Чтение онлайн

– - О боже... Пакс...
– Ее рука подлетает ко рту, когда она понимает, что это такое.

– - Это точное расположение звезд на ночном небе в тот день, когда я вошел в ваш офис несколько месяцев назад. Я нашел это через компанию, которая делает их к любой дате. Я хотел увековечить эту дату, когда впервые увидел тебя снова и понял, ради чего я боролся все эти годы. И ты сказала мне в ту первую неделю, что все дети, с которыми ты работала, напоминают тебе звезды, которые могут потерять свой блеск здесь, на земле, но они наблюдают за нами сверху. Мне нравится думать, что все эти сгоревшие звезды на небе в тот день привели меня прямо к тебе.

Она поворачивается ко мне, слезы текут по ее щекам.

– - Это самая удивительная вещь, которую мне когда-либо дарили. Пакс...

Деми стремительно движется ко мне, и я ловлю ее, прижимая наши тела друг к другу.

– - Я люблю тебя. Я серьезно.

– - Я тоже тебя люблю, - бормочет она в мой свитер. Отстраняясь, она смеется.
– - Ты сделал меня беспорядочной. Теперь я вся на эмоциях.

– - Поверишь ли, я наполовину надеялся, что смогу заставить тебя плакать? Но только слезы радости?
– Я целую ее мокрые щеки.

– - Да, я бы поверила. Твое обаяние снова превзошло себя.
– Она закатывает глаза.

– - Пойдем, давай снимем с тебя эту куртку. И, может быть, эту одежду.
– Моя кровь нагревается, потому что я слишком долго сидел в машине и мне нужно размять ноги. Или тело. Желательно внутри Деми.

– - Разве твой брат не собирается скоро приехать?
– Она тревожно оглядывается по сторонам.

– - Возможно, но какая разница? Он должен знать, что не надо быть кайфоломом.

И с этим я подхватываю ее на руки и перекидываю через плечо, направляясь к лестнице в спальню моего детства.

– - Пакстон!
– Она шлепает меня по заднице, но я слышу ее смех.

Да, ей определенно будет все равно, если мой брат зайдет к нам в середине горизонтальной хулы.

ГЛАВА 31

ДЕМИ

Быть приглашенной в дом детства Пакстона - все равно, что быть приглашенной в ту часть его жизни, о которой я очень, очень давно хотела узнать.

Этот дом, белый колониальный, с большими дубами по фасаду, с веревочными качелями, привязанными к одной из толстых ветвей, был чем-то похожим на дом из кинофильма. Он был живописным, расположенным на одной из улиц маленького городка у озера, в котором выросли Пакс и его брат.

Фотографии семьи висели на каждой стене, а в гостиной перед уютным камином стояли старые развалившиеся диваны. На протяжении многих лет, когда мы встречались, я хотела узнать как можно больше о семье Шоу. Я хотела быть представленной, слушать рассказы его мамы о Паксе как о маленьком мальчике, приезжать сюда на праздники и стать их частью.

Приезд в этот дом был похож на сокровищницу вопросов без ответов, которые у меня всегда были. Но это была и горькая радость, потому что я оказалась здесь уже после смерти его родителей. Отчасти мне было немного обидно, что Паксу понадобилось столько времени, чтобы понять, кем мы можем быть вместе, потому что он упустил время, а я так и не стала близка с его родителями.

В то же время я знала, что он думает примерно о том же, и не хотела обременять его своим небольшим гневом.

За последние два дня я познакомилась и провела время с Диланом, братом Пакса. Он был тише своего брата, но, как и Пакс, обладал чертовски обаятельным характером. Чем молчаливее он был, тем больше хотелось попытаться заставить его улыбнуться. И если Пакс был блондином, то Дилан был темным, с почти черными волосами и темными, грозовым взглядом.

Сегодня мы все трое провели день на полузамерзшем озере рядом с их домом, и они пытались научить меня ловить рыбу. После получасовых попыток, не получив ни единого клева и не понимая смысла всего этого, я взяла книгу и стала читать. Это было весело, и, хотя мы мало говорили, это было общение, которое равнялось сближению.

А теперь мы были внутри, в гостиной пылал огонь, а мы с Паксом убирали посуду после ужина.

– - Дилану действительно не нужно было останавливаться в отеле.
– Мне было жаль, что он ушел, оставив нас с Паксом наедине.

Хотя это было даже приятно представлять, что было бы, если бы мы жили в этом большом доме, наполнили его детьми, состарились вместе...

Голос Пакса вырвает меня из моих грез.

– - Он счастлив сделать это, детка... честно говоря, я думаю, что он встречается с одним из наших старых школьных друзей, который все еще живет здесь, и ему захотелось уединиться.

– - Он часто ходит на свидания?
– Мне интересно, была ли у Дилана та же история с женщинами, что и у его брата.

Пакс пожимает плечами.

– - Честно говоря, мы никогда особо не говорили о девушках, не знаю, почему. Хотя раньше он говорил мне, что ты ему очень нравишься. И что, если я когда-нибудь что-то испорчу, он сам отрежет мне яйца. Так что, спасибо, думаю, ты нравишься моему брату больше, чем я.

– - Как и должно быть.
– Я подмигиваю, протирая миску.

Пакс вытирает руки, мыльная пена стекает в раковину, когда он передает мне последнее столовое серебро для просушки. Я настояла на уборке по старинке, что-то в этом казалось правильным в этой снежной, домашней обстановке.

– - Думаю, нам пора заканчивать с мытьем посуды.
– Он обнимает меня сзади, его руки обвиваются вокруг моей талии, а пальцы тянутся к поясу моих леггинсов.

– - Ты неисправим.
– Я смеюсь, потому что за последние два дня, когда мы не были с Диланом, мы только и делали, что занимались любовью.

Не то чтобы я жаловалась, но снова быть близкими с Паксом - это как кусать шоколадное мороженое после восьмилетнего отказа от него.

– - И? Что ты хочешь сказать? Прими это как комплимент, что я не могу насытиться тобой. Ты сводишь меня с ума, Деми.
– Он рычит мне в шею, его зубы впиваются в мягкую кожу.

Я не могу сдержать стон, вырвавшийся с моих губ, и откладываю последний кухонный предмет, прежде чем что-нибудь сломать.

– - Как ты хочешь меня?
– Я хочу услышать от него подробное описание каждой грязной вещи, которую он собирается сделать. Пакс всегда был особенно искусен в грязных разговорах.

И сегодня я не хочу медленного и чувственного.

– - А как ты хочешь меня?
– Он разворачивает меня.

Я делаю паузу, размышляя, могу ли открыть то, о чем так долго мечтала. У меня никогда не хватало смелости попробовать это с кем-то еще... и я не уверена, почему. Не знаю, почему я так стеснялась секса, кроме как с Паксом. Может быть, он просто пробуждает ту часть меня, которая чувствует себя комфортно, выражая то, что меня заводит.

– - Ну, есть одна фантазия, или на самом деле мы уже сделали это, о которой я думала много раз за эти годы.
– Вздыхаю, когда его губы касаются моей шеи, а я плотнее обхватываю ногами его талию.

Холодный край прилавка просачивается сквозь мои леггинсы, и это потрясающий контраст с тем, как абсолютно горит мое естество.

– - И что это?

Я краснею, даже если он этого не видит, потому что мысли о наших молодых годах заставляют меня сходить с ума от вожделения. Мы были животными, нас всегда тянуло друг к другу.