Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Кофейня на краю звёздного неба
Шрифт:

— А как же королевство? Как же правление? — он перевел взгляд на Рейгана, и в его голосе послышалась тревога. — О нет, мой принц, значит, Атраэль тут не из-за конфликта, а потому что ищет тебя. Пойдемте скорее в вашу кофейню, ты обязан мне всё рассказать! Карас поднялся, его движения были резкими и нервными.

Мы отправились с драконом в кофейню. Запах свежемолотого кофе и тёплой выпечки. Карас, сделав большой глоток кофе, приготовленного Рейганом, начал свой рассказ. Голос его был тихим, а в глазах застыл страх. Он рассказывал, как однажды во время штурма неконтролируемо обратился в человека прямо в полёте.

— Благо, подо мной было море, и я успел вернуться в тело дракона — прошептал он, и его лапы судорожно сжались. — Теперь я боюсь вновь вернуться на поле битвы, потому что могу подвести товарищей.

— Подвести кого-то… — я повторила его слова, чувствуя, как в груди сжимается тяжелый ком. — Всё же вы в чём-то правы. Когда ты просто подводишь человека, это не так страшно, как когда ты подводишь сослуживца, которому это может стоить жизни.

— Леди, почему вы такая напряжённая? — спросил дракон, заметив перемену в моем настроении.

— Мне вас жаль. Вы ведь, возможно, никогда больше не сможете летать, — сказала я, и голос мой невольно дрогнул.

— О нет, — Карас глубоко вздохнул, словно пытаясь справиться с душащей его тоской. — Я смогу когда-нибудь, но для этого мне предстоит большой путь реабилитации. А я не знаю, хочу ли этого, хочу ли снова возвращаться на поле битвы. — В его голосе слышалась не только боль, но и горькая решимость.

— Тогда не возвращайтесь. Погостите у нас. У нас тут, конечно, лёгкий дурдом временами, но так-то весело! — предложила я, искренне желая помочь этому несчастному дракону.

Карас задумался, его взгляд стал отсутствующим. Потом он кивнул.

— Хорошо, — сказал он, и в его голосе впервые за весь вечер послышались нотки надежды. — Я принимаю ваше предложение. Рейган улыбнулся, облегчённо вздохнув. Он, наверное, был рад, что его учитель будет с ними.

Карас вернулся спустя час. Рейган проводил своего наставника наверх, а я, покормив наш маленький зверинец — Флинта, Азраила и сову — решила, что пока они предаются ностальгии, лучше посидеть в саду. Тишина вечера, прерываемая лишь стрекотом сверчков, действовала умиротворяюще. Аромат ночных цветов окутывал мягким, сладковатым облаком. Но уединение продлилось недолго. Уже через час Рейган спустился вниз, чтобы составить нам с Азей компанию.

— Как наш зверинец? — с лёгкой улыбкой спросил Рейган, наблюдая за белоснежной совой, безмятежно дремавшей на изумрудной траве, словно пушистый снежок, забытый весенним солнцем. — Может, стоит выпустить Луну полетать?

— Ей, как видишь, и так неплохо. — Я нежно погладила лисёнка Флинта, который доверчиво свернулся клубочком у меня на коленях, мурлыча от удовольствия. Рыжая шёрстка отливала золотом в лучах закатного солнца. — Они с Флинтом прекрасно ладят, почти как брат с сестрой.

— Ты смотри, какие тихие животные, — Рейган многозначительно посмотрел на кота, искоса наблюдающего за нами из-под полуприкрытых век. — Не то, что наш Азраил. Давай, если выбор будет, мы Азраила отдадим, а их оставим.

Кот на эти слова лишь презрительно фыркнул, взмахнув пушистым хвостом, словно плюмажем, и с оскорблённым видом гордо прошествовал к качелям, всем своим видом выражая презрение к подобной несправедливости. Он грациозно уселся на доску, покачиваясь с аристократической невозмутимостью. Мы с Рейганом переглянулись и тихо рассмеялись, наслаждаясь забавной кошачьей обидой. В эту минуту сидя на скамейке в уютном саду, наблюдая за людьми, прогуливающимися по вечернему городу, утопающему в мягком свете фонарей. Воздух был наполнен ароматом цветущей липы и свежескошенной травы. Вокруг царили тишина и покой, но мои мысли были далеко отсюда, всё ещё занятые недавним разговором с Карасом. Тревога, словно колючий клубок, сжимала сердце.

— Рей, — начала я, немного помедлив, подбирая слова. Голос мой слегка дрожал. — Почему он назвал тебя Арейлианом? И что он имел в виду, говоря о коронации? Ведь Армаил говорил, что ты младший принц.

Рейган тяжело вздохнул, откинувшись на спинку скамейки. Тень легла на его лицо, скрывая выражение глаз. На миг он показался мне таким уставшим, словно нёс на своих плечах непосильную ношу. Молчание затягивалось, наполняясь неопределенностью и предчувствием чего-то важного, грозящего перевернуть всю мою жизнь.

— Что ж, — протянул Рейган, с лёгкой самоиронией в голосе, — раз уж у нас всё равно пока поживёт мой, так сказать, учитель, то самое время рассказать тебе одну замечательную сказку. Илеренд, — он сделал паузу, словно смакуя слово, — огромное королевство, которым правил мудрый король Эриталь… хотя, наверное, «правил» — уже не совсем верное слово. В общем, пришло время, и он решил передать бразды правления старшему сыну. А старший у нас… кто бы ты думала? Арейлиан. То есть я. Вот такая неожиданность, правда? — Он усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень. — Но я, если честно, не горел желанием править. Меня, знаешь ли, пугала эта ответственность. Вся эта власть, интриги… брр. И мой брат, Атраэль, предложил мне… хм… альтернативный вариант. Мы ведь погодки, разница всего в год, так почему бы и нет? Я уже подумывал просто сбежать куда подальше, найти какой-нибудь тихий уголок и жить себе спокойно. Но… передумал. Решил, что надо быть ответственным. Была назначена дата коронации. Все готовились к празднику, а я… — Он замолчал, словно не решаясь продолжить. — А Атраэль… он уже, видимо, окончательно вообразил себя королем. Поэтому…

Внезапно воздух пронзил ледяной голос, раздавшийся из темноты, от которого по спине пробежали мурашки.

— Поэтому я договорился с ведьмой Дювалье, чью дочь в свое время отверг наш милый принц, — каждое слово было пропитано ядом и ненавистью, — и она превратила его в лиса!

Голос был полон злобы и торжества, словно говорящий наслаждался произведенным эффектом. Тьма вокруг словно сгустилась, став плотной и давящей. Внутри всё сжалось от предчувствия чего-то нехорошего. Мир вокруг замер, лишь листья шелестели на ветру, словно перешептываясь о чем-то страшном. Вечер перестал быть уютным и мирным, превратившись в сцену из готического романа. Сердце у меня ёкнуло. Страх, холодный и липкий, пробежал по спине. Я невольно вздрогнула и прижалась к Рейгану. Через секунду из тени деревьев вышел тот, кто произнёс эти слова — высокий мужчина с белыми, как у Рейгана, волосами. Только если у Рея они были средней длины, то у этого незнакомца — длинные, почти до плеч. Золотистые глаза мужчины горели ненавистью, устремленной на Рейгана.

— Здравствуй, брат, — произнес Атраэль, и в его голосе, сладком, как яд, звучала издевательская улыбка. — Я скучал. — Он перевел взгляд на меня, и его губы скривились в подобии поклона. — Леди, — обратился он ко мне с наигранной учтивостью, — я думаю, не стоит представляться. Вы явно обо мне наслышаны.

С ловкостью хищника он перемахнул через невысокий кованый заборчик, отделявший сад от улицы, и неспешно направился к нам. Каждый его шаг, каждое движение излучало угрозу, словно он был пантерой, готовящейся к прыжку. На нем был безупречно скроенный черный костюм, который еще больше подчеркивал его бледность и холодный блеск серых глаз.

— А я так надеялся, что ты сдох в своём лисьем обличье, — процедил Рейган сквозь зубы, и в его голосе, низком и хриплом, вибрировала сдерживаемая ярость. — Но когда все начали твердить, что ты жив, да ещё и при невесте… — Он горько усмехнулся. — Мне стало, знаешь ли, весело. Очень весело.

Воздух загустел, пропитанный ненавистью, словно грозовая туча перед бурей. Тишина повисла тяжелая и давящая, предвещая неминуемый взрыв. Мир вокруг словно сузился до границ этого маленького сада, став ареной для грядущего столкновения. Листья на деревьях замерли, перестав шелестеть, а аромат липы вдруг показался приторным и удушливым. — Чувствую, тебя до коронации так и не допустили, — с горечью произнес Рейган, сжимая кулаки. — Вот только при чём тут я? Чем ты недоволен, Ал? Я отдал тебе трон, отдал корону! Чего тебе ещё надо? Ведь все даже поверили, что тебе стоит править. В голосе Рейгана слышалась обида и непонимание. Он искренне не мог понять мотивов брата.

Поделиться с друзьями: