Чтение онлайн

Но он не сдается.

— Всё, через что мы прошли, привело нас к этому моменту. Разве ты этого не видишь? — он стоит прямо у меня за спиной, проводя рукой по затылку, я не уверена, что он даже осознает это нервное движение. — Как ещё парень из Лондона мог познакомиться с самой потрясающей девушкой из Лос-Анджелеса?

Теперь на его глазах появляются слезы. Он много думал об этом, и слова просто льются из него потоком.

— Тот факт, что ты написала свой первый роман, по твоей книге сняли фильм… — он ходит взад-вперед, затем останавливается, чтобы снова посмотреть на меня. — Меня не приглашали на прослушивание — это первый раз, когда меня не пригласили на прослушивание. Мне предложили роль по твоей книге! — Генри плачет. — Нам суждено быть здесь, Луна. Вместе.

Всё, что он говорит, звучит так правильно. Но в глубине моего сознания звучит этот ужасный, бессердечный, полный боли голос, от которого я не могу убежать, который я не могу игнорировать. Это напоминает мне, что рано или поздно всё развалится, особенно с таким человеком, как он. Красивый и обожаемый, с бесконечными возможностями встретить кого-то другого. Он уйдет. Однажды он оставит меня. Все так делают.

— Всё, что с нами случилось, — продолжает Генри, подходя и становясь рядом со мной. Его руки поднимаются к моим плечам, как будто он хочет вбить в меня немного здравого смысла. — Это было для того, чтобы мы могли встретиться в этот момент нашей жизни. Как ты можешь отрицать эту правду?

Я не отвечаю, не утруждаю себя каким-либо ответом.

Отступая на шаг, Генри проводит руками по волосам. У меня возникает глупая мысль протянуть руку, чтобы поправить густые пряди, которые он растрепал, но я держу руки по швам.

— Если только… — он поднимает на меня взгляд, нахмурив брови, на его лице появляется страх.

Я видела этот взгляд раньше, когда мы были в самолете, застигнутые грозой, боялись, что разобьемся насмерть.

— Если только я всё неправильно понял, если дело только во мне…

— Это не так, — слова вылетают прежде, чем я успеваю их остановить, и я вижу, как они освещают его красивые черты. Я тут же жалею, что что-то сказала, но мой рот думает сам за себя и продолжает говорить. — Всё…всё в тебе потрясающе.

— Тогда я не понимаю, — признается он, наконец, снова подходя и становясь рядом со мной.

Жар его груди, прижатой к моей, и нерешительность, пробегающая по нему, я чувствую всё это. Он выглядит так, словно хочет протянуть руку, но сдерживается.

— Я не могу. Прости, — бормочу я, чувствуя себя такой же потерянной, какой, уверена, выгляжу.

Когда я поднимаю взгляд, в карих глазах стоит мучительный вопрос.

— Генри…

Мы оба слышим нерешительность в моём голосе, то, как он дрожит, неуверенный. Его руки снова на мне. На моей талии, руках и лице.

— Я не хочу доходить до того момента, когда ты перестанешь это чувствовать.

Это неизбежно. Что-то или кто-то случится, и мечта, которой я считала его, станет кошмаром. Тот, кто преследует меня, тот, кто способен уничтожить меня. Звучит чересчур драматично, но всё это слишком реально. Я уже была в таком состоянии раньше. Тогда я едва выжила. Потеря Генри стала бы для меня концом.

Выражение, которое появляется на его лице, нечитаемо. В нем боль, недоверие, но мои слова доходят до него.

Думаю, теперь до него доходит. Его плечи напряжены. Мне не нравится, как опускаются его губы, или разочарование на его лице. Мне приходится отвести взгляд.

Генри прочищает горло, прежде чем заговорить.

— Итак, из-за того, что может…

— Случиться.

Это произойдет.

— Луна.

Его голос звучит так печально, так невыносимо подавленно.

Чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт! Я ненавижу, как он произносит моё имя. Ненавижу это. Ненавижу, как сильно мне нравится, как оно звучит из его уст.

— Не всё… — начинает он, затем останавливается.

Мы оба долго молчим. Он хочет поспорить со мной, но, должно быть, видит решимость на моем лице. Понимает, что это проигранная битва. Он это знает, и я это знаю.

— Как закончились твои последние отношения? — спрашиваю я, зная, что он не любит говорить об этом.

Генри отпускает меня, почти шокированный тем, что я заговорила об этом. Он пару раз прошелся по комнате, прежде чем сесть на кровать, неуверенность не отпускала его.

Сейчас я смотрю на него, поражаясь тому, как один человек может быть таким болезненно красивым. Я хочу, чтобы всё было по-другому, потому что я не могу перестать думать о том, что он заставляет меня чувствовать — своими словами, руками, губами и телом. Какой он мягкий, какой нежный. И в то же время такой голодный и требовательный. Восхитительный баланс, которого я никогда раньше не испытывала, о существовании которого я даже не подозревала. То, как он видит мир — с открытым оптимизмом, всё ещё веря в присущую миру доброту, — я хотела бы быть больше похожей на него.

— Она думала, что я изменил ей.

Воздух покидает моё тело от его признания. Я едва держусь прямо.

— Ты сделал это? — я настаиваю, потому что сейчас мне нужно знать.

Я читала истории в интернете. Я знаю, что говорят другие люди. Я должна знать, что он хочет сказать.

Генри вздрагивает, как будто я нанесла ему физический удар. Обида, отразившаяся на его лице, почти заставляет меня извиниться, но я прикусываю язык и молчу.

— Нет, я этого не делал, — его голос решителен. Он не терпит возражений.

— Тогда почему…

— Почему она так решила?

Я киваю, и он продолжает.

— Потому что история, полная лжи, была написана для привлечения внимания. Как реклама. Я, блядь, не знаю, Луна!

В этот момент он может возненавидеть меня, и, хотя мне больно, я продолжаю ворошить старую рану. Потому что мне нужно, чтобы он понял.

— Почему она не поверила тебе, когда ты сказал ей правду?

Теперь в его глазах опасность. Как будто он боится взглянуть в лицо реальности. Когда он отвернется от меня, я уверена, он уйдет. Просто встань и выйди. Всё его тело говорит ему бежать, и я хочу, чтобы он прислушался к этому. Я едва держусь.

— Потому что… — он прерывисто вздыхает. — Потому что я никогда не любил её. Я был…одинок. На её месте мог быть кто угодно, — его голос такой слабый. — И…она знала это, — он разочарованно проводит рукой по волосам, по лицу. Наконец, его взгляд снова перемещается на меня. Когда он встает, он выглядит совершенно побежденным. — Она хотела поверить в ложь, чтобы было не так больно.

Он долго стоит там.

— Я сожалею о том, как обошелся с ней.

— Это она пыталась нажиться на твоём имени, верно?