Чтение онлайн

— А что случилось с желанием потанцевать? — бормочет она, но её грудь быстро поднимается и опускается.

Я обхватываю ладонями её лицо, нежно прижимаясь лбом к ее лбу. В такие моменты, когда мы рядом, занимаем общее пространство, дышим одним воздухом, всё кажется правильным.

— Я хочу только тебя, Луна, — уверяю я её, мои губы рядом с её губами. — Ты ведь знаешь это, не так ли?

Она ничего не отвечает. Этот страх снова давит на меня. Я бы всё отдал, чтобы узнать, о чём она думает. Тем не менее, я остаюсь непоколебимым, прикасаясь своими губами к её самым слабым прикосновением, на какое только способен.

— Если я тебе еще не показал, то покажу. Я позабочусь о том, чтобы у тебя никогда не возникло сомнений.

Взгляд Луны смягчается, когда она прижимает пальцы к моим губам.

— Давай поговорим позже, — говорит она, оглядывая людей вокруг нас.

Она права. Я не должен быть таким беспечным. Я целую кончики её пальцев и прижимаю её руку к своей груди, чтобы она почувствовала, как моё сердце зовет её.

Глаза Луны остекленели, и ей пришлось дважды прочистить горло, прежде чем она смогла заговорить.

— Где твой костюм? — спрашивает она, её взгляд путешествует по всему моему телу.

— Это было для работы. Так я оделся, чтобы потанцевать со своей девушкой.

Слова вырываются сами собой, но я бы не взял их обратно, даже если бы мог. Особенно когда щеки Луны розовеют, когда она проводит пальцами по золотой цепочке, которая висит на мне, рассматривая прикрепленный к ней кулон в виде луны.

— Это напомнило мне о тебе, — говорю я ей, наклоняясь ближе.

Её милое личико сияет, и улыбка, которой она одаривает меня, заставляет моё сердце биться чаще

.

ЛУНА

Моей девушкой.

Генри назвал меня своей девушкой.

Я улыбаюсь и не могу остановиться. Я буквально дрожу от желания…Всё, чего я хочу сделать, это прыгнуть в его объятия, прижаться к нему всем телом и зацеловать его до потери сознания. Может быть, он тоже этого хочет, потому что, когда я облизываю губы, в его глазах вспыхивает желание.

Генри подходит ближе, прижимая меня спиной к стене, принося с собой свой жар и опьяняющий аромат. От этого у меня кружится голова, я жажду его ещё больше. Мне нужны его голодные поцелуи, его отчаянные, взрывные прикосновения. Я хочу, чтобы мы не торопились, оставаясь рядом, мы оба пытались отдышаться.

— Моя девочка.

Я чувствую, что парю. Мне нужно, чтобы он прикоснулся ко мне. Если он не прикоснется ко мне в ближайшее время, я взорвусь. Это, или я вскарабкаюсь на него, как по лестнице, не обращая ни малейшего внимания на то, что кто-то увидит. Как будто он может прочитать мои мысли, одна из его рук находит меня. Она перемещается от изгиба моей талии к бедру, затем обратно вверх.

— Ты надела это для меня? — спрашивает он с сексуальной ухмылкой.

Да. Это его любимый цвет, облегающий, и его легко снять.

— Тебе нравится?

— Мне это чертовски нравится, — рычит он мне на ухо. — Ты выглядишь как мечта.

Наши взгляды встречаются. Его рука на моем бедре сжимается сильнее, собственнически, защищая.

— Потанцуешь со мной?

— Да.

Улыбаясь, Генри берет меня за руку, переплетая наши пальцы, пока мы спускаемся по лестнице. Чем ниже мы спускаемся, тем громче становится музыка.

Если я закрою глаза, останемся только мы с Генри. И его прикосновения подобны огню. От этого по моей коже пробегают теплые мурашки, а по телу пробегают горячие спирали блаженства.

Карие глаза не отрываются от меня, наблюдая за каждым моим движением. За покачиванием моих бедер, за тем, как подпрыгивает моя грудь. Я танцую с ним, для него. И когда он просовывает своё бедро мне между ног, я хватаюсь за его широкие плечи. Он притягивает меня ближе, и я трусь об него, нуждаясь в трении, желая большего.

Удовольствие пробегает по моему позвоночнику. Чёрт, мне нужно прикоснуться к нему. Мои пальцы касаются его, дразня этот огромный бугорок через ткань джинсов.

Затем я поворачиваюсь, прижимаясь спиной к его телу, и изгиб моей задницы прижимается к его промежности.

Генри стонет. Я чувствую, как звук проходит через него, через меня.

Мне нравится, как он прижимается ко мне, нравится, как он прижимает меня к себе, положив руку мне на живот. Желание, охватывающее меня, становится почти невыносимым. Горячее дыхание Генри щекочет мне затылок, и я ещё сильнее прижимаюсь к нему.

Пока мы раскачиваемся в такт музыке, его другая рука скользит вниз по изгибу моего бедра. Я тянусь назад, чтобы запустить пальцы в его волосы, и он усиливает хватку, когда низкое рычание срывается с его губ. Когда звучит новая песня, я поворачиваюсь, и мы снова танцуем лицом к лицу. Улыбка, которой он одаривает меня, — воплощение секса и похоти, а его прикосновения соблазнительны и неторопливы.

Когда я поднимаю к нему лицо, его губы касаются моих. Полуприкрытые карие глаза говорят мне всё — о тоске, о желании, бушующем внутри него. Протягивая руку, чтобы коснуться его подбородка, я представляю, как его борода касается самой чувствительной кожи. Мои глаза закрываются. Генри поворачивает лицо, чтобы запечатлеть поцелуй на внутренней стороне моей ладони.

Не в силах больше сопротивляться, я наклоняюсь, и моя улыбка захватывает его губы. Когда он притягивает меня вплотную к себе, его возбужденный член прижимается к моему животу, Генри сдерживает стон, который едва не вырывается наружу. Всё это кажется таким приятным, и на мгновение время останавливается.

Здесь нет музыки, нет света, нет людей. Ничего не существует, кроме нас двоих. Легко раствориться в жадных поцелуях, когда мы оба почти теряем голову от желания. Легко представить его обнаженным и потным, наши тела сплетены вместе. Так легко забыть обо всё другом. Но мы не одни, и я не хочу, чтобы наши фотографии снова появлялись в сети. Я не хочу, чтобы люди приставали к нему с вопросами о нас, обо мне. Прежде чем песня заканчивается, я отстраняюсь.

— Давай убираться отсюда, — говорит он, читая мои мысли.

Когда мы покидаем танцпол, его рука властно ложится мне на поясницу, сбоку от бедра. Мы пользуемся боковым выходом, где нет камер и не допускаются папарацци.

Глава 33

ЛУНА

Как только Генри закрывает за собой входную дверь, я забываю о внешнем мире. Здесь только он и я. Всё, что меня беспокоит, я оставляю снаружи.

Наши взгляды встречаются в тускло освещенной гостиной, и мы застываем во времени. Вот оно, как подсказывает мне время.