Чтение онлайн

Командир полка приказал немедленно отвезти пострадавшего в медсанбат.

–  Еще пострадавшие есть?
– спросил майор, заметив Молькентина, забинтованная правая рука которого висела на перевязи.
– Больно?
– обратился Харкус к солдату.

Молькентин покачал головой.

–  Все равно поезжайте в санбат.

–  Товарищ майор, разрешите мне остаться.

–  Какая у вас специальность?

–  Я заряжающий.

–  Вы ведь не сможете подавать снаряды!

–  Смогу, - уверенно заявил солдат.

–  Хорошо, оставайтесь, - неохотно согласился Харкус.

Древс повез пострадавшего солдата в санбат. Когда машина отъехала, Харкус подошел к капитану Петеру, который расспрашивал Беренда о ЧП.

–  Во сколько ваша группа вышла сюда?
– спросил майор обер-вахмистра.

–  Без четверти восемь, товарищ майор.

Харкус заметил беспокойство в глазах Беренда.

–  Слишком поздно. Что задержало вас в пути?

–  Ничего, товарищ майор… - Беренд бросил беглый взгляд в сторону Маркварта и Моравуса, а затем неуверенно сказал: - Люди очень устали, товарищ майор…

–  Дальше!

–  И потому не смогли удержать орудие…

Командир полка посмотрел на солдат. Некоторые сидели, опустив головы. Другие с любопытством глядели на командира полка. Молькентин качал головой, явно показывая этим свое несогласие с мнением унтер-офицера.

Харкус не стал в присутствии подчиненных расспрашивать командира орудия, хотя у него возникло множество вопросов. Майора интересовало и то, почему солдат с забинтованной рукой обязательно захотел остаться в строю, и то, как солдаты оценивали происшедшее с ними, и то, почему расчет Каргера благополучно и в срок занял свою ОП, которая располагалась на более крутой высотке. Много накопилось вопросов, но сейчас не было времени искать на них ответы.

Харкус знал, что в другое время и в другом месте он потребует ответить на них командира артдивизиона, его заместителя, командира батареи и других офицеров.

Солдаты молча смотрели на своего командира полка. Им было стыдно потому, что они не справились со своей задачей, выбились из сил. Харкусу, собственно, было ясно, что все дело в плохом руководстве. Но он не стал ничего говорить об этом: в такой обстановке ни упреки, ни разнос подчиненных не помогают.

Майор приказал Беренду построить солдат. Когда солдаты построились, майор скомандовал:

–  Десять человек, выйти из строя!

Повторять приказ майору не пришлось, так как из строя вышли даже не десять, а четырнадцать солдат. Среди вышедших оказался Маркварт - наводчик орудия из расчета Моравуса и заряжающий Молькентин.

Майор лично отобрал десятерых, остальным приказал отойти в сторонку и внимательно наблюдать за тем, что станут делать эти десять.

Одним майор приказал принести большие саперные лопаты, другим - несколько жердей. Когда все это было выполнено, Харкус сказал, чтобы шестеро тянули гаубицу за канат, двое несли станины, а еще двое поддерживали орудие за колеса.

–  Тянуть равномерно и всем вместе, - объяснил Харкус солдатам.
– Не рвать и не дергать, беречь силы! Солдаты со станинами направляют орудие! Те, что стоят у колес, - покрепче держать их! А теперь - вперед!

Орудие вздрогнуло и медленно покатилось по склону холма. Майор шел рядом с расчетом и подавал команды.

Чем круче становился склон холма, тем медленнее двигалось орудие. Вот оно уже достигло точки, с которой несколько минут назад скатилось вниз. Но теперь солдаты тащили его все вперед и вперед.

На самом трудном участке гаубица вот-вот могла застрять.

Майор приказал подложить под колеса жерди, а когда показалось, что и это не помогает, подскочил сам к правому колесу, которое несколько отставало, и помог солдатам не столько силой, сколько личным примером и хладнокровием.

Через несколько секунд гаубица была уже на вершине холма.

Молькентин радостно засмеялся и с благодарностью посмотрел на командира полка.

Когда обе гаубицы оказались на другом склоне холма, майор подозвал к себе обер-вахмистра и командиров всех орудий.

–  Я полагаю, - спокойно начал он, - теперь вы все понимаете, грешно говорить, что ваши подчиненные выбились из сил и потому не смогли затащить орудия на высотку. Ошибку следует искать в плохом руководстве ими и в неважной подготовке для выполнения подобных задач.

Все согласно закивали. Огневые позиции, разумеется, были заняты с опозданием, зато командиры орудий получили наглядный урок, как следовало действовать в подобной обстановке.

–  От того, как вы командуете своими солдатами, как вы их обучаете, целиком и полностью будет зависеть, смогут они разгромить противника или он разгромит их, - сказал в заключение майор и, немного помолчав, добавил: - Ну, а теперь пошевеливайтесь, наращивайте темп!

Все бросились к орудиям.

Когда унтер-офицер Моравус оказался возле своего орудия, он недовольно буркнул:

–  Не все зависит от командира!

–  А от чего же?
– спросил его Беренд.

–  Многое зависит от таких вот мазуриков, как наш Шварц. Ну, подожди, я ему покажу, где раки зимуют…

–  Не трогай ты его, - не согласился с Моравусом Маркварт.
– Ты и без него не вкатил бы гаубицу на холм.

–  Чепуха!
– злобно крикнул Моравус.
– Еще как бы вкатил! Теперь я понял, что смотреть за всеми нужно вдвое! Ну, я еще покажу!…

–  Не показывай ты ничего!
– примирительно заметил Маркварт.

Обер- лейтенант нервно бегал от одного орудия к другому. Вовремя заняла огневую позицию только группа Каргера, несмотря на то, что двигалась она по самому сложному маршруту. Эта группа заняла ОП ровно в восемь тридцать, то есть за полчаса до начала артиллерийского обстрела населенного пункта.

Туман постепенно начал рассеиваться. Экснер заметил за завалами какое-то движение. Вскоре унтер-офицер Вернер доложил командиру батареи о том, что расчет Шурмана находится еще метрах в двухстах от ОП.

Дав указания Вернеру и Шурману, обер-лейтенант бегом помчался на левый фланг, где находилась третья штурмовая группа, которую возглавлял Беренд.

«Все идет из рук вон плохо, - волновался Экснер.
– Уже сейчас опоздание на целых полчаса! Вот тебе и лучшая батарея в полку!… Все плохо!»

Когда обер-лейтенант вышел к просеке, там никого не было. Группы Беренда не оказалось на месте. Огорченный Экснер присел на пенек. Офицер злился на себя, как злится ученик, которого только что отчитал за нерадивость директор школы. А день только начался, к одиннадцати часам ему было приказано захватить позиции на южной окраине села. Кое-что, конечно, еще можно успеть, но впереди самая серьезная работа: нужно овладеть населенным пунктом и вовремя выйти на его южную окраину.