунд, после чего тихо добавила:

– Ты это… как увидишь его, передай привет от меня.

– Обязательно, – пообещал я.

Мальвина слегка покраснела, но через секунду фыркнула и мотнула головой.

– Иди домой, целитель, – пробормотала она, пододвинув ко мне свёрток. – А то остынет.

Я убрал еду в ранец, поправил лямки и, кивнув на прощание, покинул таверну. На улице вечерело: по переулкам потянуло прохладой, а из печных труб поползли первые струйки дыма.

Я неторопливо двинулся в сторону дома, размышляя, что неплохо было бы сегодня лечь спать пораньше.

Почти добравшись до лавки, заметил у двери высокого мужчину в тёмном мундире. Незнакомец медленно шагал взад-вперед, заложив руки за спину и зажав подмышкой папку.

Услышав мои шаги, мужчина резко вскинул голову и замер. На вид ему лет тридцать: узкое лицо, коротко подстриженные русые волосы и карие глаза.

– Господин Эйден Моррис? – спокойно спросил он, стоило мне приблизиться.

– Он самый, – отозвался я, остановившись в двух шагах. – Чем обязан?

– Карст, Имперская служба, – мужчина слегка склонил голову.

– Здравствуйте, – произнёс я, открывая дверь – Проходите в лавку.

– В этом нет необходимости, я не займу много времени.

Он раскрыл папку и вытащил несколько листов, на каждом из которых находились восковые печати: одна с изображением свитка, перечеркнутого тонким клинком, вторая с эмблемой Ассоциации.

– Дело об отравлении пепельного лунногрива по кличке Сильвер завершено, – начал имперец. – С вас и госпожи Валленхоф сняты все обвинения.

Я моргнул.

– Так быстро? – невольно вырвалось у меня.

Мужчина кивнул и протянул мне один из документов.

– В течение суток, – продолжил имперец, – результаты расследования будут вывешены на всех рыночных площадях столицы, у Спусков и в каждом городском районе.

Я закрыл дверь, взял пергамент и пробежал глазами по строчкам, вычленяя суть из тяжелых канцелярских оборотов.

– Студента Академии «Пылающая Лапа» Тейна Касселя из Дрогна признали виновным, – продолжил мужчина. – Имперской службой установлено, что он лично подмешал яд в корм, который скормил зверю.

Я медленно выдохнул, думая о том, какой же сволочью нужно быть, чтобы специально отравить собственного зверя…

– Какое наказание его ждёт? – спросил я.

– Отчисление из Академии, пожизненный запрет на государственную службу, вступление в гильдии и Ассоциации, а также на получение разрешений на торговлю, целительство или владение мастерскими.

Вот она – жизнь в своём истинном обличье. Ещё несколько дней назад молодой парень являлся перспективным Мастером Зверей и мог многого достичь, однако одно неверное решение перечеркнуло его будущее. Пусть ещё будет благодарен, что в тюрьму не посадили, хотя в этом, скорее всего, помогли влиятельные родители.