Кодекс Практика. Тетралогия
Шрифт:
Мои пальцы, мои руки – всё это было частью общей иллюзии, за тонкой плёнкой которой скрывалась бесконечная и бездонная пустота. Я попробовал сжать кулак и частицы сжались вместе с ним. Попробовал разжать, и они разлетелись в стороны, ожидая приказа своего хозяина. Во мне поселилось довольно уникальное, но при этом необычное чувство, которое продолжало твердить одно и тоже. Я мог ими управлять.
Весь мир перевернулся с ног на голову, будто кто-то открыл дверь, которую раньше даже и не замечал. Словно всё это время в этом мире существовал не я, а лишь блеклая оболочка того, во что со временем может превратиться. Вот только такие кардинальные изменения никогда не приводят ни к чему хорошему.
Дверь из комнаты оказалась не заперта. За всё время моего «домашнего ареста» её никогда не запирали, так как снаружи всегда дежурили два практика среднего уровня. Они должны были охранять меня, следить, чтобы ни в коем случае не убежал в отсутствие одного из магистров, но теперь всё изменилось.
Их тела лежали на каменном полу. Первый, с которым я в основном только и говорил, лицом вверх, а тот, что обычно славился своим не многословием, ничком. Их лица навеки застыли в гримасе ужаса, а широко распахнутые рты и глаза, говорили о том, что смерть наступила моментально. Я присмотрелся поближе и увидел, что глазные яблоки обоих были выжжены, причём не огнём, а чем-то другим, так как из них всё ещё поднимались дымки духовной энергии. Кожа на лицах и руках спеклась, потрескалась и стала похожа на сухую, безжизненную землю.
Оба были мертвы.
За ними тянулся длинный коридор с редкими лампами на стенах, которые, на удивление, всё ещё горели, но их свет был тусклым и болезненным, будто их тоже коснулась неизвестная проказа, поглощающая всё здание изнутри.
Я пошёл дальше и вскоре обнаружил многочисленные тела слуг и учеников. Под раздачу попали и случайные прохожие, которые оказались рядом в тот момент, когда я открыл чёрный манекен. Все они лежали в разных позах, обычно в застывших на бегу, но кто-то сидел, прижавшись к стене. На лицах каждого из них были видны гримасы ужаса, выжженные глаза и спёкшаяся кожа. Кажется, перед смертью они тоже понимали, что их ждёт… вот только что?
Я насчитал двенадцать тел, а когда дошёл до поворота, их стало намного больше.
Причина смерти была явно не физической. На телах не было ни проникающих ран, ни ушибов и даже синяков. Вот только я чувствовал, как меридианы этих людей были разрушены, а лучше сказать выжжены до основания. Казалось, будто сам принцип упорядоченной ци перестал существовать и кто-то резким мазком стёр саму возможность жизни в этом пространстве.
А на такое не были способны даже магистры Академии… тогда что здесь произошло?
Удивительно, но в то время, как тела всех превратились в мумии, моё осталось невредимым, но почему? Вместо ран, грязи или иссохшей корочки я видел, как под кожей светились тусклые линии ци, а мои руки пахли смертью.
– Это я? – в ужасе спросил сам себя, – но как?
Сопровождая меня в пути, цветы продолжали расти из трещин в каменном полу и тянуться к моим ногам, коленям и лицу и тут я понял, что не руки издавали отчётливый трупный запах… а именно они.
Кодекс продолжал молчать и у меня не осталось выбора, как пойти дальше. Коридор закончился лестницей, ведущей наверх и меня, внезапно, затошнило. Рвота поднималась откуда-то из глубин живота, сжимала горло и не позволяла сделать полноценный вдох. Я стоял посреди коридора, усеянного телами и ощущал, как вместе с ней до меня доходило осознание произошедшего.
Это сделал я, но как?
Я прекрасно помнил, как сидел в тренировочной комнате и медитировал, пытаясь найти свой тип энергии, вспоминал прошлой, а секундой позже началось это безумие. Везде трупы, обезображенные будто резким всплеском энергии ци. Сама мысль об этом заставила меня прижаться спиной к стене и закрыть глаза.
Кодекс на запястье завибрировал и я опустил взгляд. Золотистые строки в этот раз побежали без помех.
Аварийная эманация хаотической ци. Неконтролируемый выброс в радиус 117 метров. Все формы упорядоченной энергии (включая ци живых существ) аннигилированы.
Я перечитал сообщение трижды, каждый раз надеясь, что до этого ошибался.
Сто семнадцать метров… Это не маленькая комната, это целый коридор, лестница, несколько залов и сотни, если не тысячи людей, в них находящихся. И что, получается это были те, которые оказались рядом в тот момент, когда я… когда я что? Медитировал? Пытался понять себя?
Рекомендуется срочно научиться контролировать новый тип ци.
– Спасибо, – саркастично протянул я, – Вот только сейчас не до контроля… Надо выбираться отсюда.
Здание Академии, где меня держали, находилось на окраине кампуса. Из окна даже было видно жилой квартал и расположенный рядом рынок, за которым продолжались центральные улицы города Чёрного Дракона. Меня посещали мысли о том, что можно было бы попробовать бежать ночью через него, и останавливало осознание того, что всё бессмысленно. Если уж меня нашли в разрушенном городе, когда вокруг творился полный хаос, то, как только о побеге станет известно, то тут же доложат мои мучителям и меня снова найдут.
Впрочем, это было актуально до того, как я прорвался на вторую стадию и обзавелся странным типом ци, явно выбивающимся из всех местных канонов.
Аккуратно обходя лежащие то тут, то там тела, вышел через арку, удивившись отсутствию охраны снаружи. А город тем временем жил своей жизнью. На рынке торговцы рекламировали свои товары, надеясь, что кто-то из неофитов выйдет и купит что-то, ещё не подозревая, что покупать некому. Носильщики таскали тюки, бегали дети, у ворот домов сидели старики, степенно пьющие чай. Странная картина, так и отдающая фальшью.
– Ян! – Раздался знакомый голос и я невольно повернулся на него.
Сюэ Лан. Живая и невредимая. И почему-то облачённая в красное платье с золотой вышивкой, то самое, в котором была на фестивале и которое я стаскивал с неё ночью.
– Я везде тебя искала! – Продолжала кричать она, ведя под узды янлона. Вьюга недовольно фыркал, но слушался девушку. – Мне запретили к тебе приходить, магистр Чэн лично отдал приказ, но раз ты тут, значит всё хорошо?
Меня не отпускало ощущение, что здесь что-то не так. Всё не так. Абсолютно всё не так.
Продолжая улыбаться, Лан преодолела расстояние в пятьдесят метров, затем традицать, двадцать и на отметке в десять метров произошло что-то донельзя странное.
Она замерла так, словно превратилась в статую. Её правая нога была поднята для следующего шага, рука застыла в приветствии, лицо превратилось в восковую маску с приклеенной улыбкой, и лишь непослушные волосы развевались от лёгкого ветерка.
Вьюга заржал, вырвал поводья из руки и галопом умчался прочь, косясь на меня полными ужаса глазами.