Чтение онлайн

И я так счастлива за него, несмотря на то, что мне кажется, что это не так. Я плачу, потому что знаю, что это его мечта.

Но мне также хочется рыдать, потому что меня нет рядом с ним, чтобы разделить его счастье. В течение двух лет я выворачивала себя наизнанку ради Пакстона Шоу. Я узнала о нем, поклонялась его телу, обнажила перед ним все свои эмоции и нервы. А он даже не мог вспомнить мою фамилию.

Я сломалась, по моим щекам потекли мучительные слезы за все то время, которое я потеряла. За все то, чем мы никогда не станем.

Я никогда не буду сидеть с ним перед телекамерами, прыгая от радости вместе с его семьей от его достижений. Никогда не буду грызть ногти в секции жен и подруг на его первой профессиональной игре. И никогда не буду держать его за руку после проигрыша.

Я бы никогда не надела его кольцо, не нарядила бы наших детей в его футболку с его номером.

Эти вещи были тяжелы для меня... но я отдала всю себя ему. И свою любовь. Я ничего не могла с собой поделать: как только вы встретили Пакстона Шоу и вступили с ним в интимную связь, это должно было стать неизбежным. У него была такая личность... такая, что в него влюблялись луна и звезды, даже если они могли видеть его только в темноте ночи.

Он ушел и не собирался возвращаться.

И в тот момент я поклялась никогда больше не произносить его имя.

Поклялась забыть о нем и закрыть свое сердце, чтобы это никогда не повторилось.

ГЛАВА 24

ДЕМИ

Солнце садится над моим задним двором, бокал вина, который я налила, собирает конденсат в душной, странно влажной осенней ночи. Я слежу за ним пальцем, размышляя, когда поднимаю бокал и делаю глоток.

Майя шевелится от звука пролетевшего в небе гуся, но тут же ложится обратно, слишком ленивая и усталая, чтобы интересоваться этим вопросом.

Возможно, я и расслабилась, передо мной на столике во внутреннем дворике лежит толстый роман в твердом переплете, но мои голова и сердце сейчас далеки от этого. Я перечитывала одну и ту же строчку снова и снова, почти пятнадцать раз, прежде чем со вздохом отложить ее.

С Пакстоном все становилось серьезным, и я была смертельно напугана.

То, как он представился моим парнем. Встретил моих родителей. Остался на ночь. Был внутри меня как мысленно, так и физически. Все это было слишком.

Я крутилась по спирали и не знала, в какую сторону повернуть или думать. Поэтому прибегла к самосохранению, уклоняясь от его звонков и избегая встреч с ним в течение недели.

Пакстон подбирался слишком близко, и я чувствовала, как у меня накаляются нервы. Я чувствовала, как каждый инстинкт внутри меня приходит в действие, создавая армию беспокойства и саморазрушения против него и себя. Я не могла объяснить ему это, не хотела взъерошивать перья или прекращать то, что у нас происходило. В прошлый раз он оставил меня, не сказав даже «до встречи», и я была опустошена больше, чем хотела признать.

И вот так я стала той же самой дурочкой, которую он два года возил за собой в колледже. Я хотела и не хотела его одновременно. Я была влюблена в него, безумно и слепо, но также знала, как необратимо могу пострадать, если признаюсь ему в этом. Я хотела, чтобы мы были вместе, но годы его отказов ранили меня так глубоко, что мне до сих пор не выкарабкаться из ямы.

Пакс нанес мне вред за все эти годы, и я все еще не была уверена, что он это понимает. И пока не разберусь с этим, то не буду уверена, что смогу пережить это с ним.

Но пока что, вместо того чтобы вести себя, как большая девочка, и противостоять ему, я пряталась на заднем дворе или в офисе. Придумывала отговорки, чтобы не ходить на свидания, симулировала головную боль и задерживалась на работе, чтобы избежать встречи с ним. Мое тело жаждало Пакстона, но мозг бил тревогу. Поэтому я держалась подальше.

Сделав еще один глоток «Рислинга», я беру телефон и звоню единственному человеку, который, как я знала, даст мне прямой ответ.

– Привет, милые щечки.
– Челс берет трубку на втором звонке.

– Что ты делаешь?
– Я закидываю ноги на пустой стул рядом со мной.

– Смотрю повторы «Декстера» в своей квартире с пачкой Орео.
– Челс не была бы собой, если не говорила бы то, что она думает.

– Итак, мы действительно работаем над рейтингом пригодности для свиданий.
– Я улыбаюсь, желая жить поближе к своей лучшей подруге.

– Ты знаешь это. Что с тобой?
– Я слышу, как она хрустит Орео.

Вздыхая, я желаю, чтобы она догадалась. Вытянула это из меня. Поэтому произношу знаменитый односложный ответ, который говорит каждая девушка, чтобы дать кому-то понять, что что-то не так:

– Ничего.

И тут же чувствую, как Челс выпрямляется на другом конце провода.

– Деми, что случилось?

Я снова вздыхаю, чувствуя себя лучше от того, что она заговорила об этом.

– Я должна тебе кое-что сказать.

– Ты встречаешься с Пакстоном Шоу.
– Ее тон не злой, но и не радостный.

Тем временем, у меня вот-вот остановится сердце от шока, вызванного ее предложением.

– Что... как ты узнала?

– На некоторых сайтах сплетен в Интернете циркулирует фотография, на которой вы вдвоем на ежегодном гала-концерте. На ней он обозначен как твой парень, а ты - как его девушка.

Я практически задыхаюсь. Сложно смириться с осознанием, что я встречаюсь и сплю с Пакстоном Шоу. Мне нужно было время на загрузку, а теперь об этом знал весь мир? Мой уровень тревоги зашкаливает.

– Почему ты ничего не сказала сразу, как только нашла фотографию?
– Я не хочу, чтобы она расстраивалась из-за меня.

– Потому что ты взрослая женщина, и я подумала, что рано или поздно ты признаешься. Не скажу, что я счастлива, Дем, но знаю, что ты должна сделать свой собственный выбор.

Я знаю, что Челс была подходящим человеком, чтобы позвонить по этой конкретной причине. Челси собиралась быть честной, не по-дружески честной. Не про ту чушь, которую несут друзья, а глубокую, жестокую оценку, которая оставляет тебе единственный ответ или решение, имеющее смысл.

– На этот раз все... по-другому, Челс. Он преследует меня. Дает обещания. Посылает цветы и шоколад каждую неделю. Ухаживает за мной. Он познакомился с моими родителями.

– Знакомство Пакстона Шоу с родителями, это то, что я никогда не думала увидеть. И как это выглядело?