Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Комментарий к роману "Евгений Онегин"

Набоков Владимир

Шрифт:

А вот как описывал Петровский парк в 1845 г. Михаил Дмитриев, второстепенный поэт («Московские элегии», M, 1858, с 40–41):

Весело смотрит на них наш Петровской готической замок! Круглые башни, витые трубы, остросводные окна; Белого камня резные столбы, темно красные стены! В темной, густой и широкой зелени сосен старинных, Весел и важен, он дед между внучат младых и веселых!

Этот же самый Михаил Дмитриев (1796–1866) был племянником Ивана Дмитриева и пушкинским Зоилом.

4—14 Пожары стали вспыхивать то там, то сям 3/15 сентября 1812 г., когда Наполеон вошел в Москву; 4 сентября он перенес свою резиденцию из горящего Кремля (центр Москвы) в Петровский замок, на западную окраину. На следующий день тучи сгустились. Ночной ливень и дождь 6 сентября затушили бушующее пламя пожаров.

XXXVIII

Прощай, свидетель падшей славы, Петровский замок. Ну! не стой, Пошел! Уже столпы заставы 4 Белеют; вот уж по Тверской Возок несется чрез ухабы. Мелькают мимо будки, бабы, Мальчишки, лавки, фонари, 8 Дворцы, сады, монастыри, Бухарцы, сани, огороды, Купцы, лачужки, мужики, Бульвары, башни, казаки, 12 Аптеки, магазины моды, Балконы, львы на воротах И стаи галок на крестах.

6—14 В этом кумулятивном перечислении образов чуть слышен отголосок сна Татьяны.

9 Бухарцы… — Жители Бухары (<…> российская часть Азии, север Афганистана). Они торговали на московских улицах восточными товарами, к примеру самаркандскими коврами и халатами.

13 …львы на воротах. — Гипсовые или чугунные львы, окрашенные в рептильно-зеленый цвет и поставленные (обычно парами) на воротах или перед ними в качестве геральдических символов. В зубах они часто держали чугунные кольца внушительных размеров, впрочем чисто декоративные и никакого отношения к открыванию ворот не имевшие.

У Писемского в романе «Тысяча душ» (нечто вроде «Красного и черного» на русский манер и столь же ничтожное по литературным достоинствам) есть забавный пассаж о подобном львином декоре (ч. IV, гл. 5) «Каждый почти день повеса этот и его лакей садились на воротные столбы, поднимали ноги, брали в рот огромные кольца и, делая какие-то гримасы из носу, представляли довольно похоже львов»

Варианты

6—14 В отвергнутых черновиках (2368, л. 23) в перечень входят «болваны в париках», «цветные вывески», «колонны», «бабы» и «карлы»

XXXIX

Возможно, ложный пропуск, имитирующий прерывание автором потока банальных впечатлений.

XL

В сей утомительной прогулке Проходит час-другой, и вот У Харитонья в переулке 4 Возок пред домом у ворот Остановился. К старой тетке, Четвертый год больной в чахотке, Они приехали теперь. 8 Им настежь отворяет дверь, В очках, в изорванном кафтане, С чулком в руке, седой калмык. Встречает их в гостиной крик 12 Княжны, простертой на диване. Старушки с плачем обнялись, И восклицанья полились.

3 У Харитонья. — Москвичи обозначали место своего жительства по близости к тому или иному церковному приходу Святой, фигурирующий здесь, был восточным мучеником во времена Диоклетиана (около 303 г.).

Пушкин поселил Лариных в том же «фешенебельном» жилом квартале, где сам он ребенком прожил несколько лет Приход св. Харитония находился в восточной части Москвы, и поэтому въехавшим через западную заставу Лариным пришлось пересечь весь город.

Пушкин родился (26 мая 1799 г.) в доме Скворцова (не сохранившемся до наших дней) на Немецкой улице (ныне переименованной в улицу Баумана в честь молодца-революционера, убитого в стычке с полицией в 1905 г.) Осень и зима 1799 г. прошли в усадьбе матери, в селе Михайловском Псковской губернии. После недолгого пребывания в Петербурге семья Пушкиных снова поселилась в Москве (1800—1811-м), выезжая лишь на лето в Захарино (или Захарово) — имение, приобретенное в 1804 г. (и проданное в 1811) бабушкой поэта по материнской линии Марией Ганнибал в Звенигородском уезде, милях в двадцати пяти от Москвы. С 1802 по 1807 г. Пушкины жили в доме № 8 по Большому Харитоньевскому переулку{165}. В Малом Харитоньевском переулке проживал дядя поэта, Василий Пушкин. Этими сведениями я до некоторой степени обязан господам Левинсону, Миллеру и Чулкову, соавторам «Пушкинской Москвы» (М, 1937), и книге «Москва в жизни и творчестве А.С. Пушкина» Н. Ашукина (М., 1949).

XLI

«Княжна, mon ange!» – «Pachette!»– –«–Алина»! — «Кто б мог подумать? Как давно! Надолго ль? Милая! Кузина! 4 Садись – как это мудрено! Ей-богу, сцена из романа…» — «А это дочь моя, Татьяна». — «Ах, Таня! подойди ко мне — 8 Как будто брежу я во сне… Кузина, помнишь Грандисона?» «Как, Грандисон?.. а, Грандисон! Да, помню, помню. Где же он?» — 12 «В Москве, живет у Симеона; Меня в сочельник навестил; Недавно сына он женил.

12 …у Симеона — Симеоновский переулок в одноименном приходе (см. коммент. к XL, 3) Св. Симеон Столпник Старший (390?—459) — сирийский отшельник, проведший тридцать семь унылых лет на столбе высотою около шестидесяти шести футов и шириною около трех.

13 Меня в сочельник навестил… — Этот сочельник помогает установить дату приезда Татьяны с матерью в Москву (январь или февраль 1822 г.).

Варианты

9—10 Черновик (2371, л, 74):

Кузина? помнишь Грандисона И бал у нас…

13—14 Отвергнутый черновик (там же).

Сенатор, сына он женил, Меня недавно навестил.

XLII

А тот… но после всё расскажем, Не правда ль? Всей ее родне Мы Таню завтра же покажем. 4 Жаль, разъезжать нет мочи мне: Едва, едва таскаю ноги. Но вы замучены с дороги; Пойдемте вместе отдохнуть… 8 Ох, силы нет… устала грудь… Мне тяжела теперь и радость, Не только грусть… душа моя, Уж никуда не годна я… 12 Под старость жизнь такая гадость…» И тут, совсем утомлена, В слезах раскашлялась она.

1 А тот… — «Тот» может здесь означать «последний». Но на самом деле не совсем ясно, то ли тетушка Алина говорит о сыне бывшего поклонника своей кузины, то ли об ином, «том Грандисоне», кто некогда ухаживал за нею, за Алиной.

XLIII

Больной и ласки и веселье Татьяну трогают; но ей Не хорошо на новоселье, 4 Привыкшей к горнице своей. Под занавескою шелковой Не спится ей в постеле новой, И ранний звон колоколов, 8 Предтеча утренних трудов, Ее с постели подымает. Садится Таня у окна. Редеет сумрак; но она 12 Своих полей не различает: Пред нею незнакомый двор, Конюшня, кухня и забор.p
Поделиться с друзьями: