Чтение онлайн

— Так ты расскажешь, что вчера произошло?

Помедлив, я встала.

Нет, сейчас мне не до завтраков на диван. Так что, видимо, завтракать — вернее, обедать — придётся в процессе обсуждения проблемы.

— Пойдём на кухню. И Рок позови, — устало произнесла я. — Есть разговор.

Пока брат ходил за баньши, Питер успел заварить чай и соорудить тосты с маслом и с джемом. Так что прежде, чем все уселись за кухонный стол, я всё же успела перекусить — несмотря на то, что кусок с трудом лез в горло.

— И о чём разговор? — спросила Рок, доставая из кармана сигарету, цепко вглядываясь в моё лицо.

— И к чему торжественность с общим сбором? — осведомился Питер, отхлебнув чаю. — Я, конечно, согласен на твою руку и сердце, но, по-моему, просить её полагается мне.

— Ещё бы ты был не согласен, — прокомментировал Эш, — если бы кто-нибудь собирался их отдавать.

Я держала чашку с чаем в двух руках, вцепившись в неё так крепко, словно боялась упасть.

— Вчера ночью, когда мы вернулись, ко мне приходил фейри, — наконец тихо заговорила я. — Он рассказал мне, что это за тварь.

Эш поражённо уставился на меня:

— Что же ты сразу не сказала?! Наконец-то! И кто же она?

— Я… не могу рассказать. По той же причине, по какой не могла рассказать мама. Но суть в том, что она не остановится, пока не убьёт меня, а её убить невозможно. И я могу спастись, только если уплыву на Эмайн Аблах. — Я закрыла глаза: почему-то казалось, что так легче будет перенести то, что последует за этим. — Навсегда.

Напрасно казалось.

Я не видела их лиц, но отлично слышала тяжёлое молчание, повисшее в маленькой кухне.

— Этого не может быть. — Первым очнулся Питер. Миг спустя чья-то ладонь легла на моё плечо, судорожно сжав пальцы. — Он врёт.

— Не врёт. Он эгоистичная сволочь, и это он виноват во всём, что с нами произошло, но он не врёт. Незачем. — Я разомкнула веки, покосившись на руку Питера, державшую меня так, словно я могла сию секунду исчезнуть, переместившись на Эмайн. — Есть ещё один вариант. Я умираю, а вы… вы с Рок забываете обо мне. Зато все, кроме мамы, возвращаются к жизни.

— Даже сгоревшие стражники? — уточнила Рок.

Баньши сидела, позабыв про сигарету в опущенной руке.

— Даже они. И те люди в гостинице, и моя подруга. Все. — Я перевела взгляд на Эша, который молча, неверяще смотрел на меня. — Вы забудете обо мне. Всё будет так, будто вы меня и не встречали. Вам даже не придётся тосковать.

— И мне? — негромко уточнил брат.

— Нет, ты меня не забудешь. Только поэтому я до сих пор на это не решилась. И всё равно склоняюсь ко второму варианту. — Поднеся кружку к губам, я сделала короткий нервный глоток. — Просто… зачем мне жить, если мне всё равно суждено потерять всех вас? Зато ценой моей смерти я воскрешу тех, кто…

— Не смей. — Эти два слова Питер почти прорычал. — Не смей жертвовать собой. Даже не думай.

Глупая улыбка невольно скривила губы:

— Питер, если это случится, ты даже меня не вспомнишь.

— И вот поэтому — не смей. — Вторая его рука легла на другое плечо, почти грубо развернув меня к себе. — Значит, ты можешь спастись на Эмайне? Отлично. Тогда я плыву туда с тобой. И малыш тоже.

— Нет. Нельзя.

— Это твой фейри напел? — мятная зелень его глаз искрилась презрением. — Если да, мне плевать на его мнение.

— Питер, это не шутки. Это… законы мироздания. Туда могу отправиться только я. Поверь, я… разве ты не понимаешь, что мне самой хотелось бы этого? Что будь такой вариант возможен, я бы предложила его первым делом? — я мягко коснулась его ладоней своими. — Я не могу объяснить, почему. Но ты должен мне поверить. Из этой ситуации есть лишь два выхода, и я о них сказала. Других нет.

Он смотрел мне в глаза, прямо и упрямо, и пальцы его впивались в мои плечи почти больно.

Я и не ожидала, что он поймёт. Я бы сама не поняла.

— Либо ты уходишь, а нам остаётся только память, — подала голос Роксэйн, — либо не остаётся даже её?

— Именно.

Баньши невесело усмехнулась, прежде чем наконец поднести сигарету к губам.

— Куда не кинь, всюду клин. — Она медленно, с чувством выдохнула. — Что ж, если есть только две двери с табличкой «выход»… Знаешь, Лайз, проблема в том, что ты чересчур хорошая девочка.

Я недоумённо воззрилась на неё.

— Понимаю твоё желание спасти невинных, — продолжила Рок, — но, откровенно говоря, я бы в такой ситуации думала в первую очередь о брате, а не о каких-то чужих дядьках в форме стражей. И даже не о подруге.

— Эш в любом случае останется один. — Горло сжало болезненной судорогой. — Если бы можно было… маму…

— И ты правда думаешь, что мы с Питером бросим его на произвол судьбы? После всего, через что мы вместе прошли? — баньши укоризненно качнула сигарету между пальцами. — Мне не нравится получившийся расклад. Очень. Я не хочу, чтобы ты уходила, и мне не по душе та куча трупов, которая за нами осталась. Но я не согласна расстаться с воспоминаниями ни о тебе, ни о том, что было. Несмотря ни на что, это вышла самая… весёлая пора в моей жизни. В специфическом смысле, конечно. Но про такие дни обычно говорят «незабываемые». И если уж мы не имеем права сохранить тебя живую, позволь нам хранить хотя бы воспоминания о тебе. — Девушка снова затянулась, наполняя кухню приятным вишнёвым дымком. — Если ты умрёшь и мы всё забудем, твой брат действительно останется один. Но если ты уйдёшь на Эмайн, я клянусь — до конца своих дней я буду заботиться об Эше так же, как это бы делала ты. Хоть он, думаю, вполне и без меня проживёт, но… привязалась я к этому паршивцу, чего уж там.

Я посмотрела в глаза Эша, всё ещё молчавшего — в синюю воду, чуть подёрнутую льдом.

— Я согласен. С Рок, — тихо вымолвил он. — Я… не хочу, чтобы ты умирала. Даже если мы никогда не увидимся.

Горло сдавило так, что стало трудно дышать.

Нет, не плакать. Не плакать. Ему и так тяжело.

— Двое за, — Рок констатировала этот факт так спокойно, будто мы голосовали, что приготовить на ужин. — Питер?

Тот сидел, сжав губы, с желваками на скулах. Не выпуская моих плеч из своих пальцев, не сводя взгляда с моего лица.

Потом резко, безнадёжно опустил голову.

— Будь он проклят, этот фейри, — в его хриплом шёпоте было ещё больше отчаяния, чем в жесте до этого. — Там о тебе кто-нибудь позаботится?

Я выдавила из себя что-то, отдалённо напоминающее «да».

— Значит, до конца жизни можно будет тешиться надеждой, что тебе хорошо. — Питер разжал руки, наконец отпустив меня. Быстро встал. — Я не хочу тебя забывать. Ни одной секунды, проведённой с тобой. Если я буду знать, что где-то там, пусть и не со мной, ты живёшь, и живёшь счастливо… мне этого достаточно. Раз уж большего не дано. — Он отвернулся к двери, так, чтобы я не видела его лица. — Если малыш не против моего общества, я позабочусь о нём вместе с Рок. Постараюсь заменить тебя, насколько смогу.