Чтение онлайн

— Чтобы это понять, маг должен иметь высокий уровень дара, а у магов тех команд уровень средний, поэтому они и не почувствовали наложенных на кружки плетений, — объяснила эльфийка.

— Дураки! — подытожила гномка, закинув на спину свой мешок. — Ну что, нам тоже пора уходить отсюда.

— Плетения, кстати, больше не действуют, теперь это просто стальные кружки, — добавила Мириса.

К воротам одна за другой подъехали несколько телег, готовясь покинуть город. Они остановились, чтобы пропустить большой торговый караван, как раз в этот момент въезжавший в ворота.

— Приветствую вас! — раздался поблизости знакомый голос.

Путники поглядели в ту сторону — на одной из телег сидел Фласин и радостно махал рукой. Нориэтту и остальных тоже обрадовала встреча с ним. Они подошли к телеге Фласина.

— Вы в состязании участвовали? — спросил Фласин, спрыгнув с телеги.

— Участвовали, но не победили, — поморщилась Нориэтта.

— Да не расстраивайтесь! — подбодрил Фласин. — Я уверен, что у вас всё будет хорошо.

— А у нас и так всё хорошо! — заявила гномка.

— А у тебя как дела? — поинтересовался Рагх. — Сыновья больше ничего не учудили?

— Всё отлично! — улыбаясь, ответил Фласин. — Мои остолопы Ринарилле помогают и в гостинице работают, в сторону леса даже не смотрят. Что оказалось-то — мои старшие, оболтусы такие, где-то раздобыли рюмку гномьей водки и выпили её на двоих. Выпей они больше, просто уснули бы, а так им дурь в головы ударила. Мои дураки спьяну решили, что разбой — самый простой способ раздобыть деньги на лютни. А младший за старшими куда угодно готов идти, не задумываясь, хоть на край света. И пошли в лес, дураки такие! Спьяну даже не сообразили, что дорога, ведущая к нашей деревне, находится с другой стороны, и все путники там идут. Сунулись бы они на эту дорогу, живо по шее получили бы, а то и страже их кто-нибудь сдал бы. А в лес только наши, деревенские, ходят. Попытались бы мои оболтусы на кого-нибудь из них напасть, тоже получили бы… На их счастье вы в лес забрели… Как старшим было плохо, когда они протрезвели и поняли, каких дел чуть не натворили и в какую беду могли попасть! Пообещали, что больше никогда и ни за что ни пьянствовать, ни разбойничать не будут. Я им верю. Вот, — Фласин обернулся и указал на что-то, лежащее на дне телеги, — три лютни купил. Пусть парни учатся, раз уж им так хочется стать менестрелями. Они собираются через год-другой в Академию Искусств поступать, здесь, в Барн-Арэде. Может, и выйдет толк, во всяком случае, поют они неплохо.

— Я тоже буду в эту Академию поступать, художником стану, — сказал Дэрон.

— Это хорошо! — произнёс Фласин.

— Эй, Фласин! Уснул что ли? Шевели вожжами! — заорал кто-то с телеги, стоящей следом за телегой Фласина.

Пока путники разговаривали с Фласином, караван проехал через ворота, и пришла очередь телег из города выезжать. Фласин махнул рукой на прощание, залез в телегу и тронул лошадей с места. Нориэтта и остальные смотрели ему вслед, пока телега не проехала ворота.

— Что ж, у Фласина и его семьи всё хорошо, это радует, — сказала Нориэтта, остальные молча кивнули, соглашаясь.

— Эрнаиладэль? — раздался позади путников неуверенный женский голос.

Нориэтта и остальные обернулись и от удивления дружно выдохнули — перед ними стояли эльф и эльфийка с портретов-миниатюр из медальона Мирисы. Эльфийка и Мириса были удивительно похожи.

— Мириса, это они! — дёргая девушку за руку, громким шёпотом произнесла Нориэтта. — Ну те, чьи портреты в твоём медальоне.

— В медальоне? — взволнованно спросила эльфийка.

Мириса вытянула медальон за цепочку и открыла его. Эльф и эльфийка переглянулись, улыбаясь.

— У меня такой же, — сказала эльфийка, и только сейчас Мириса и остальные увидели, что у неё на шее висит небольшой овальный медальон. Эльфийка открыла его — внутри тоже находилось два портрета: портрет эльфа, точно такой же, как в медальоне Мирисы, и портрет маленькой белокурой девочки-эльфийки.

— Это же я в детстве, — ошарашенно выговорила Мириса, увидев портрет девочки.

— Уверена? — уточнила Нориэтта.

— Уверена! — кивнула Мириса. — У родителей есть несколько моих детских портретов, я на них выгляжу точно так же. В Малсэте был один парнишка, художник, он всех подряд рисовал. И сделал несколько моих портретов.

— У родителей? В Малсэте? — упавшим голосом произнесла эльфийка, переглянувшись с эльфом и вцепившись ему в руку.

— У моих приёмных родителей, — объяснила Мириса. — Двадцать пять лет назад они нашли меня неподалёку от развалин Сайири-Моб. Долгое время мы жили в Малсэте, несколько лет назад переехали в Киранид-Сотул. Родители и сейчас там живут.

После слов Мирисы эльфийка облегчённо выдохнула и слабо заулыбалась, на её бледных щеках появился лёгкий румянец.

— Ты, наверное, поняла, что мы твои родители? — заговорил эльф. — Настоящие родители.

Мириса неуверенно кивнула.

— Я твой отец, меня зовут Миантаэль Тарнолиат. Это твоя мать Лайритиаэль Тарнолиат, — у эльфийки из глаз потекли слёзы, она торопливо смахнула их. — Твоё настоящее имя Эрнаиладэль Тарнолиат.

— М-меня зовут Мириса Роан, — слегка запнувшись, произнесла девушка.

Все молчали, не зная, как себя вести.

— Вам нужно поговорить, — решительно прервала затягивающееся молчание Нориэтта. — Нужно многое рассказать друг другу. Пойдёмте к нам?

— Лучше к нам, — ответил Миантаэль. — И Коррадат тебя ждёт, Эрнаи… Мириса.

— Коррадат? — переспросила девушка.

— Ты не помнишь его? — проговорил эльф. — Хотя о чём это я… Ты была слишком маленькой… Ты и нас не помнишь, так ведь?

— Извините, — протянула Мириса.

— Не за что извиняться, мы с Лайри всё понимаем, — ответил Миантаэль.

— Но всё-таки, Мириса, пойдём домой, — попросила Лайритиаэль. — У нас не осталось твоих вещей, всё пропало во время наводнения, поэтому нам нечего показать тебе. Но мы поговорим, расскажем о твоём детстве, о нашей жизни в Сайири-Моб, и, может быть, ты что-нибудь вспомнишь.

— У вас есть знакомый гном, который хромает на одну ногу? — спросила Мириса.

— Так это и есть старина Коррадат, — улыбнулся эльф. — Ты его помнишь?

— Не помню, — призналась Мириса. — Но он мне снился много раз. И вы тоже часто снились, — услышав это, Лайритиаэль радостно улыбнулась. — Во сне я вас знала, но проснувшись не могла вспомнить имён. И ничего не могла вспомнить.

— А какое у Коррадата полное имя? — неожиданно поинтересовалась Нориэтта.

— Коррадат Стальной Кулак, — ответил Миантаэль.

— Его сына зовут Харвил Зимний Гром? — продолжила расспросы гномка.

— Да, — кивнул эльф и неожиданно рассмеялся. — Подожди-ка, ты — та самая гномка, которая не так давно поколотила Харвила на рынке?

— Нори? — удивлённо произнесли братья хором.

— Нори может! — хмыкнул орк, потрогав свой нос.

— Поколотила — громко сказано! — заявила Нориэтта, уперев руки в бока. — Так, отвесила пару затрещин. В следующий раз не будет выхватывать последний пучок зелени у меня из-под руки.