Чтение онлайн

*

– Кирилл, зачем мы им?

Он помедлил с ответом.

– Говори как есть, - поторопили его.

Смелая какая. И папу уже не вспоминает.

– Ну, очевидно, причина в том...
– начал он размеренно.
– Что за живых пленников рассчитывают что-то получить. Мы - предмет торга.

– Деньги?

– Это самое простое. Но не единственное.

Катя молчала и размышляла.

– А мы точно... ликвидный товар?

Теперь молчал он.

– Ну ты-то - наверняка, - продолжил женский голос.
– Речь идет о... о каких-то политических сделках? У тебя неприкосновенность, да? Поэтому ты такой спокойный? Просто ждешь, когда тебя... освободят?

– Если бы все было так просто, - вздохнул Кир.

– Понимаю - непросто, - и ее голос звучал тоже вдруг жестко.
– А я? На кой черт им я? Я простой врач Красного креста, что за меня можно получить?

– Ну, возможно....
– Кирилл так и не смог найти ответ на ее вопрос, хотя уже думал об этом. Зачем они притащили девчонку сюда.

– Меня убьют, - отчеканила она.
– Это вопрос времени.

– Хотели - убили бы сразу, - это действительно был аргумент. Не очень добрый, но зато логически обоснованный.

– Не успели, - неожиданно всхлипнула девушка.

– Катя...
– он нащупал ее ладонь и попробовал притянуть к себе, но она вырвала руку. А потом вдруг сама прижалась. Молчала и дрожала.
– Кать, успокойся. Просто так они ничего не делают. Если оставили в живых...
– Кирилл наморщился, выругав себя за то, что не может подобрать слова. Но его перебили.

– Не миндальничай со мной, мальчик из посольства. Я видела детские трупы. И взрослые тоже. Я ни черта не трепетная фея.

– И хорошо, - движением, которое стало вдруг привычным, Кир обнял девушку и прижал к себе. Хорошая ведь девчонка, с характером, крепкая.
– Феи тут не выживут. Слушай, Кать, а у вас семья может денег собрать... ну, значительную сумму? Они просто ребята конкретные, и деньги очень любят. Я понимаю про врача и Красный крест, но зачем-то же они...

Ее плечи вздрогнули. То, что это смех, Кир понял не сразу. И смех этот ему не понравился.

– За меня могут заплатить, - странно, но голос ее звучал спокойно.
– У меня папа... довольно состоятельный человек. Если надо - может собрать значительную сумму. Откуда вот только... Я не хвасталась...
– помолчала и добавила тихо: - Но и не скрывала...
– а потом снова в полный голос: - Думаешь, в этом дело?

– Возможно, Кать, вполне возможно.

Послание второе. Вот что, ребята. Пулемёт я вам не дам.

Она утверждала, что прошло уже пять дней, он - что не более двух.

Время для Катерины Тихомировой тянулось бесконечно. А ее тянуло к Кириллу. Физически. Прижаться или хотя бы держать за руку. Причину она от себя скрывать не стала. Ей было страшно. И чем дальше - тем страшнее. И Кате казалось, что когда она его касается - ничего плохого, по-настоящему плохого с ней не случится.

А он терпел. Не отодвигался, обнимал, гладил по голове. Уже минимум два дня этот человек был ее миром. И об этом человеке Катя почти ничего не знала.

– Кирилл, опиши себя.

– Ответная любезность будет?

– Да.

– Ок. Ну, я... обыкновенный.

– Кир!

– Ну правда, обыкновенный. Ничем не примечательный. Две руки, две ноги, голова. На голове глаза, нос, рот.

– Ладно, я поняла. Начнем сбор анамнеза. Рост?

– Сто восемьдесят восемь.

– Ого, большой мальчик.

– Не маленький, - согласился Кир.

– Вес?

– Семьдесят четыре.

– Кирюша, у тебя дистрофия! Ты плохо питаешься!

– Перестань!
– простонал он.
– Страданиями на тему, что Кирюша плохо кушает и совсем худой, отравлено все мое детство!

– Мясо на костях вроде есть, - Катины пальцы попробовали охватить бицепс.
– Впечатление изможденного не производишь.

– Я и не изможденный, - он легко похлопал ее по руке.
– Порода такая. Московская борзая, - Катя рассмеялась, а Кирилл продолжил: - Версий про паразитов я тоже наслушался, но, увы - анализы все отрицательные.

– Это и к лучшему! Ладно, поехали дальше. Цвет волос?

– Обыкновенный.

– КИРИЛЛ!!!

– Ну правда обыкновенный, - принялся оправдываться он.
– Кать, я вообще не мастер художественных описаний.

– Черные волосы?
– Катерина и не думала сдаваться, более того, в ней проснулся спортивный азарт.

– Нет.

– Светлые?

– Нет.

– Рыжий что ли?!

– Нет.

– А какой?!

– Обыкновенный! Не знаю... как это называют. Русый, наверное. Или шатен. Ну такой... серый вперемежку со светло-коричневым. Ой, я не знаю, как это называется.

Катя рассмеялась. Он странный. Но иногда забавный. Человек, за которого она держится. Благодаря которому еще не сошла с ума.

– Глаза тоже обыкновенные, надо полагать?

– Точно, - самодовольно ответил Кир.
– И их два!

– Гениально. Голубые?
– внезапным озарением.

– Типа того. Светлые какие-то. То ли голубые, то ли серые.

– Ну хоть какая-то ясность. Особые приметы есть?

– А как же!
– с непонятным весельем пошел на сотрудничество со следствием Кир.
– Обязательно имеются. Как у всякого порядочного рецидивиста.

– Ну и...?
– поторопила его Катя.

– Я лопоухий!

– Врешь!
– теперь она уже хохотала.

– Можешь сама убедиться.

Она ощупала его голову, добралась до ушей.

– Да вроде не сильно торчат...

– Торчат, торчат!
– закивал Кир.
– А еще у меня сломанный нос, но его удачно вправили, заметно только на снимке рентгеновском.

– Ну до таких степеней знакомства, как рентгеновские снимки, мы пока не дошли, - улыбнулась в темноте Катя.
– Родинки, тату?

– Родинка на спине под левой лопаткой, тату дипломатам иметь не положено.

– Ого, - пока Катя переваривала полученную информацию, Кир перехватил инициативу в допросе.

– А ты блондинка.

– Да.

– Глаза голубые.

– Да.

– Рост выше среднего.

– Сто семьдесят четыре. Мне можно ничего себе не рассказывать, ты и так все знаешь, да?

– Ты не ответила на главный вопрос. Интуиция подвела меня или нет? Ты красивая?

– Это не мне судить.

– Катя, ты кокетничаешь!

– Да?
– она даже отодвинулась от него.
– То есть, ты считаешь, что тут самое место для того, чтобы кокетничать с человеком, которого даже не видишь? Зато...
– с внезапным румянцем, - прекрасно слышишь.