Чтение онлайн

— Боится контроль потерять он, — почти выплюнул Рейган, сжимая кулаки. — Он у нас всегда был слишком тревожный.

В его голосе звучало столько злости и напряжения, что я невольно вздрогнула. Что происходит между этими двумя?

— Рей, так нельзя, — тихо, но твердо произнесла я. — Я тоже тревожный человек и тоже тяжело прохожу многое, стараюсь многое контролировать.

— А он у нас не такой, как ты, — процедил Рейган сквозь зубы, не отводя взгляда от Кирана.

В этот момент вмешался Карас, который до этого молча наблюдал за нами из тени.

— Мой принц, — мягко, но с явным укором произнес он, — оставьте леди с Кираном. Я уверен, что она поможет ему в его ситуации.

Карас подошел ближе и положил руку на плечо Рейгана, словно пытаясь успокоить его. Рейган резко дернул плечом, скидывая руку Караса, и, молча развернувшись, ушел в дом. В воздухе повисла напряженная тишина. Я с тревогой посмотрела на Кирана, который стоял, опустив голову, и казалось, вот-вот растворится в воздухе.

— Прошу прощения за Рейгана, — тихо произнесла я, поднимая на меня свои удивительно яркие голубые глаза. — Он… просто волнуется за меня.

— Ничего страшного, — ответил Киран, стараясь улыбнуться как можно более ободряюще. — Пойдемте в кофейню, поговорим там.

Я жестом пригласила Кирана следовать за мной, и мы направились к дому. Внутри было тепло и уютно. Аромат свежемолотого кофе витал в воздухе, смешиваясь с тонкими нотками корицы и ванили. Я провела Кирана на кухню, где было еще теплее и уютнее, чем в зале. Солнечные лучи проникали сквозь большое окно, создавая на столе яркие блики.

— Присаживайтесь, — сказала я, указывая на стул у окна. — Сейчас приготовлю кофе.

Киран сел, все еще немного скованно, и посмотрел на меня с благодарностью.

— У вас есть предпочтения? — спросила я, подходя к шкафчику с разноцветными баночками, наполненными диковинными травами и порошками.

— Черный, без сахара… обычно, — ответил он, немного замявшись. — Но если у вас есть что-то, что… помогает справиться с тревогой…

— Конечно, — улыбнулась я. — Есть у меня один особый рецепт. «Зимняя метель» называется. Он помогает обрести спокойствие и вернуть контроль над собой.

Я достала из шкафчика небольшую медную турку с гравировкой в виде снежинок, насыпала в нее щепотку измельченных ледяных кристаллов, добавила несколько зерен кофе с далекой планеты Кси’тар, известного своим успокаивающим эффектом, и щепотку синей пыльцы волшебных цветов. Залив все это горячей водой, я поставила турку на небольшой огонь. Пока кофе варился, кухня наполнилась ароматом морозной свежести и далеких звезд.

— Я работаю военным атташе, — начал Киран, глядя на то, как в турке образуется легкая вихрящаяся пенка, напоминающая снежную метель. — До недавнего времени все было хорошо, но в последнее время… начались проблемы.

Его голос дрогнул, и он замолчал, словно собираясь с мыслями. Я молча ждала, не перебивая, помешивая варево тонкой серебряной ложечкой.

— Стал терять контроль, — продолжил Киран, наконец. — Сначала это были просто небольшие вспышки гнева, раздражительность… Потом стало хуже. Начались панические атаки, кошмары… Я боюсь, что однажды могу сорваться по-настоящему, навредить кому-нибудь. А в моей профессии, связанной с дипломатией и налаживанием связей между разными культурами, это недопустимо.

Пока я готовила кофе, думала о том, как тяжело быть тревожным человеком. Ведь ты пытаешься контролировать каждую несусветную мелочь, пытаешься повлиять на все, а когда не получается то злишься. Потеря контроля в данной ситуации самое плохое, и сейчас выливая готовый кофе в чашку, я знала, чем ему помочь, потому что когда-то сама сталкивалась с этим.

— Вот, выпейте, — сказала я, протягивая Кирану чашку. — И расскажите мне все по порядку. Что именно произошло? Когда вы впервые заметили эти изменения?

Киран сделал небольшой глоток «Зимней метели». Его плечи немного расслабились, дыхание стало ровнее.

— Впервые это случилось во время дипломатической миссии на планете Ксенос, — начал он, — Мы вели переговоры с весьма… своеобразной расой. Ксеносы известны своей склонностью к провокациям, они буквально испытывают на прочность каждого, с кем имеют дело.

Он сделал еще один глоток кофе, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на боль.

— Они давили на меня, цеплялись к каждому слову, искали малейший повод для конфликта… — продолжил Киран. — Я чувствовал, как внутри меня нарастает напряжение, как терпение истончается, словно ледяная корка под ногами. И в какой-то момент… я просто сорвался. Накричал на них, сказал то, что не должен был говорить дипломат. Чудом удалось замять конфликт, но… это был первый звоночек.

Киран отставил чашку и потер лоб рукой.

— Понимаете, — продолжил он тихо, — вся моя жизнь расписана по пунктам. Я должен быть собранным, контролировать каждую эмоцию, каждый жест. Даже… женитьба — и та по расчету. У меня есть невеста, выбранная моей семьей. Мы с ней… вежливы друг с другом, не более.

— А я… я всегда хотел любви, настоящей, искренней,… Но в моем мире такое… не принято. И вот эта постоянная борьба с собой, с этими навязанными правилами… она и разрушает меня изнутри. На Ксеносе я сорвался еще и потому, что они постоянно намекали на мой брак по расчету, на отсутствие любви в моей жизни. Это было… как соль на рану. — Он горько усмехнулся.

Я слушала его внимательно, стараясь понять его боль. История Кирана была историей человека, запертого в золотой клетке.

— Киран, — сказала я, после непродолжительного молчания, — боюсь, в вашей ситуации есть только один выход. Вам нужно сменить сферу деятельности. Найти то, где вы сможете быть самим собой, где не придется постоянно контролировать каждую эмоцию. И… научиться медленно, терять контроль. В безопасной обстановке, с помощью специалиста.

— Медленно терять контроль? — переспросил он, смотря на меня с недоверием. — Но я не могу себе этого позволить! Это же… опасно.

— Именно поэтому это нужно делать постепенно, под наблюдением, — спокойно ответила я. — Чтобы понять, что потеря контроля — это не всегда катастрофа. Что можно переживать свои эмоции, не боясь последствий. А что касается смены работы… подумайте об этом серьезно. Ваше здоровье важнее любой карьеры.

— Знаете, — задумчиво произнес Киран, — мне недавно предлагали место преподавателя в Академии. Но я отказался. Слишком… спокойно, слишком… предсказуемо. Не для меня.

— А почему бы и нет? — мягко возразила я. — Преподавание — это благородное дело. Вы сможете делиться своими знаниями, помогать другим.… И, возможно, найдете там то самое спокойствие, которого вам так не хватает.