Чтение онлайн

— Я знаю, что вы этого не делали. И мне жаль вашу птицу.

Лена уронила голову на руки и снова заплакала.

— Моя Флоренс была особенной птичкой. Она пела мне вслед, когда я выходила из комнаты. Она давала брать себя в руки, а если чувствовала, что я не уделяю ей достаточно внимания, то нахохливалась. — Лена утерла нос рукавом. — Несколько недель назад она перестала есть и все время спала, поэтому стало ясно, что она заболела, но… — Лена втянула воздух. — Я думаю, Крис убил ее. — Оливия вздрогнула. Слова Лены лились потоком. — После того, как вы ушли, он затащил меня в холл и попытался убедить, что все, что вы говорили, неправда. Я сказала, что он лжет. Это привело его в ярость, и он рассказал мне все. Все, что сделал с вами. Он бросил это мне в лицо. Как будто от этого я должна стать счастлива. Он оправдывался, что, поскольку я не думаю о своей карьере, ему пришлось думать самому.

Оливия села за туалетный столик и потерла глаза.

— Он хотел избавиться от меня, чтобы у вас настал свой великий момент.

— Стать вашей дублершей и так самый важный момент в моей жизни, но он не мог этого понять. Он все говорил и говорил, что это мой шанс и что я должна рассматривать его поступок, как знак сильной любви ко мне.

— Ишь как завернул.

— Я должна была раньше понять что к чему. Он так скрытничал. Я сказала, что ненавижу его. Что разведусь с ним и никогда больше не хочу его видеть. — Лена закусила нижнюю губу. — Я думала, что он меня ударит, но тут вышел Джереми проверить, как я, и выгнал его из здания.

Джереми был громадным басом с бочкообразной грудью, дублером для партии Рамфиса.

— Ваш муж опасен для вас, — заметила Оливия.

— Я знаю. — Лена вцепилась в подлокотник стула. — Когда я встретила его, он был таким очаровательным. Его интересовало все, что я делаю. Никогда еще никто не заботился обо мне так. — Лена подняла глаза. — Через несколько месяцев после нашей свадьбы все начало меняться. Он хотел знать, где я бываю каждую минуту. Все, что я бы ни делала, все ему было не так. Что работаю недостаточно усердно. Я набрала несколько фунтов, и он сказал мне, что я толстая. Начал следить за всем, что я ем. Заставлял меня чувствовать себя глупо. Пояснял, что ему нужно быть со мной строгим, потому что он меня очень любит и желает мне только лучшего. Говорил, что мне повезло выйти замуж за человека, который так заботится обо мне. Но я знала, что это неправда. Как только «Аида» закончится, я собиралась сказать ему, что хочу развода.

— Где он сейчас?

— Понятия не имею.

— Вы не можете вернуться в свою квартиру.

— Я позвонила подруге. Собираюсь пожить пока у нее.

— Пообещайте, что дадите мне знать, если понадобится моя помощь.

— Как вы можете так говорить после того, что произошло?

Оливия улыбнулась ей.

— Мы, сопрано, должны держаться вместе, верно?

От этих слов Лена снова заплакала.

Тад постучал в дверь квартиры Лены Ходяк, а затем отошел в сторону, так, чтобы в глазок можно было увидеть только Пайпер. Дверь распахнулась. Тад оттеснил Пайпер — хотя она заранее предупреждала его этого не делать — и шагнул в дверной проем.

— Кристофер Марсден?

Марсден протер глаза от сна.

— Кто вы? Подождите... Разве вы не...

— Ага. Тад Оуэнс. Близкий друг Оливии Шор.

Кристофер попытался захлопнуть дверью, но Тад помешал. Он рванулся вперед прежде, чем Пайпер успела его остановить, и нанес идеально прицельный удар Марсдену в челюсть, за которым последовал удар в живот, от чего паразит растянулся на полу.

— Эй, это ничему не поможет, — возмутилась Пайпер. — Хотя вполне могу понять.

Войдя в квартиру, она закрыла за ними дверь.

Тад хотел закончить дело, но Пайпер оттеснила его и двинулась на Марсдена.

— У меня к вам несколько вопросов, мистер Марсден. И считаю, будет справедливо предупредить вас, что мой друг вспыльчив и нетерпелив, когда дело касается лжецов, поэтому я советую вам придерживаться правды.

Марсден заскулил. Губа у него кровоточила, и он выглядел так, будто его вот-вот стошнит. Тад отличался луженым желудком и был бы не прочь это увидеть. Пайпер взгромоздила свою маленькую ногу в черном кожаном мотоциклетном ботинке на грудь Марсдена.

— Наверно, нам следует начать с самого начала?

Факты вылезли наружу. Марсден подружился с Деннисом Калленом, мужем Рэйчел, когда их жены вместе приехали в Миннеаполис. От Денниса Марсден узнал, что Оливия с трудом приходила в себя после самоубийства бывшего жениха. Деннис, которому следовало бы научиться держать свой чертов рот на замке, поделился предположением Рэйчел о том, что Оливию травмировало чувство вины за это самоубийство, и ее проблемы с голосом хуже, чем она показывала. Марсдену только того и нужно было, и ему не потребовалось много времени, чтобы придумать план, как воспользоваться чувством вины Оливии. Перспектива, что его жена сможет занять место Оливии и добиться успеха, манила Марсдена, как кота кошачья мята. Он посчитал, что давить на психику Оливии — это небольшой риск, который может обернуться потенциально огромной выгодой для карьеры его жены.

— Лена ничего не может сделать сама! — хныкал, держась за живот, Марсден. — Она счастлива на вторых ролях. Мне все приходится делать самому.

— Ага. — Пайпер пнула его ногой в ботинке, не настолько сильно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы выказать женскую солидарность с его женой. — Давайте начнем с тех записок, которые вы отправили.

И Марсден запел, как когда-то канарейка его жены. Идея пришла ему в голову в качестве эксперимента: посмотреть, сможет ли он давить на мозги Оливии, отправляя ей анонимные письма. После пары разговоров с Болтуном Деннисом он удостоверился, что Оливии, кажется, становится хуже, и это побудило его активизировать усилия с фотографиями, окровавленной футболкой и телефонным звонком, который Оливия получила, когда они с Тадом пошли в поход ef6151. Марсден рассказывал, что стоял за всем этим, вплоть до того момента, когда Пайпер упомянула о взломе гостиничного номера и нападении в Новом Орлеане.

Парень чуть не обмочился.

— Я никогда не был в Новом Орлеане. Клянусь. И не вламывался ни в какой номер отеля!

Он свернулся клубком, опасаясь, что Тад снова на него набросится. Тад с Пайпер переглянулись. Марсден был трусом и задирой — не из тех парней, у которых хватило смелости совершить прямое нападение или похищение в пустыне. Значит, Оливия все еще находилась в опасности.

На следующий день Оливия спала допоздна. Вечером предстоял гала-концерт «Аиды», последнее обязательство перед Маршаном и последнее место, где она хотела оказаться после своего невыразительного выступления. Держать голову высоко и делать вид, что не слышит шепотки за спиной о ее вчерашнем пении, будет утомительно. Кроме разве что... она сможет снова увидеть Тада.

Оливия бы убила его, если бы он привел кого-нибудь с собой.

Он приведет пару. Она это знала. Он не из тех, кто простил бы любой отказ, не отплатив той же монетой.

Ей тоже не помешало бы обзавестись компанией. Оливия мысленно перебирала возможных кандидатов, но не могла вынести мысли провести вечер с кем-то из оперного мира. Могла бы попросить Клинта, но приведи его, Тад подумал бы, что Оливия пытается утереть ему нос во время их разрыва, тогда как все, чего ей хотелось, — это обнять его и еще раз повторить, что она сожалеет. Тад заслужил свое возмездие. Оливия подавит свое негодование, пойдет одна и заставит себя быть очень милой с женщиной, которую Тад почти наверняка приведет с собой. Даже несмотря на то, что Оливию это убьет.

Она старалась сосредоточиться на хорошем. Было бы здорово снова увидеть Анри. Пейсли каким-то образом получила работу своей мечты в качестве личного помощника у одной из «Настоящих домохозяек» (реалити-шоу о жизни богатых домохозяек — Прим. пер.), так что ее не будет, а вот Мариель придет. Слепое стремление Мариель превзойти Анри с самого начала раздражало Оливию. Рекламная кампания стоила дорого, и если она не окупится, Мариель со злорадством спляшет на костях Анри.

Еще Оливии придется поговорить с Деннисом. Ему нужно знать, чего ей стоил его болтливый язык. Она намеревалась оставить этот разговор между ними в секрете, потому что Рэйчел будет раздавлена, если узнает, какую роль в случившемся сыграл ее муж.