Чтение онлайн

Всё дело было в регенерации. Для обычного человека, пускай и ступившего на Путь силы, сама мысль о том, чтобы день ото дня, переносить тяжелые повреждения, лишаться собственных конечностей и фактически умирать, была невыносимой. Большинство начинается морщиться в момент извлечения предательской занозы, а здесь речь шла о настоящей, не побоюсь этого слова, серии пыток.

Но я выдержал.

Ши не удалось меня сломить и превратить в хнычущего неофита, просившего милосердия у своего чересчур разгорячившегося мастера. Впрочем, вряд ли он ставил себе именно такую задачу.

Но более того, я сумел пройти все его испытания и при этом сохранить человечность, а те люди… люди замурованные в стенах – это и была истинная личина Академии. Истинный образ тех, кто возглавлял её сотни лет.

В любом случае, моё тело стало крепче, быстрее и выносливее. Я чувствовал каждую мышцу, каждое сухожилие, будто напрямую мог влиять на их состояние. Чувствовал, как ци течёт по моим жилам, как талант реагирует на любое изменение в организме, подстраивая, перенастраивая и восстанавливая отмирающие клетки.

До идеала ещё далеко, но прогресс явно на лицо.

Остановившись у комнаты, я снял с пояса нож и резким движением провёл по ладони. Алая борозда, едва успев появится, за несколько секунд спешно затянулась будто её на скорую руку сшили невидимыми нитками. Я прикинул, что процесс восстановление ускорился в несколько раз, причём на моих личных возможностях. А вот если бы я последовал совету Ши и… нет, сама мысль об этом заставляло кишки подбираться к горлу, а внутренности сворачиваться в спираль.

А ещё, я буквально всем тело чувствовал нечто странное словно несмотря на всё происходящее, несмотря на муки, меня переполняла энергия и этому могло быть только одно объяснение. Тем более, я читал об этом и в Кодексе, и в местных книжках. Я был близок к прорыву на вторую стадию. Стадию открытия меридианов. Я был переполнен ци и оставался маленький толчок для того, чтобы количество перешло в качество, и я шагнул на новую ступень развития, окончательно перестав быть простым смертным.

Не обращая внимания на охранников, стоящих перед дверью, открыл её и замер, потому что передо мной развернулась неожиданная картина. Я даже подумал, что пришёл куда-то не туда.

Три молодых девушки в полупрозрачных шёлковых халатах с распущенными волосами и накрашенными пышными губами. Они встали с кровати, где дожидались моего появление и с грацией кошек двинулись в мою сторону. Шёлк струился по их телам, облегая каждый изгиб, открывая длинные ноги. Каждая из них игриво виляла бёдрами, заставляя приковать к себе внимание и сразу было видно, что они знают толк в своём мастерстве.

Первая была светленькой с волосами цвета спелой пшеницы. Она жадно смотрела на меня зелёными глазами, а халат на ней держался буквально на одной ленте. Вторая оказалась темнее. Она даже и не старалась прикрывать ягодицы тем куском ткани, который при всём желании нельзя было назвать одеждой. Дерзкий взгляд, пухлые губы, девушка явно не стеснялась своего тела и того, что могла мне предложить.

Третья, как можно было догадаться была рыжей. Волосы огненным водопадом струились по спине, а карие глаза, с золотистым отблеском бегали по моему телу, разглядывая каждый изгиб мышц.

– Господин Ян, – прошептала блондинка, касаясь моих плеч.

– Вы так напряжены, – добавила брюнетка, проводя пальцам по моей ключице, – Вы слишком сильно тренируетесь.

– Позвольте мы поможем вам расслабиться, – рыжая опустилась передо мной на колени и протянула руки к широкому поясу моих штанов.

Я не двигался, лишь смотрел на них холодным и оценивающим взглядом. Они безукоризненно выполняли свою работу, пытаясь вызвать во мне желание, вот только мне было не до этого.

– Кто вас прислал? – Спросил спокойным голосом.

Девушки переглянулись и расплылись в улыбках.

– Какая разница? – Прошептала блондинка, наклоняясь к моему уху, едва касаясь мочки влажными губами.

– Мы здесь, чтобы выполнить любые ваши желания, господин Ян, – прошептала брюнетка, взяла мою руку и прижала к груди. – После того, через что вам пришлось пройти, необходимо расслабиться.

Когда рыжая практически справилась с поясом, я одёрнул кисть, насильно поднял её на ноги и спросил:

– Кто?

Они не ответили. Вместо этого блондинка обвила мою шею руками и прижалась всем телом. Брюнетка водила ладонью по груди, а рыжая… рыжая никак не сдавалась. Я чувствовал сладковатый запах их духов, смешивающийся с запахом трав, которые лежали на столе и тёплое дыхание на собственной шее.

– Чэн? – Спросил я, отодвигая блондинку.

– Неважно, – прошептала она, пытаясь поцеловать меня в губы.

Пришлось резко отодвигать её от себя, как и остальных двух, а когда девушки непонимающе переглянулись, я холодно произнёс:

– Вон.

– Но, господин…

– Уходите или я вас вышвырну с голыми задницами в коридор.

Девушки замерли, а улыбки сползли с их лиц. Светленькая поправила халат, брюнетка опустила взгляд, а рыжая смотрела на меня так, словно ей было плевать.

– Мы только хотели… – сказала она, пытаясь сохранить игривый тембр голоса.

– Я понял, что вы хотели, но у меня нет настроения. Так что вон.

Они вышли, натягивая халаты и закрываясь от моей стражи, которая с интересом осматривала уходящих девушек.

Я выдохнул, закрыл глаза, прислушиваясь у удаляющимся шагам, а когда открыл, увидел стоящую в дверях Сай.

– Ян. – Произнесла она с широкой улыбкой на лице.

Девушка попробовала зайти, как вдруг рука стражника легла ей на грудь, запрещая двигаться дальше.

– Руку убрал. – Низко прорычал я, сжимая кулаки.

– Приказ магистра Чэн. – недовольно буркнул стражник. – Чжоу Сай нужно лишь доставить тебе новую партию пилюль и вернуться к работе.

Сай выглядела не лучшим образом. Розовый халат, в котором она обычно ходила был измят и кое-где запачкан чем-то тёмным, по запаху напоминающим то ли травяной настой, то ли реактив. Ленты в волосах растрепались, а одна и вовсе сползла на плечо. Сами же волосы, обычно ухоженные, тускло свисали нечёсаными прядями.

Губы девушки заметно побелели и потрескались, а лицо было бледным с заметными синяками под глазами. Сай выглядела так, будто не спала несколько суток, занимаясь исключительно работой и больше ничем.