Чтение онлайн

«Спать хотелось невыносимо, но на сегодня была назначена последняя примерка. Что ж, после нее можно будет и лечь.

Немного почитав, я спустилась в столовую. Там я застала Оноре, он как раз заканчивал завтракать. Мой брат всегда вставал очень рано и старался побыстрее разделаться с едой, дабы заняться делами. Он говорил, что ему жаль тратить свое время на такие пустые дела, как сон и трапеза. Мол на свете есть вещи и поинтереснее. Думаю, если бы это не было необходимостью, но Оноре вообще бы перестал спать и питаться…

Мой брат, возможно, и удивился моему столь раннему пробуждению, но вида не показал. Лишь заметил, что после завтрака хочет со мной поговорить. Меня эта перспектива не особо обрадовала, так как и без этого всю ночь разговаривала, вела милую беседу с очаровательным вампиром… Но Оноре я отказать не могла, и потому на его слова лишь согласна кивнула. Мы мирно позавтракали, и потом перешли в гостиную. Я устроилась в кресле, мой брат, закурив сигару, выжидательно посмотрел на меня.

– Что случилось, Оноре? – я не смогла чувствовать на себе этот его взгляд. – Ты захотел со мной поговорить, а теперь смотришь на меня так… Что-то произошло?

Оноре как бы очнулся. Рассмеялся.

– А ты сейчас смотришь, как испуганная лань. Ничего не произошло… – он перестал смеяться, стал очень серьезным. – Ладно, будем разговаривать без обиняков. Просто у меня сложилось впечатление, что ты не слишком-то радужно относишься к своему предстоящему замужеству. И мне почему-то кажется, что причина этого кроется в нашем добром знакомом Эстоше…

Я вздрогнула. Неужели Оноре догадался? Не может быть!

– Ты о чем? – я сделала вид, что не поняла его слов.

– Тебе это прекрасно известно, – грустно проговорил мой брат. – Я заметил, какими взглядами вы обменивались, когда думали, что на вас никто не смотрит. Я понял, что ты каждую ночь посещаешь сторожку, точнее – посещала… А как ты переменилась после его отъезда! Это было трудно не заметить. – с болью в голосе закончил Оноре.

В то время, когда он это говорил, у меня возникло желание исчезнуть, испариться… Мне было стыдно за свой обман. Как я осмелилась лгать родному мне человеку? И что мой брат чувствовал, зная о том, что я его обманываю? Мне нет оправдания.

– Прости. – только и смогла сказать я.

– Но мне не за что тебя прощать, – удивленно поднял брови Оноре. – Я тебя вполне понимаю. Даже где-то оправдываю… Тебе просто навязали предстоящее замужество. Ты же молодая и здоровая девушка, вполне естественно, что ты влюбилась в этого лощеного красавца. В Париже все сходили по нему с ума. Возможно, он обладает своеобразным магнетизмом, но он так и притягивает всех к себе. Две девушки – кстати из знатных семей – покончили с жизнью из-за него. В прошлом году эти два самоубийства наделали шума в Париже!.. Эстош умеет очаровывать. У него изысканные манеры, он красив. К тому же граф имеет некоторые странные привычки, которые – хоть и экстравагантны – но все без исключения считают их очень милыми. Он элегантен, обходителен, идеален – одним словом. Но… – Оноре почти перешел на крик, когда закончил: – Но ты моя сестра!

– Но при чем здесь наши родственные узы?

– А притом, моя любимая сестричка, – печально проговорил брат, – что я не желаю, чтобы ты разлюбила жизнь, как те две девушки, поддавшись очарованию его прекрасных глаз. Ты мне слишком дорога, чтобы я смог допустить это.

– Оноре, знай, – произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал убедительно, – мне никогда в голову не придет совершать самоубийство из-за Эстоша. Признаюсь, я была в него влюблена, но это чувство осталось в прошлом. Очарование его глаз исчезло.

– Сомневаюсь, Элиза. Я же не слепой и вижу, как ты страдаешь. Я рад, что этот человек уехал, хоть он мне стал другом. Надеюсь, что граф никогда не вернется. Мне искренне жаль парижских красавиц, но я безумно счастлив от того, что он оставил в покое тебя. Наверняка ты тоже сможешь забыть Эстоша, как он забыл тебя…

– Я уже забыла его!

– Не верю. Если бы это было действительно так, то ты бы так над собой не издевалась. Спала бы по ночам и выглядела счастливой. Твое поведение не соответствует твоим же словам, как сама видишь.

– Думай, что хочешь, – устало сказала я и встала. Мне надоело спорить с Оноре, зная о том, что мой брат тысячу раз прав. Но я не могла признать его правоту, и поэтому поспешила выйти из комнаты.

День был безнадежно испорчен. Меня огорчало, что я поссорилась с братом. Это случилось впервые в жизни и причиной этого был, конечно же, Лестер. Я понимала, что Оноре просто проявляет заботу обо мне. Но – к моему великому стыду! – в глубине моей души начала медленно закипать злость на него. Ведь первопричиной моих страданий был он сам! Он же подружился с графом Эстошем де Фуа и привез того в наш замок. Если бы не это, то я никогда не познакомилась с очаровательным человеком Эстошем, впоследствии оказавшимся жестоким вампиром Лестером…

День прошел ужасно. Закончился же он страшно…

К ужину Оноре не вышел. Я решила, что он обиделся за сегодняшний мой уход. Тем более он меня избегал и в течении всего дня. Я была все еще зла на него, поэтому особо не расстроилась на это показное игнорирование моей персоны. Что ж, если он не желает меня видеть, то и я не буду навязывать ему свое общество. После ужина я поднялась к себе в комнату. В глубине души я посмеивалась над мальчишеским поведением своего брата. Все же он взрослый человек, и не пристало ему вести себя, как обиженному ребенку.

Я уже готовилась наконец-таки лечь спать, как ко мне в комнату вбежал перепуганный слуга.

– Мадемуазель Элиза… – еле слышно выдохнул он.

– Что тебе, Серж? – раздражение слышалось в моем голосе.

– Наш господин… месье Оноре…

– Что случилось? – сейчас я испугалась.

– Он убит. Его нашли на дороге. Разбойники напали на него, а он – видимо – сопротивлялся и…

Слуга продолжал что-то говорить, но я его не слышала. Оглушенная этой ужасной вестью, я бессмысленным взглядом смотрела на него.

– Где он? – очнулась я через несколько минут.

Не знаю, почему я не упала в обморок. Возможно, шок был слишком велик, чтобы можно было спастись от него в спасительном забытье. Боль была настолько сильна, что заглушила собой остальные чувства. Перед глазами было темно, и кожей я ощущала могильный холод. Сердце же готово было разорваться на части