Чтение онлайн

Да, и для этого глава семьи пригласил генерала, но сначала для какой-то цели позвал меня, отложив другие дела.

Смотреть на Исполины вживую было намного интереснее, ведь вблизи эти гигантские машины внушали настоящий трепет, как крепость, и даже больше.

Когда уезжал, даже охватило лёгкое чувство грусти. Когда-то люди сражались именно на этих машинах, вели их в бой, а Исполины, можно сказать, были символом мощи и несгибаемости империи.

Но времена сейчас другие. Вместо пилотов знатного происхождения, каждый из которых учился много лет, сейчас были солдаты-срочники, управлявшие танками.

Танкиста было выучить проще, и танки стоили намного дешевле, но каждый из них мог легко уничтожить любую из этих махин, пробив лобовую броню в любом месте даже на огромной дистанции.

Времена меняются, что поделать, и для шагоходов своего места не остаётся. Даже огромная крепость ценится не за пушки и размеры, а за способность оказаться там, где враг её не ждёт, чтобы атаковать.

И всё же империя свою историю помнит, почитая как Громовых, так и Таргина. Который, к слову, давно себя не проявлял…

Ехали на север. Нерская промышленная зона и город остались позади, но тихая дорога была хорошо освещена фонарями. Меньше, чем через час, мы были на месте.

Двухэтажный особняк казался необычным. Я не бывал в домах знати в империи Дискрем, само собой, но видел их издалека. Там были сплошные каменные дома, аристократы кичились количеством этажей и занимаемой площадью, отделывали стены мрамором и делали огромные сады.

Здесь же особняк Варга выглядел совсем иначе. Он был деревянным, но впечатления, что это обычное жильё, не было.

Во-первых, он был красиво украшен, и само здание казалось основательным. Во-вторых, у него было два этажа и несколько надстроек башен с большими окнами. Да и дерево наверняка очень дорогое.

Это старая традиция самых холодных мест Огрании, когда не было котельных и дешёвого топлива, потому что дровами каменный особняк не протопишь. Вот и строили деревянные, стремясь украсить их как можно сильнее. Сейчас с отоплением было намного лучше, но традиция осталась.

Летом на территории был сад, но сейчас от него видны только дорожки, ограждения живой изгороди, клумбы и фонтаны. А ещё были памятники.

Машина въехала во двор, я вылез из неё и подошёл к одному из них. Этот памятник сделан из камня, он изображал молодого человека в форме старого образца. В руке он держал копьё с очень длинным клинком.

— Это Небожитель Инжи Дерайга, — пояснил Станислав. — Последний Небожитель из первого поколения изначальных Восьми. Умер молодым. Их династия погибла во время гражданской войны, увы. Но мы считаемся их преемниками, ведь среди моих предков были Дерайга.

Он криво улыбнулся.

— Прошу внутрь, Дмитрий. Я скоро буду.

Встречали меня, как дорогого гостя. Слуги в толстых шубах и охранники, что стояли на крыльце, расступились, один показывал дорогу. Я пошёл по ковру, только что расстеленному на крыльце, судя по тому, что на нём почти не было снежинок, хотя снег шёл давно.

— Вот сюда, господин, прошу, — слуга открыл мне толстую дверь.

Вошёл внутрь, и сразу стало тепло. Приятно пахло еловыми ветками. Снял верхнюю одежду, оставшись в форме, и полушубок тут же забрали. Кобуру с оружием оставил при себе, как и положено.

Внутри дом производил другое впечатление: стены отделаны дорогим красным деревом, на полу лежали ковры, на стенах висели многочисленные картины, а вверх вела массивная деревянная лестница с очень высокими ступеньками.

Но Варга, да и мы, Климовы, на рост не жаловались, поэтому неудивительно, что для них сделали такие ступеньки. Лестница массивная, тяжёлая, достаточно дорогая, не удивлюсь, если такая стоит дороже, чем каменная.

— Я сделаю распоряжение и скоро вернусь, — сказал Станислав, вошедший следом. — Можете подождать здесь.

Я пошёл посмотреть портрет, висящий над лестницей. На нём было изображён светловолосый молодой человек, неуловимо похожий на самого Станислава, но в чёрной военной шинели времён Второй гражданской войны. Было видно, что правый рукав пустой. Левый глаз прикрывала чёрная повязка, под ней видны следы ожога.

— Это мой отец в молодости, — услышал я скрипучий голос за своей спиной. — Ян Варга — самый упрямый хрен во всей империи, — он рассмеялся. — Во время войны он потерял руку, глаз, а ещё у него чуть не поехала крыша, но он сражался до конца. И хоть и помер он старым хрычём, но запомнили его молодым героем.

— Господин генерал, — я повернулся к нему. — Командор Климов, прибыл по вашему приглашению.

Глава семьи Варга носил генеральское звание, ведь он был имперским генералом во времена императора Константина, поэтому я к нему так обратился. Почти вся старая знать носила военные звания и служила в армии.

— Давайте без церемоний, мы же всё-таки дальние родственники.

Старик был в генеральском мундире старого образца, с редкой наградой на груди — Валайским крестом, который давали за очень серьёзные заслуги. Он медленно шёл ко мне, опираясь на толстую деревянную трость.

Станислав говорил, что его деду очень много лет, почти сто двадцать, но он всё ещё сохранил ясность ума и мог ходить сам. Хоть и скрючившись в три погибели, но без посторонней помощи.

Седые волосы растрёпаны, видна розовая лысина, лицо сморщенное, руки скручены артритом, но трость он держал крепко, а взгляд голубых глаз был ясным.

Анатолий Варга подошёл ко мне и протянул руку, я её осторожно пожал. Ладонь его оказалась холодной как лёд.

— Мы, Варга, самые упрямые, но это пошло от вас, Климовых, — старик хмыкнул.

— Это наша фамильная черта, — пошутил я.

— Я вот слышал, что вы, командор, со своей раной продолжали сражаться, пока не вышли из окружения.

— Я запретил себе умирать, пока не была выполнена задача.

— Уважаю, командор. А мне запретил умирать отец, — он с улыбкой показал на портрет. — Так и сказал на смертном одре: не смей умирать, пока мы не закончим. Вот и живу до сих пор.

— С чем не закончим? — спросил я, чувствуя, что шутки кончились.

— Пока не закончим вытаскивать империю из проблем, — сказал старик Варга, и улыбка исчезла. — Поэтому нам нужно много чего обсудить… — он сделал паузу и добавил: — Небожитель.