Чтение онлайн

–  Рост - дело второстепенное,- говорит он.- Главное, чтобы кандидат во вратари был бойцом, а не трусом. Чтобы после каждого пропущенного гола он злился только на себя, а не обвинял других.

Это очень верное замечание. Ничто не может заменить голкиперу характер. Надо с первых шагов на льду воспитывать себя. Дисциплина, умение всегда контролировать свои поступки должны быть в крови у спортсмена. Скольких талантливых ребят, способных стать звездами мирового класса, сгубили расхлябанность, отсутствие «тормозов», нежелание строго соблюдать спортивный режим. Конечно, выкурить одну сигарету или выпить одну рюмку вина-это еще не значит стать хуже, но беда в том, что за одной поблажкой почти обязательно следует другая, третья и все заканчивается худо. Спорт напрочь исключает алкоголь и курение.

Несколько слов о психологической настройке на игру. Сразу замечу: дело это настолько сугубо индивидуальное, что от советов я здесь воздержусь. Каждый вратарь психологически готовится к матчам по-своему. Виктор Коноваленко мог часами раскладывать пасьянс. Александр Сидельников из команды «Крылья Советов» никаких заметных приготовлений не делает и внешне остается совершенно невозмутимым. Я слышал, что знаменитый канадский голкипер Гленн Холл с целью привести себя в надлежащее состояние незадолго до матча начинал последними словами ругать хоккей, свою вратарскую долю, соперников, партнеров, зрителей-словом, все и всех на свете. Так он снимал неизбежное напряжение и на льду появлялся уравновешенным.

Я же обычно замыкаюсь, ухожу в себя. В день матча я думаю только об игре. Ни о чем постороннем. Только об игре. Я твержу себе: «Ты обязан не подвести команду». И напоминаю себе: с тебя спрос особый, ты - вратарь, ты не имеешь права ошибаться. Днем я стараюсь уснуть. Нервы должны быть в полном порядке. Я становлюсь молчаливым: не расплескать бы в пустых разговорах весь «настрой. Скоро матч. Вместе со всеми выпиваю черный кофе. Окружающее-то, что не относится к предстоящей игре,- окончательно перестает для меня существовать.

Когда я иду из раздевалки на лед, то никого не замечаю и никогда ни с кем не здороваюсь. Многих это обижает: вот, мол, Третьяк, словно слепой,- знакомых не видит, друзей не узнает. Другие - люди как люди. Вот Мальцев шагает - вроде бы замкнутый и даже угрюмый. А с разных сторон к нему несется: «Здравствуй, Саша!» И суровое лицо смягчается: «Приветик!» Якушев озабочен, но вежлив: «Здравствуйте, здравствуйте!» Девушки машут Васильеву руками, и Валера улыбается им во всю ширь. А Третьяк, мол, шагает себе, храня под маской неприступное молчание - бездушная машина, да и только… Да, бессмысленно обращаться ко мне в эти минуты. Не отвечу, пройду мимо. Может быть, только еще ниже опущу голову и прибавлю шаг. И не надо обижаться на меня. Я уже весь на льду, в гуще хоккейной борьбы… А поздороваемся и поговорим после матча.

То, о чем я рассказываю, не имеет ничего общего с суеверием или просто бездумной привычкой. Настраиваясь на игру, я отнюдь не даю отдых своему мозгу. Напротив, я усиленно думаю о том, как сыграть лучше, взвешиваю сильные и слабые стороны соперника, составляю план своих действий. Помните, еще Тарасов учил меня этому.

–  Вратарь должен уметь выиграть матч,- говорил он.- Ты понимаешь, что это значит? Научись быстро и точно анализировать соперника. Он еще сам толком не решил, куда будет бросать шайбу, а ты уже должен знать, где и как ее перехватить. Запомни,- твердил Тарасов,- без интуиции не быть тебе хорошим вратарем. А интуиция сама собой не приходит. Надо думать и думать.

Однажды на одном из занятий в институте педагог попросил меня ответить на ряд вопросов, касающихся психологических проблем спортивной подготовки. Наша беседа была записана на магнитофон. Полагая, что она представляет интерес, некоторые фрагменты из этого диалога я включил в книгу.

Психолог. Как вам удается в течение всех 60 минут матча удерживать определенную интенсивность внимания?

Третьяк. Кроме различных технических приемов, я использую самовнушение, все время стимулирую свое внимание. Я говорю себе: «Внимательнее», «не отвлекайся», «а вот сейчас отдохни, расслабь плечи», «обрати внимание на свое лицо - лоб не хмурится, гладкий», «я чувствую легкость, свежесть, дышу глубоко». В зависимости от ситуаций я говорю себе это.

Перед игрой я себе внушаю: «Ты должен стоять хорошо», «нельзя пропускать шайбы». Я одинаково серьезно готовлюсь к любому матчу, с любым соперником. Жаль, не все наши игроки сознательно владеют методами психорегулирующей тренировки - это очень важно сегодня.

Психолог. На чемпионате мира 1974 года в игре с командой ЧССР вы пропустили шесть шайб…

Третьяк. Семь. А мог пропустить и семнадцать. Почему так произошло? Да потому, что психологически к этой встрече команда готовилась неправильно. Перед игрой и тренеры, и журналисты нам говорили: у нас только один матч на этом чемпионате- с ЧССР, и вы должны его выиграть. Только чехословацкая команда, и только она! Нас просто запугали этим предстоящим матчем. Это называется «накачка». Мы проиграли встречу еще до выхода на лед. Боялись самих себя. Страх поборол нашу уверенность. Игроки с самого начала стали ошибаться, вот и посыпались голы.

У меня привычка: когда шайба в нашей зоне у своего игрока, я спокоен, мышцы расслаблены, я отдыхаю - не могу же я все время быть на пределе,- а в том матче наши игроки в своей зоне беспрерывно теряли шайбу, «дарили» ее соперникам, и «включаться» я, конечно, не успевал. Из семи шайб четыре или пять мы им просто подарили.

Психолог. Что вы понимаете под быстротой мобилизаций, в чем она заключается? Направлено ли ваше сознание на себя, внутрь, или вы следите за тактикой нападающих?

Третьяк. Я стараюсь все время удерживать нить игры, даже успеваю оценивать действия своих партнеров: этот хорошо сыграл, этот плохо, тому следует дать пас туда… Все время как-то моделирую ход матча. Очень важно взять себя в руки после того, как соперник забил шайбу или две шайбы подряд, то есть нанес ощутимый психологический удар. Я себя заставляю не думать, почему это произошло (анализ потом, по видеозаписи), а сейчас необходимо быстро собраться, внушить себе: «Ничего не случилось, я стою хорошо»…

Должность вратаря очень ответственна. Бывает, что мы крупно ведем в счете и нападающие могут позволить себе расслабиться, сделать небрежный пас… Вратарь на это права не имеет.

Психолог. А если в момент неудачи вам делают замечание со стороны?

Третьяк. Это только усугубляет отрицательные эмоции, начинаешь раздражаться и, как следствие, можешь допустить новые ошибки.

Психолог. Что происходит с вами, когда меняются составы? Какие мысли у вас возникают? Как это влияет на ваши эмоции?

Третьяк. Безусловно, смена игроков влияет на настроение вратаря. Вот наша первая тройка. Когда она на льду, я спокоен. Когда же выходит молодежь, я чувствую: эти могут ошибиться, я им стараюсь подсказывать. Волнение, конечно, больше.

Психолог. То есть вы прогнозируете ситуацию с поправкой на отрицательный исход и дополнительно мобилизуетесь?…

Третьяк. Да.

Психолог. А не мешают ли ваши указания игрокам?