Чтение онлайн

За его спиной, облокотившись о каминную полку, застыл настоящий викинг - рослый, светловолосый, бледнокожий. Высокие скулы, чуть приплюснутый нос, но глаза - не по-скандинавски темные, пронзительные. Рядом - высокая и тонкая, как ивовая лоза, женщина с печальным, прекрасным лицом рафаэлевской мадонны; прямые темные волосы убраны в скромный узел на затылке, темно-вишневое платье, кажется, сшито еще в прошлом веке.

По другую сторону от Самира, кокетливо закинув ногу на ногу, устроилась вторая женщина, помоложе; вместо волос - дикое рыжее пламя, лицо - надменное и насмешливое, с явным излишком косметики; раскосые глаза необычного янтарного цвета придавали ей сходство с кошкой. Или, скорее, тигрицей. Ярко-изумрудное платье не скрывало ни единого изгиба ее роскошного, идеального, как у Барби, тела.

И, наконец, чуть поодаль от остальных, но ближе всех к Яне сидел Каин, которого словно выдернули прямиком с тусовки готов: кожаные ремни, застежки, клепки, серебряные браслеты на руках. В удивительной косе, которая доходила ему до самых колен, Яна разглядела вплетенные бусины из черного стекла. Из всех присутствующих лишь Каин был так же высок, как и белокурый викинг, однако заметно уступал ему сложением: худощавый и поджарый, он напоминал молодого волка. Угрюмое выражение и чересчур резкие черты не портили диковатой красоты его лица. Глядя на него, Яна охотно верила в существование вампиров. Остальные скорее вызывали у нее ассоциации с древними богами, прекрасными, холодными и жестокими. Они могли улыбаться, как рыжеволосая девушка-тигрица, могли выглядеть задумчивыми и спокойными, как мужчина-викинг, но их выдавали глаза. Черные, ледяные, иномирные глаза. Нечеловеческие. Как у существа на картине, занимавшей всю стену над камином.

Проследив ее взгляд, Самир обратился к ней тихим, на редкость мелодичным для мужчины голосом.

– Что ты думаешь об этой картине?

Вопрос застал ее врасплох. Она была уверена, что они накинутся на нее всем скопом, едва Каин внесет ее в дом; но нет, они цивилизованно расселись по местам, скользя по ней изучающими взглядами, и лишь рыжеволосая с нарочито кровожадным видом облизнулась - видимо, забавляясь ее страхом.

– Ну...
– Яна заерзала под пристальным взглядом египетских глаз, - она... очень необычная. Странная.

– Что кажется тебе странным?

– Лес. Деревья. У них нет листьев, одни ветки. И они... они скорее напоминают...

– Напоминают что?..

– Они будто живые, - вырвалось у нее.

Самир, как ей показалось, удовлетворенно кивнул.

– А создание? Оно тебя пугает? Наводит ужас?

Яна внимательно вгляделась в черты существа, прильнувшего к толстой черной ветви, словно к родной матери: на уродливой морде с лысым черепом, огромными острыми ушами и раскосыми как у инопланетянина глазами читалась безграничная...любовь. Любовь и безмятежность.

– Оно счастливо, - тихо сказала Яна.

Темноволосая женщина у камина едва заметно улыбнулась, склонив голову; улыбка ей очень шла.

– Тебя зовут Яна?
– как ни в чем ни бывало продолжил Самир.

Она кивнула, про себя отметив, что не ошиблась, определив его в вожаки: остальные молчали, пока говорил он, и лишь буравили ее взглядом своих жутких глаз.

– Богом данная среди отродий сатаны, - усмехнулся Каин [2] .

Самир едва заметно повернул голову в его сторону, и он тут же умолк. Яна заметила недовольную гримаску, на миг исказившую лицо рыжеволосой.

– Ты догадываешься, кто мы?
– помолчав, спросил Самир.

Она снова кивнула со смутным ощущением, что подписывает себе смертный приговор.

– Я сейчас кое-что сделаю. Ты не должна пугаться.

Прозвучало это "не должна" как приказ. Яна нервно сглотнула.

– Дай руку.

Она послушалась - какой смысл было сопротивляться?
– и вытянула вперед правую руку, стараясь унять мелкую дрожь. Самир осторожно и, как ей показалось, нарочито медленно обхватил ее запястье прохладными пальцами с длинными загнутыми ногтями, которые словно были выточены из кости. Чуть потянул к себе, вскинул вторую руку и вдруг уколол ее ногтем в подушечку безымянного пальца. Яна непроизвольно дернулась, но руку ее точно зажали стальные тиски. Самир наклонился, аккуратно слизнул с кожи выступившую бусинку крови и только после этого разжал пальцы. Язык у него был шершавый, как у кошки. Яна забилась в самую глубину своего кресла, с ужасом наблюдая, как глаза вампира, и без того пугающие, становятся полностью черными, без всякого намека на белки. На лицах остальных застыло странное выражение - смесь любопытства и плотоядного вожделения. Через минуту Самир моргнул, и глаза его снова приобрели прежний вид. Он пристально посмотрел на девушку - этот взгляд выкручивал всю душу наизнанку - затем повернулся к Алексу и что-то сказал ему на незнакомом, одновременно резком и певучем языке.

– Сильная кровь, - Самир покачал головой.
– Гипнозу она не поддастся, так что и забыть всего случившегося не сможет. А отпустить ее с тем, что она видела, мы не можем.

– Хочешь сказать...
– Александр запнулся, покосившись на девушку. От нее исходили мощные волны страха, усталости и голода. Лицо побледнело, под глазами образовались синеватые круги. Сотрясения у нее не было, в этом он был уверен, да и рана была неглубокой: просто сказывался пережитый стресс.

– Ты против?
– понимающе спросил Самир.

– Она славная девочка. Мне бы не хотелось лишать ее жизни просто потому, что она оказалась не в том месте не в то время.

– Возможно, есть другой выход?
– мягко вмешалась Мия.

Остальные удивленно повернулись к ней.

– Тебе-то что?
– с подозрением осведомилась Лейла.

Мия неопределенно пожала плечами.

– Лично я вижу три варианта, - подал голос Каин, до того что-то сосредоточенно обдумывавший.
– Первый: мы доверяемся девчонке и отпускаем ее. Но, как я понимаю, этот вариант совершенно неприемлем.

– Ты верно понимаешь, - кивнул Самир.

– О'кей. Второй вариант. Делаем из нее вриколакоса.

– Что?!
– вскинулся Алекс.
– Ты в своем уме?

– А что такого, брат? Все наши вриколакосы когда-то были людьми, как и она. Раньше ты подобного негодования не проявлял.

– Нет, Каин, не годится обращать человека без его желания, - перебил его Аскольд.
– Мы же не хотим повторение истории с Антоном...

– Яна - не Антон, - резко ответил Каин.
– Она гораздо сильнее и хочет жить!

– Что ты припас напоследок?
– со вздохом спросил Самир.

Каин откинулся в кресле, окинув собравшихся загадочным взглядом.

– Слуга-человек.

– Хм.

– Нет, Самир, ты только представь себе: мы не нарушим Закон, отпустив узнавшего нашу тайну человека, и одновременно даруем ему жизнь! Разве это не лучший выход?

– Звучит на редкость разумно...для Каина, - с некоторым удивлением в голосе произнесла Мия.

– Она может нам быть полезна. А потом, если пожелает- а я уверен, что пожелает, - сможет стать врикалокосом. Она недурна собой, молода, вынослива. В ней есть смелость. Впрочем, ты и сам знаешь - ты вкусил ее крови.

– Тебе-то какая с этого выгода? Раньше ты не заступался так рьяно за смертных, - прищурился Алекс.

Каин ухмыльнулся.

– Ну, я бы хотел, чтобы вы отдали ее мне. У меня ведь нет своих человеческих слуг и доноров, как вы знаете.