Когда закончится война
Шрифт:
Закатываю глаза и подавляю вздох. Сидела бы я себе в своем углу тихонько - не заметили бы меня. А теперь придется идти пол на чердаке драить. Или, еще что хуже, какие-нибудь мешки с хламом таскать. Как будто мне больше делать нечего...
– Действительно, - оживляется Лиля.
– Катюш, иди помоги бабе Нюте.
Наверно, она еще прибавила про себя: 'Хоть какая-то польза от тебя будет'...
***
– Проходи-ка.
Чувствую, как баба Нюта подтолкнула меня ладонью к дому. Поднимаюсь по ступенькам и толкаю входную дверь. Она со скрипом поворачивается на петлях, пропуская меня внутрь.
– Ну заходи же, что на пороге мнешься?
Тяжело вздыхаю и вхожу в дом. Угораздило же меня попасться под руку этой старушке в тот момент! Теперь придется весь вечер тут торчать.
– Я не задержу тебя надолго, - словно прочитала мои мысли баба Нюта. Хотя, скорее всего, она просто поняла это по выражению моего лица.
Меня снова подталкивают в спину, уже настойчивее. Мы оказываемся в тесном полутемном помещении. В нем несколько дверей, а сбоку к стене прислонена лестница. Понимаю, что это сени.
Старушка открывает какую-то дверь сбоку и переступает через порог, оставляя дверь приоткрытой.
– Подожди меня здесь, - обращается она ко мне, скрываясь в помещении.
Не обратив на ее просьбу никакого внимания, иду следом за старушкой. Оказавшись внутри, с интересом оглядываюсь по сторонам. Эта комнатка больше похожа на чулан. Все, что в ней помещается - это большой сундук в углу, стол и два стула. И в этой каморке совсем отсутствуют окна. Тусклый свет сюда проникает из сеней. В темноте я еле-еле могу различить силуэт старухи в углу.
Она подходит к сундуку и откидывает крышку. Быстро оглядываясь назад и чудом не заметив меня в полумраке комнатки, запускает руку внутрь и что-то ищет. Потом я слышу глухой звук. Это старушка захлопнула крышку.
Выскальзываю наружу, возвращаясь на прежнее место. Интересно, что в этом сундуке? По-видимому, что-то ценное. Иначе как объяснить ее недоверие ко мне? Она определенно не хотела, чтобы я заходила в ту комнату. Любопытство разгорается во мне все сильнее. Сразу же вспоминаются рассказы о бабках, которые с вида - ну просто божий одуванчик, а, стоит только копнуть поглубже, столько тайн скрывают... Я уже собираюсь снова заглянуть в ту комнатку, чтобы унять свое любопытство, но все-таки остаюсь на месте, дожидаясь старушку здесь. Через несколько секунд появляется и сама хозяйка дома.
– На, держи, - протягивает она мне свечу.
Потом подводит меня к лестнице и говорит:
– На чердаке где-то есть старые мешки. Вот они мне и нужны. Все, какие найдешь, спускай вниз. Они пустые, не беспокойся...
Неуверенно гляжу на лестницу. У меня большое подозрение, что она развалится сразу же, как я попытаюсь взобраться по ней на чердак.
– Я бы сама справилась, - произносит вдруг старушка.
– Да спину скрутило. Лестница крепкая, меня всегда выдерживала.
С сомнением гляжу то на лестницу, то на старушку. Баба Нюта очень маленькая и совсем худая. Это один из тех редких случаев, когда кто-то оказывается ростом ниже меня. Но все же буду надеяться, что я не на много тяжелее старушки, и эта хлипкая лестница выдержит и меня.
Со вздохом цепляюсь свободной рукой за стену и ставлю ногу на нижнюю ступеньку. Лестница подо мной заметно пошатнулась, заставив меня еще крепче вцепиться в неровную стену.
– Я держу, - проскрежетала подо мной старушка.
– Поднимайся.
С горем пополам мне удалось добраться до чердака. Проклиная все на свете, пробираюсь сквозь наваленный на полу хлам в поисках этих треклятых мешков. Свет от моей свечи не рассеивает мрак. Я продвигаюсь вперед почти на ощупь. Да к тому же пыль, поднятая мною с пола, лезет мне в нос, что еще больше выводит меня из себя. Я уже на чем свет стоит проклинаю и этот чердак, и саму бабу Нюту со своими мешками. И как я только могла добровольно согласиться на это? В последнее время я все больше и больше себе удивляюсь.
Наконец, я нахожу что-то, отдаленно напоминающее мешок. Хватаю его и, довольная собою, направляюсь к выходу.
– Нашла?
– встречает меня вопросом баба Нюта.
Осторожно спускаюсь с лестницы. Оказавшись на устойчивой поверхности, задуваю свечу и молча протягиваю пыльный мешок старушке.
– И все?
– удивленно спрашивает меня баба Нюта, разворачивая мешок.
– Там больше ничего нет.
Может, там действительно ничего нет. Я же даже не смотрела.
– Странно, - вздыхает старушка, расстроено качая головой.
– Мне помнится, что было много...
Пожимаю плечами, предпочитая не отвечать. В любом случае, больше я туда не полезу.
– Ну, спасибо, - снова вздыхает баба Нюта, забирая у меня свечу.
– Тихону привет.
Старушка ясно дала понять, что мне пора уходить. Она развернулась и ушла, оставив меня одну.
Делаю несколько шагов к выходу, но воспоминание о тайнике заставляет меня остановиться. Возвращаюсь обратно и осторожно заглядываю в комнату, в которой скрылась хозяйка дома.
В сомнении переминаюсь с ноги на ногу, но любопытство в конце концов берет верх. Словно тень, неслышно проскальзываю в каморку и осторожно пробираюсь в тот угол с тайником. Интересно же узнать, что там прячет эта бабулька.
Подхожу к сундуку и пытаюсь поднять крышку. Наконец, она откидывается, и я, в предвкушении увидеть внутри что-то интересное, склоняюсь над сундуком. В следующую секунду меня постигает разочарование. Все, что там есть - это две свечи и мешок с чем-то сыпучим внутри. Наверно, мука или крупа. Вот и все ценности одинокой старушки.
Чтобы не оставить никаких сомнений в том, что это вовсе не тайник, провожу ладонью по внутренней части крышки сундука. Она отделана мягким материалом. И только сейчас я замечаю, что в этой мягкой материи е6сть карман. Запускаю в него руку, и мои пальцы нащупывают что-то узкое и гладкое, похожее на ощупь на фотографию. Вынимаю ее из кармашка и закрываю крышку сундука.
В темноте ничего разглядеть невозможно, а любопытство уже невозможно унять. Покидаю комнатку, приняв решение посмотреть при свете, что же изображено на фотографии, а потом сразу же вернуть. Легко притворяю за собой дверь и уже собираюсь покинуть дом, но меня останавливает мужской голос, гулко отскочивший от стен сеней.
– Кто это тут у нас?
Замираю с поднятой ногой, застигнутая этим вопросом врасплох. Быстро поворачиваю голову в сторону звука и вижу перед собой очень высокого мужчину. В полумраке я не могу различить черт его лица, и вижу только силуэт.
– А где хозяйка?
– не дождавшись от меня ответа на свой первый вопрос, вновь спрашивает меня мужчина.
– Здрасьте, - наконец-то 'отмираю' я и, махнув рукой куда-то в сторону, произношу: - Она там.
Мужчина хмыкает. Проходит мимо меня, задев при этом своим локтем мое плечо. Взявшись за ручку двери, за которой скрылась баба Нюта, он вдруг замирает.
– А что в этой комнате?
– вдруг спрашивает он у меня, кивком головы показывая на дверь каморки, из которой я только что вышла.