Чтение онлайн

Я влетела на обманчивый карниз (интересно, сколько несчастных жертв было сброшено с этого псевдобалкона?) и вошла в комнату. Королева испуганно попятилась, её губы шептали слова то ли молитвы, то ли заклинания.

Мои крылья, выполнив свою миссию, сложились сзади и исчезли. Но теперь я была полна решительности и уверенности в себе. Размашистым шагом подошла я своей сопернице и стала в позу. Руки на бёдрах, презрительный взгляд, горящие глаза. Буду бить. Возможно, ногами!

— Не…Не…Неневеста!

Я держала паузу, но убивала Марукку глазами.

— Ты…Ты живая?!

Может, приколоть её, сказать, что нет? Или, наоборот, сыграть роль правосудия?

— Твоё черное дело не удалось. Меня нельзя убить, как нельзя убить правду! А равнодушной убийце, сталкивающей с башни невинных девушек, не будет покоя ни на этом, ни на том свете! Ангел возмездия будет терзать твоё сердце и… Ты чего?

Мою замечательную речь прервали громкие рыдания Марукки:

— Хорошо, что ты жива!.. Я сама не знала, что делаю!.. Кощей не захотел на мне жениться, и ярость ослепила меня!.. Я думала, что если не будет между нами тебя, он захочет быть со мной!.. Я ведь так его люблю-ю-ю…

Несколько минут спустя мы уже сидели с королевой рядышком на широкой кровати, она горько плакала, уткнувшись в моё плечо, а я успокаивала её, гладя по растрепавшимся шелковистым волосам. Лучшие подруги — и точка. Между всхлипываниями Марукка продолжала изливать мне душу:

— Ты пойми, Неневеста, ты ведь знаешь Кощея совсем недавно, и то не осталась равнодушной к его чарам. Нет-нет, не отрицай. Я ведь вижу, как ты на него смотришь, меня не обманешь. Да это и не удивительно. Не влюбиться в него невозможно, я тебя не осуждаю. Но представь, как мне. Я ведь полюбила его тысячелетия назад. Это была первая, детская, наивная и невинная любовь, но оказалась самой крепкой, вечной. Когда он меня похитил, я думала, что нужна ему. Ты знаешь, Неневеста, как я страдала, когда он отверг меня и вернул родителям? Для него это всё была игра, а для меня — жизнь. Для меня разлука с ним была равна концу света. Не знаю, что бы я сделала, если б не уснула вместе со своим городом. Но случилось то, что случилось. И, поверь, всё время, пока я спала, я видела во снах его. Тысячелетия я провела рядом с ним, плакала и смеялась, провожала и встречала, любила и была любима. Понимаешь, Неневеста?! Я была счастлива, я жила им. И вдруг проснулась. Сладкий сон выпустил меня из своих мягких лап и бросил на произвол судьбы. Я вдруг осознала, что все эти годы были лишь обманом, и ощутила пустоту Вселенной внутри себя. Больше Вселенной было горе — понимать, что его нет и не было рядом, что я для него — ничто, и имя моё — Никто. Но я так люблю его, так люблю… Я начала учиться, расти, совершенствоваться, чтоб стать достойной его любви, я положила годы, чтобы найти его, невзирая на все препятствия, я протащила его сквозь сеть миров, чтобы стать его единственной и неповторимой.

Королева замолчала, глядя куда-то вглубь своего страдания.

— Я так его люблю, Неневеста, — и она вновь зарыдала.

Я обняла её и утешала, словно маленького ребёнка.

— Если ты любишь его по-настоящему, дай ему свободу. Позволь самому выбирать свою судьбу. Ты должна быть счастлива его счастьем.

— Но настоящее счастье могу подарить ему только я! Никто не сможет любить его сильнее!

— Счастье не в обладании. Отпусти его — и он, возможно, сам придёт к тебе. Мужчины не любят насилия. Не любят, когда кто-то решает за них.

— Я не могу бороться со своими чувствами. Любовь ослепляет меня.

— С чувствами не надо бороться. Прими любимого таким, каков он есть. Живи его радостью, его болью. Отпусти его.

— Не могу, — покачала головой Марукка. — Не могу.

Мы проболтали полночи, словно и не было никакого покушения, и уснули, обнявшись.

А утром я так ничего и не рассказала Кощею. Разве могу я осуждать кого-то за любовь?

Перед тем, как отправиться на поиски двери, королева должна была завершить несколько дел. Во-первых, она объявила городу о своём желании вернуться на родину и что все желающие могут последовать за нами.

Свобода выбора сделала своё дело. Народ потусовался, посоветовался и решил остаться в городе, где у них свои дома, где обжились, в чужом мире, к которому уже успели привыкнуть.

Уйти из Спящего города захотел только один молодой советник, как оказалось, тайный воздыхатель королевы. Он страдал от неразделённой любви и втайне надеялся, что она одумается и примет его ухаживания.

— Как жаль, — ответила в ответ на его решение Марукка, — я как раз именно тебя, Ристай, наметила оставить на должности исполняющего обязанности правителя на время моего отсутствия, ведь ты — самый умный, самый верный и преданный из моих слуг. Никто, кроме тебя, не сможет так править городом, чтобы не было потом стыдно за принятые решения, чтобы Спящий город расцветал и развивался, чтобы усиливались дружественные связи с другими народами…

— О, моя королева! — вскричал окрылённый Ристай. — Я не догадывался, что так нужен здесь, моему народу! Я с радостью остаюсь и принимаю вверенный мне город для его дальнейшего совершенствования. И в любой момент, когда вы пожелаете вернуться, Спящий город будет ждать вас, моя королева!

Так мудрая Марукка отделалась от ненужного влюблённого и заодно приготовила пути к возвращению, если вдруг придётся.

Всё-таки восхищаюсь я ею. Путём самообразования она из малограмотной провинциальной девчонки-принцессы превратилась в тонкого психолога, умелого дипломата, сильную правительницу плюс ослепительную красавицу. Будь я мужчиной, я бы в неё, наверное, втрескалась по самые уши.

Итак, мы приготовились к переходу в другой мир. Марукка рассказала о последних изысканиях её археологов и архивариусов.

Незадолго до трагического для чертей появления Спящего города, в Куличках произошел серьёзный политический раскол, вследствие чего одна часть населения осталась жить на поверхности, а другая, оппозиционная, ушла в пещеры, где и построила свой, подземный, город. Как они там жили, никто не знал, так как единственный проход был тщательно замаскирован и об отщепенцах предпочли забыть. Вскоре Верхние Кулички был раздавлены невесть откуда свалившимся на них Спящим городом, а Нижних этот катаклизм не задел, и они преспокойненько продолжают жить в подземной части Куличек, если, конечно, ещё не вымерли с голоду. И, самое главное, что именно там, в пещерах, находится древний портал, закрытый однажды альвами.

Путь в подземный город уже был обнаружен, и нам оставалось всего-навсего проникнуть в подземелье, подружиться с чертями, если они там есть, открыть проход и отправиться, надеюсь, домой. Всё просто. Или не всё?

* * *

Вот оно, место, из которого можно попасть в подземный город. Вот он, проход. До чего банально: обычный люк с цепью, прикреплённой к ручке.

— Вы не пробовали ещё открывать? — спросила я.

— Нет, без вас ничего не трогали, — ответила Марукка. — Кощей, потяни цепь.

Кощей потянул, ещё и ещё. Люк с места не двинулся.

— Может быть, его держит магия? Тогда это по твоей части, Марукка.

— Вы же знаете уровень моей подготовки, — фыркнула она, склоняясь к люку. — Зачем смеётесь? Впрочем, моего уровня достаточно, чтобы почувствовать, что магией здесь и не пахнет. Люк просто закреплён снизу.

Мы склонились все вместе над новой проблемой, пытаясь отыскать пути её решения. В месте, противоположном ручке, люк крепился на простом навесе. Вот бы его распилить.

— У вас, случайно, пилки по металлу не найдётся? — спросила я.

— Пилка? По металлу? — переспросила королева.

— В тюрьмах побеги были? Цепи, решетки на окнах чем-нибудь кто-нибудь распиливал?

— Точно, было дело! — оживилась магичка и тут же послала провожающих её слуг по инструмент.

— Взорвать бы здесь все, — вздохнула я, не хотелось ждать.

— Взорвать? — с сомнением хмыкнул Бессмертный. — Если взрыв уничтожит лестницу под люком, у нас будут проблемы со спуском, а если уничтожит что-нибудь ценное для чертей, то у нас будут проблемы с налаживанием дружеских контактов.