Чтение онлайн

– Двести дней? – изумился наследник Гиены. – Это же больше половины года…! Я не могу столько ждать!

– Твой поход уже длится одну половину года, подожди и другую, – усмехнулся Архонт мёртвыми губами, и резко обернулся, разбрызгав кровь Хафиза по песку. – Я же знаю твоё будущее, Шакал, – ты достигнешь северных земель рано или поздно. Но только если ты попытаешься обогнуть мои врата – через Пустыню шаманов или через Дохлые скалы, – то достигнешь ты их в постылом одиночестве, и в безумии.

Шакал всё стоял, будто надгробный памятник самому себе, посреди пустыни. То, что он разговаривал с духом, его уже больше не страшило. Грядущие полгода ожидания – вот отчего сжалось сердце сына султана.

– А теперь я пойду. Я тебе всё сказал. Всё, чего тебе хватит и на славу и на погибель. А мне пора.

– И какие такие важные дела могут быть у древнего призрака в безлюдных горах? – огрызнулся Шакал, вздёрнув руками.

– Никакие, – спокойно ответил Архонт. – Но ничто важнее, чем ты, чем твоя мать, твой отец и твой Шайтан.

Обезвоженный труп Хафиза снова рухнул в песок, только уже совсем бесшумно, словно куча пыльного тряпья, развевающегося под порывом внезапного суховея.

Шакал, уперев руки в боки и перекачиваясь с носка на пятку, постоял некоторое время над трухлявым трупом в пространном размышлении. Впереди – смерть, позади – позор, думал он. И полгода ожидания посреди непригодной для жизни пустыни в окружении сорока тысяч воинов, которые уже успели устать от похода, хотя его основная часть ещё даже не начата. Надо ждать. Но ждать шесть месяцев прямо здесь невозможно. Придётся идти в степи и леса Тартарии, к диким кочевым варварам этих земель, где есть хотя бы трава для лошадей, и вода, и пропитание и всё остальное…

У Шакала загудела голова, что на такой жаре и немудрено. Хоть и был он сам с юга, но всё-таки в султанском дворце повсюду фонтаны и напитки со льдом из подвалов его отца. А ещё к тому же там были наложницы, что всегда снимут напряжение, в то время как те пара десятков дев, что отправились с ним в дорогу, уже на ногах не стоят от обезвоживания, а кто и умер.

И вот внезапно он вынужден отправляться в незапланированный и не нужный поход на восток. Вновь придётся врать своим братьям, и на этот раз, что им обязательно надо обосноваться в Тартарии, прежде чем идти на север. А ведь по Тартарии беспрестанно и хаотично движется кочевой Каганат – опасный и непредсказуемый противник. Потому и опасный, что непредсказуемый. К тому же – всегда противник, без вариантов. С этими дикарями ещё никто не договаривался. А также степи Тартарии граничат с Землями блаженных детей Ра, с которыми Шайтан и так еле добился мира не так давно, после бессмысленной войны, которую в старческом безумии развязал Дикообраз, отец Гиены и дед Шакала. Они только с виду блаженные, питающиеся лишь тем, что растёт из земли, и не имеющие правителя, но вот только разозли их…

С какой стороны ни погляди – всё плохо.

Шакал пнул проклятый, осточертевший ему песок, что заполонял собою всё пространство вокруг, на все стороны света, что был у него перед глазами последние полгода, и отправился в свой шатёр, обдумывать грядущие действия.

– Теперь ты первый советник, – бросил он одному из подбежавшей челяди, что был в жёлтом халате.

Когда наследный принц султаната Шайтана скрылся за пологом шатра его изнурённое войско, все его сорок тысяч названных братьев, облегчённо выдохнули, расстелили ковры на песке и легли в кои-то веки поспать.

Бретон. Кривая башня

Путём предательства ведущие к реке задние ворота бретонского замка оказались ночью не заперты и не охранялись. Толпа людей, человек двадцать, в масках в виде птичьих голов с холодным спокойствием проникла через открытые ворота на территорию.

Ввиду удручающих событий последних месяцев от королевской стражи остались всего дюжины три человек, и вся бретонская твердыня стояла в промёрзлом запустении – королевские покои наверху стали ни чем не лучше тюремных клетей подвала. Минимум охраны и прислуги, пыль, холод, полумрак – некому даже следить за факелами.

В то время как король Вельмир руками, без столовых приборов, отрывал куски от вчерашней курицы в своей опочивальне в Кривой башне, заговорщики не таясь прошли через освещённый двор замка. Они тушили за собою факелы, вырезали охрану ножами, демонстрируя неплохие навыки умерщвления, и стреляли из коротких арбалетов со стальными болтами. Шли молча, в темноте, досконально зная каждый закуток замка.

Когда они достигли тронного зала, миновать который можно разве только взбираясь вверх по стенам снаружи, они всё же случайно запустили магическую защиту крепости, наложенную двенадцатью придворными колдунами короля. По всему замку ядовито-зелёным пламенем вспыхнули факелы, сами собою заперлись двери и ставни окон, опустились решётки в проходах. А вслед по коридорам раздалось лязганье лат – это со своих постаментов сошли зачарованные доспехи и отправились на поиски нарушителей.

Ничуть не удивлённый, король Вельмир отложил трапезу, оттёрся полотенцем и принялся снаряжаться, как будто давно ждал, когда уже придут за ним. Он надел кольчугу, поверх – массивные латы, шлем с забралом и снял со стены меч. Клинок оказался теперь слишком тяжёлым для старого короля, и рука затряслась, когда он замахнулся оружием, чтобы вспомнить его вес.

В это время заговорщики продолжали свой путь по замку – колдовские преграды их почти не задерживали. Казалось, их план сразу предполагал подобное развитие событий. Часть из них взяла на себя ожившие доспехи, которые были в бою не ровня проникшим чужакам, остальные уверенно двигались дальше, снося запершиеся двери шашками с порохом, засовывая фитили в замочные скважины решёток, и даже пользуясь тайными проходами, о которых мало кто знал.

Немногочисленная стража их уже и не трогала, боясь за свою жизнь и надеясь, что колдовство сделает своё дело. Замковые троллики шумно разбегались по всевозможным норам и нычкам. В свою очередь оставшиеся люди-птицы тоже не трогали стражников, если те на них не нападали – молча шли дальше.

Злоумышленники достигли Кривой башни и ринулись вверх по винтовой лестнице. Путь им преградили ожившие доспехи в особенно крепкой шипастой броне. Люди-птицы были уже совсем близко к цели, а потому они быстро и яростно пробились через преграду и продолжили бег к вершине башни. А в это время задержать магических стражей остался лишь человек в маске ворона. Он один на равных вёл бой сразу с пятью окружившими его на узкой лестнице противниками.

Остальные птицы достигли верха башни, снесли взрывом очередную дверь и ворвались, задыхаясь, в венчающий башню зал, в центре которого их дожидался сам правитель Халенгарда. Облачившись в великолепный доспех, старый король и некогда великий воитель, как герой сражавший и великанов и драконов, стал весь одна сплошная глыба металла. Двухметровый силуэт занёс меч в шёлковом полумраке света четырёх лун из окон вокруг, и вдруг стремительно сорвался с места и прыгнул на противников, как будто ничего и не весил. Раздался звук удара мечом плашмя. Полдюжины не успевших отскочить в стороны воинов разлетелись кто куда, опрокидывая собою шкафы и стеллажи, с шумом ударяясь об стены.

Вельмир после прыжка припал на одно колено, и те злодеи, что не попали под удар, окружили его, как мошкара на болоте, и принялись колотить мечами по спине, плечам и голове. Но без толку – король стряхнул их с себя, словно пёс – ту же мошкару. Ударом ноги он отправил в полёт одного из нападавших, тот только чудом не вылетел в окно башни. Другого король схватил за шкирку и швырнул не глядя за спину. Несчастный сделал несколько кульбитов в воздухе и приземлился на массивный обеденный стол, развалив его на куски. Очередной удар с разворота плашмя, и ещё несколько человек покатились в разные стороны.