Чтение онлайн

Она сжала край стола, так что побелели пальцы.

— Это хороший и гордый человек. Я не хочу видеть, как он потерпит поражение, как станет жалок в глазах тех, кто понимает его замысел. — Уна пристально посмотрела на Пиру, глаза ее словно превратились в копья. — А что касается твоего намека, то мы обе женщины, а не девушки с мечтательными глазами… Об этом не стоит говорить, даже думать, возможно ли это в реальности. Он не мальчик, который отвечает только за себя, за свою лошадь и своего сокола. Если хоть одно слово дойдет до его командира и других товарищей до нашего приезда, все надежды рухнут навсегда, а он в их глазах превратится в бешеного пса. Что бы я ни чувствовала по отношению к нему, я не могу рисковать и так поступить с ним.

— Конечно, нет, — согласилась Пира. — Прошу прощения, леди. Я говорила, не подумав как следует. Очевидно, что вы привязаны друг к другу, очевидно и твое беспокойство и предельная осторожность. Прежде всего у меня не было права поднимать этот вопрос — в разговоре с тобой или с кем-то еще.

— Мы часто говорим то, что не следует, когда защищаем близких, — спокойно продолжила Уна. — Ты ведь сама из народа фальконеров, Пира?

Лицо целительницы застыло и превратилось в маску.

— Ты шутишь, но невесело, — предупредила она.

— Каждый народ имеет свои приметы, и фальконеры больше других, потому что долгое время производили потомство только в ограниченном кругу. Несмотря на эти высокие шлемы, я хорошо их изучила. У тебя те же черты лица, хотя, конечно, ты женщина.

— А что бы ты сказала, если я действительно из фальконеров?

— Ты могла бы помочь нам, если захочешь, поговорить со своими. Ты обладаешь авторитетом, он окутывает тебя, словно плащом. Я думаю, твои сестры прислушаются к тебе, как не стали бы слушать чужака, мужчину или женщину.

Снова женщина из народа фальконеров замолчала. Молчала долго, а когда заговорила, было видно, что она тщательно подбирает слова.

— Ты мне нравишься, Уна из Морской Крепости, я уважаю тебя, мне нравится твой капитан, хотя сначала я его опасалась. Как ты сказала, он хороший человек, и это невозможно не заметить, хотя манеры его холодны по обычаю всех фальконеров. Это я вижу, но разве я могу слепо звать других в какое-то иное место, снова быть прикованными к горной крепости, когда я не знаю почти ничего, не знаю даже условий там и многое другое?

Женщина из долины наклонилась вперед.

— Тогда узнай. Возвращайся с нами, и сама увидишь Морскую Крепость и Рейвенфилд. Мы и так потеряли много времени из-за несчастного случая со мной, но можем подождать следующего года, если ты пообещаешь нам помочь. Я могу гарантировать, что никто и ни к чему тебя принуждать не будет, — добавила она, видя, как целительница задумалась в напряжении.

— В это я верю. — Пира свела брови. — Я должна подумать, прежде чем дать ответ, — закончила она немного погодя. — Я серьезно обдумаю твое предложение. Кроме этого, ничего обещать не могу.

Она встала и быстро ушла от своей прежней пациентки.

Остаток этого дня и начало следующего прошли без происшествий, но незадолго до полудня Бросающий Вызов Буре начал беспокоиться, а к вечеру его тревога стала еще очевидней.

Постепенно она передалась Брейвери и наконец самой Уне, которая тоже начала думать, что с Тарлахом что-то случилось. Несколько раз она расспрашивала боевую птицу, но та не могла общаться со своим другом на расстоянии в несколько миль, и сокол смог только подтвердить, что с капитаном фальконеров что-то неладно.

Женщина пыталась подавить свою тревогу. Тарлах прирожденный горец, мало кто сравнится с ним в опыте и мастерстве, с его мужеством в битве, но Уна хорошо понимала, что даже самого доблестного воина может постигнуть несчастный случай. Однако если она отправится за ним без всякой необходимости, он будет недоволен…

До середины следующего дня можно еще подождать, решила наконец она, но если Тарлах к тому времени не появится, а сокол или все трое не успокоятся, она отправится на поиски, что бы ни говорила ее и его гордость.

Владелица долины радовалась наступлению времени ужина: она надеялась, что общество и разговор с руководителями Лормта отвлекут ее от беспокойства, грызущего ее голову и сердце.

Она была благодарна Квену, который пригласил ее поужинать не в большом зале, а в сравнительно небольшой комнате. Так поступали, когда за едой необходимо было обсудить что-то серьезное: Многолюдье и шум всей общины сейчас помешали бы ей.

Уна пришла к столу последней. Здесь был старый ученый, а вместе с ним Аден, Дуратан и два относительно молодых человека, которые проявляли серьезный интерес к поискам. Присутствовали также Пира и Джерро, который не выезжал сегодня из Лормта для охоты на свору убийц. Уна уже знала, что он так часто посещает Лормт, что более или менее считается членом общины.

Хотя ни она, ни сокол, которого она прихватила с собой, не очень интересовались едой или разговором, Уна постаралась поддерживать беседу, которая касалась не только планов ее друга, но и ее самой, а также истории Морской Крепости. Собравшиеся очень внимательно выслушали рассказ о ее приключениях и о том, что делали нанятые ею солдаты без девиза.

Тем временем солнце зашло. Неожиданно Уну охватил такой ужас, что она вскочила. Сердце ее бешено заколотилось. Чисто инстинктивно она стиснула зубы, чтобы не закричать. Одновременно боевой клич сокола подсказал ей, каков источник страха.

— Мне нужно ехать! Капитан в опасности!

Но возбуждение, охватившее ее и боевую птицу, поразительно быстро схлынуло. Квен стальной хваткой сжал ее руку.

— Подумай, дитя! — успокаивал он. — Куда ты поедешь? Что случилось с твоим другом? Он ранен? Жив ли вообще? Ты получила предупреждение и каким-то образом можешь с ним общаться. Что ты узнала?

Уна заставила себя успокоиться.

— Он жив, иначе сокол тоже был бы поражен. Самец сокола ненадолго переживает смерть фальконера.

— А птица знает, где капитан? — быстро спросил Квен.

— Нет, но может отыскать его. Я должна идти! Я уже говорила, как обязана этому человеку, помимо тех услуг, которые он оказал мне. Я не могу позволить ему умереть или страдать в одиночку. Нужно помочь ему!

— Я поеду с тобой, — отозвалась Пира. — Может опять понадобится мой лук, если не искусство целительницы.

— Я тоже, — подхватил Джерро тоном, который свидетельствовал, что он не примет отказа.

Его сестра хотела также предложить свою помощь, но сдержалась.